Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

Бойлеров молча кивнул, а Алиса как-то странно посмотрела на коробки из архива. Кстати, это была лишь часть данных. Что-то прислали еще и в оцифрованном виде.

Вскоре работа закипела, но меня быстро отвлек телефонный звонок. На экране высветился номер Григория Пантелеева, и я вышел в коридор, чтобы ответить.

— Бугор, — услышал его голос, — помнишь, ты просил устроить встречу с алхимиком?

— Ну.

— И я сказал, что этот вопрос нужно будет решать через Барона?

— Григорий, не томи, — вздохнул я. — Работы по горло.

— Короче, — я услышал, как на той стороне гулко сглотнули, — он хочет встретиться.

— Когда?

— Сегодня вечером.

* * *

— Я к Барону, — коротко бросил привратнику в открывшуюся после стука щель.

Так же молча, как открылась, она закрылась. Мы с Григорием вновь остались одни на крыльце приземистого серого здания — того самого, где находилась лавка Харона. Похоже, логова Барона находится здесь же. Или одно из.

В полной тишине, которая будто ватным одеялом накрыла квартал вокруг, падал, мягко кружась, крупными хлопьями снег. Здесь будто и не слышали о беспорядках в городе. Готов поспорить, люди Барона позаботились об этом спокойствии к его приезду.

— Что за человек этот Барон? — спросил я Григория, пока мы ждали.

Он, кстати, явно чувствовал себя не в своей тарелке. То и дело озирался, голову вжимал в плечи и суетливо тер то лицо, то лысину.

— Да как тебе сказать, бугор… Люди говорят, что никогда не знаешь, что у него на уме. Одно знаю точно: мухлевать с ним не стоит. И за базар всегда придется отвечать…

Пантелеев хотел сказать что-то еще, но дверь распахнулась, выпустив наружу копну болезненно-бледного света.

— Барон ждет, — сказал громила со шрамом и дубинкой и посторонился, пропуская нас.

Мы прошли внутрь, дверь за нами закрылась. Громила, обыскав нас помощью артефактов и небрежно прохлопав руками, ушел вперед и исчез в тени крытой парковки, скрывавшейся за дверью прямо в конце короткого коридора. Второй охранник, прислонившийся к колонне, махнул рукой в сторону — мол, вам туда. В воздухе стоял едва слышный гул большого помещения, где-то капала вода. Еще несколько охранников показали нам дорогу в этом лабиринте. У меня сложилось впечатление, что здание сильно больше, чем казалось снаружи. Чуть ли не полкилометра в длину. Но, скорее всего, это из-за того, что мы несколько раз сворачивали, просто в полумраке все кажется по-другому.

Наконец, свернули в короткий коридор, который заканчивался приоткрытой дверью. Из щели косо падал яркий свет и доносился сочный чавкающий стук.

— О нет… — покачал головой Григорий, услышав его.

— В чем дело?

— Барон в плохом настроении, вот в чем. Я бы предложил назад повернуть, но уже поздно. О нас дали расклад.

— Стоило рассказать о нем раньше, — покачал я головой.

— Обычно Барон находится в своем ресторане на набережной, а сюда приходит крайне редко. Я его сам всего раз видел, после чего мне пришлось отсидеть пять лет… — Григорий понизил голос до шепота, потому что мы почти дошли до двери.

— Так себе перспектива, Григорий…

Дверь сама открылась навстречу нам. Охранник со шрамом, державший ручку с той стороны, пропустил нас внутрь, закрыл дверь и встал в проходе. Будто отсек этот путь к отступлению.

Чвяк!

Тесак вошел в мясную тушу, отрезал ровный кусок толщиной в пару сантиметров. С одного удара.

Впечатляет.

Рядом уже лежало еще два шматка мяса, исходивших мясным соком. Тесак держал в руке весьма интересный тип. Высокий, с длинными черными волосами, пышными усами, слегка кривым носом и шрамом, пересекавшим мутный, криво заросший, глаз. Другой, ореховый, будто гвоздь впился в меня. От этого взгляда у любого другого побежали бы мурашки. Изучающий, но в то же время точно проверяющий предположения своего хозяина. Тот ты, каким тебя уже представили, или нет. Стоит ли иметь с тобой дела? Или нет?

Одет мужчина был в бордовый старомодный костюм, а поверх него — в испачканный в крови белый фартук.

Барон.

Помещение напоминало кухню небольшого ресторана. Возле окна справа стоял стол с тремя стульями. Центр занимали разделочный стол и плита, по бокам вдоль стен — остальная кухонная мебель и принадлежности.

Кроме нас троих, здесь был только Шрам.

— Господа, не желаете отведать местные стейки? — бархатным тенором спросил Барон. — Я слышал, что они весьма достойны.

— Мы трупы, если откажемся… — шепнул у моего плеча Григорий.

Вот это бы все раньше знать, конечно… Но ладно, я знал, что иду к криминальному боссу, а не мороженщику. Единственный выход отсюда перекрывал амбал со шрамом. Он сразу занял позицию за нашими спинами. Ситуация, конечно, выглядела угрожающей на первый взгляд, но убивать нас не имело никакого смысла. Хотя без повода обострять ситуацию тоже не стоит, так что… просто будем вежливы и посмотрим, куда нас эта вежливость заведет.

— Будем признательны, — ответил я.

— Тогда прошу за столик, — Барон указал на столик у окна, почти в пояс поклонившись, как вышколенный официант в дорогом ресторане. — Повар сейчас займется вашим заказом.

Чвяк! Он с такой силой вонзил тесак в разделочную доску, что угол лезвия на пару сантиметров вошел в дерево.

Повар, он же Барон, взял двузубую вилку и насадил на нее один из кусков мяса. Подошел к плите, свободной рукой намазал жарочную поверхность маслом, посолил и поперчил. Следом кинул на нее стейк, который тут же зашкворчал. По кухне начал распространяться аппетитный запах.

— Он в самом деле барон? — тихо спросил Григория, севшего напротив.

— Нет, это… прозвище. Он сам себя так называет. Примерно треть черного рынка алхимии принадлежит Барону. А еще он банчит информацией: знает все и обо всех.

Следом за первым куском повар уже жарил второй и третий. Водитель выглядел хуже некуда. Побледнел, лысая голова покрылась испариной.

Через несколько минут перед нами стояли три деревянные тарелки с сочными стейками. Запах от них шел такой, что желудок сводило. Последняя крошка еды побывала у меня во рту более пяти часов назад. Снова хотелось есть.

Барон подошел к третьем стулу, стоявшему прямо напротив окна и между нами с Григорием, развернул спинкой вперед и сел. Развел руками, будто удивляясь, и позвал елейным голосом:

— Шрам! Ты что, забыл, что у нас гости? А как же гостеприимство? Мы у тебя руками должны есть по-твоему?

— Простите, господин! — тут же засуетился громила.

В глазах его отчетливо мелькнул ужас.

Шрам принес три пары столовых приборов и салфетки, аккуратно разложил их перед нами, и встал за