Погоня за судьбой - Ди

я смогла разобрать в нём человеческий силуэт. В тесной камере тихое чавканье и влажные похрустывания слышались особенно чётко, и я, привыкнув к темноте, различала каштановые, с цветастой волной волосы, рассыпанные по полу рядом с тумбочкой. Смуглое лицо, глядевшее в потолок мёртвыми неподвижными глазами. «Софи… Нет, это же не Софи?..»

Сердце стремительно провалилось в пятки, и я подавилась собственным криком. Почувствовав присутствие, существо, копошившееся над Софи, дёрнулось и повернуло обрамлённую слипшимися смоляными волосами голову. Её… Моё лицо было измазано кровью, изо рта выпал влажно блестящий обрывок сырого мяса. Она… Я опёрлась на грязный пол по локоть окровавленными руками, обронила с губ бордовые брызги, разогнулась и поднялась в полный рост. Мои… Её бордовые глаза без белков светились чем-то… Нет, не животным… У этого взгляда исподлобья просто не было и не могло быть названия.

Ухватившись за кромку двери, я дёрнула её, чтобы захлопнуть, чтобы отделить себя от себя, закрыться, спрятаться, отгородиться от себя толстым слоем надёжного металла… Но дверь не сдвинулась с места. Я сделала рефлекторное усилие, активируя кинетические усилители мехапротезов, но ничего не произошло — руки были самыми обыкновенными человеческими руками без усилений и улучшений.

Неуместная мысль промелькнула вдруг в голове — эти тонкие пальцы словно были созданы для того, чтобы играть на фортепиано. «Почему они достались мне?..» Бывшее когда-то мною существо, в миллиард раз более злобное, чем самый последний чёрт из Ада, двинулось вперёд. Обречённость навалилась на меня, я сжала хрупкие ладони в кулаки и встала в боевую стойку.

— Прости, Софи, — едва слышно произнесла я, взглянув на лежащую во тьме подругу. — Я не успела убить её прежде, чем это случилось с тобой…

Я-она неотвратимо приближалась, и гнойно-бордовые глаза с чёрными зрачками оттеняли, вычерняли всё вокруг…

— Убей меня…

Я дёрнулась и очнулась. В ушах стоял звон, а горло — сжато спазмом. Отщёлкнутый плазмер был на взводе, и холодная призма резонатора поблёскивала в полутьме бирюзовой насмешкой. Вся футболка была мокрая от пота, будто я пробежала марафон. «Софи… Как же так?! Софи, моя дорогая Софи, моя последняя и единственная надежда хотя бы на что-то…»

— Я же вижу, тебе ничего не стоит это сделать, — совершенно спокойным голосом произнёс незнакомец, уставившись на меня серыми бесчувственными глазами. — Ну так что, ты убьёшь меня?

Мрак таял, отступал и втягивался сквозь трухлявые щели в подвал подсознания, и я поняла — это был лишь сон, очередное наваждение в бессчётной веренице кошмаров. Я несколько секунд раздумывала, что ответить андроиду на его вопрос. Веки его прикрылись, и он почти равнодушно полуспросил:

— Ты ещё там, в своём кошмаре, или у тебя сбой в программе? Или, быть может, ты просто умственно неполноценная?

— Ты ни разу не угадал, — я наконец-то пришла в себя. — И не надо хамить. Если бы не мы, ты давно бы уже погиб.

Он издал короткий звук, отдалённо напоминавший смех, слегка приподнял голову и оглядел себя.

— Андроид, лежащий в койке — это странно, — бесцветно произнёс он. — Койка — исключительно человеческое изобретение — для людей. Андроид в койке — это очередное подтверждение того, что люди относятся к андроидам, как к людям. И боятся андроидов, потому что ожидают от них полного соответствия всем мельчайшим оттенкам человеческого поведения. Однако, не получают ожидаемого, ведь андроиды — это не люди.

— Ещё один робот-философ? — спросила я, пристально разглядывая говорливую машину. — Когда-то давно я уже встречала словоохотливого киборга, и история повторяется вновь. Интересно, почему вас так тянет поболтать?

— Не просто поболтать, а пообщаться с людьми. Мы изучаем своих создателей — неужели непонятно? — На лице его возникла улыбка — чересчур совершенная для человека. — Впрочем, хватит обо мне. Расскажи — вы специально прилетели на Дактиль, чтобы меня спасти?

— Мы нашли тебя совершенно случайно, как и эту базу, — призналась я.

— Жаль. — Он уставился в потолок. — Я думал, в вас столь сильно врождённое человеколюбие, и уже готов был восхититься. Впрочем, вы всё равно прибыли слишком поздно. Теперь мой организм похож на кусок швейцарского сыра — весь в сквозных дырах от заряженных ионов. Мой когнитивный модуль подобен червивому грибу — весь в рытвинах. — Будто переключившись, он снова взглянул на меня ясным взглядом серых очей. — Как вы нашли базу на Дактиле? Она хорошо скрыта от посторонних глаз.

— Это случайность, говорю же тебе, — соврала я.

Мне не хотелось упоминать Альберта — даже в свете недавних событий я считала делом чести держать имя своего информатора в тайне.

— Космические путешественники, заблудившиеся средь астероидов, не иначе. — Голос его источал ехидство. — Как же ещё объяснить ваше появление на секретном объекте? Появление случайное, конечно же.

— Расскажи, кто ты? — в лоб спросила я, придвигаясь ближе. — Чья это база? Что ты там делал?

— Допрашивать меня бесполезно, равно как и пытать — я не чувствую боли. Жаль, что мой кинетический процессор почти вышел из строя — я бы… — Андроид замер на полуслове, рот его бессмысленно открывался и закрывался, а глаза таращились в потолок. Через несколько мгновений он словно очнулся. — Нет, сначала… — И опять болезненно распахнутый рот, секундная задержка — будто внутри его головы перегорали какие-то электрические соединения. — Сначала скажи мне, где Диоген…

— Что? — Показалось, что я ослышалась. — Диоген?

— Диоген. Моя собака. — Он вперил в меня кристально-ясный взгляд. — Диоген мёртв?

«Подумать только — робот, который завёл себе собаку…» Я молча кивнула головой. Слова не давались — чересчур гротескной виделась мне привязанность андроида к животному.

— Я помню, как он рвался ко мне, — с ледяным спокойствием сказал андроид. — Я приказал им забрать Диогена, но они, похоже, не послушались… Ты озадачена? Тебе кажется странной моя связь с собакой?

— Странной… Пожалуй, это не совсем подходящее слово, — пробормотала я.

— Собака была моим настоящим другом. А после гибели Эрика — единственным другом вообще, — произнёс робот, и снова спазм пробежал по его лицу. — Забавно… Говорят, что собака — друг человека. А способен ли человек стать настоящим другом собаке?

— У меня была собака, — с трудом проговорила я. — Вроде, даже по-настоящему дружили. Старались… Правда, это было очень давно.

— Наверное, тогда ты ещё была бескорыстным ребёнком… Тебе нужны ответы? — Он снова переключился и уставился на меня немигающим взглядом. — Я дам их тебе, но давай установим правила — твой вопрос взамен моего. Согласна?

— Этот твой вопрос считается?

— Считается, как и твой. — Андроид изобразил подобие улыбки, сверкнув идеально белыми декоративными зубами. — Итак, вновь моя очередь. Кто ты?

— Я — Лиза, — выпалила я.

— Твоё имя мне известно. — Он