Виконт де Ривен - whale

— Понимаю, — с готовностью кивнула девушка.

Я не удержался и рассмеялся.

— Сильно сомневаюсь, что понимаешь.

Инес улыбнулась в ответ, явно не обидевшись.

— Вот что я тебе скажу, Инес. У Кембы был учитель, у твоего деда тоже был учитель, а у меня есть ты. Ты ничему не можешь меня научить, зато никто и никогда не сможет заставить меня променять тебя на твоего старого деда.

Фразу я заканчивал уже совсем близко от нее, повалив девушку на песок и нависнув сверху. Потом незамедлительно поцеловал ее.

Инес ответила сразу и с жаром. И да, я ни капли не соврал. Большинство людей прекрасно обходятся без всякого Восхождения. А променять горящие страстью глаза Инес и ее теплые губы на поучения старого хрыча… ну да. Ищите дурака.

* * *

Следующие пару дней пролетели почти незаметно. Я по-прежнему изучал трактат, но уже без фанатизма. Уделял ему пару часов в день, не больше. Еще пару часов отводил на тренировку со шпагой, возвращая себе форму.

Кстати, форма возвращалась довольно легко. Во-первых, перерыв в занятиях был не таким уж большим. Во-вторых, в моем юном возрасте тело вообще довольно охотно вспоминает, чему его учили. Стоило только чуть-чуть его подтолкнуть.

Меня, конечно, очень интересовало, каков теперь мой реальный уровень фехтования. Но для этого нужен был подходящий спарринг-партнер. В гарнизоне, разумеется, хватало неплохих бойцов, однако отношения у нас были не настолько близкие, чтобы я мог просто подойти и предложить учебный поединок. Да и вряд ли кто-нибудь обрадовался бы такой просьбе от ссыльного виконта.

Наши отношения с Инес, если так можно выразиться, переживали бурную фазу.

При любом удобном случае мы занимались любовью. И при неудобных, если честно, тоже. Кроме того, мы регулярно ходили на пляж, и девушка потихоньку начинала осваивать плавание. А еще Инес каким-то образом умудрилась уговорить меня давать ей уроки фехтования.

Здесь тоже появился заметный прогресс. Нет, фехтовальщиком она не стала и вряд ли когда-нибудь станет. Зато научилась правильно двигаться, более-менее уверенно держать шпагу, попадать в цель не только случайно и отбивать самые простые атаки. Зачем нам это было надо? Не знаю. Скорее всего, просто не хотелось расставаться даже на время тренировки.

Наконец прошли те самые четыре дня, и наступил день, которого я ждал с некоторым волнением. Пора было идти на поляну и срывать цветок.

Я встал рано утром и начал готовиться. Инес, похоже, что-то почувствовала: все утро она держалась рядом и явно за меня переживала. Трудно было не догадаться, что дело серьезное. Я собирался как на войну.

У меня не было иллюзий. Две засады Макандала я уже уничтожил. В третий раз он наверняка должен был что-то поменять. Я почти не сомневался, что на этот раз меня будет ждать толпа зомби. Может быть, даже с десяток. Впрочем, это меня не слишком пугало. Главное — не дать им напасть неожиданно. Во всех остальных случаях я, пожалуй, справлюсь. В крайнем случае всегда можно убежать. Бегал я точно быстрее. Главное было успеть сорвать цветок с семенами.

Мысли о том, чтобы не идти вовсе, я даже не допускал. У меня уже случился облом с Осколками Восхождения. Еще одного такого же провала с семенами Марехи-са я себе позволить не мог. Иначе к чему вообще вся эта система? Зачем она мне, если я не могу ею пользоваться?

Вооружился я как обычно: ружье, тесак и охотничий нож. Шел осторожно, старательно изображая из себя охотника. К поляне подошел не с той стороны, с которой обычно, но никакой засады не обнаружил.

Я обошел поляну по кругу, не выходя из джунглей, и снова ничего подозрительного не увидел. Если честно, отсутствие засады напугало меня даже сильнее, чем если бы я обнаружил десяток зомби. Что-то здесь не так.

Выйдя на поляну, я бросил взгляд в сторону цветка Марехи-са. Он был на месте. Лепестки, как и ожидалось, уже опали, а семенная коробочка была готова к сбору. Золотая аура тоже никуда не делась.

На этот раз я пошел к цветку не скрываясь и не маскируя намерений. К чему? На эту поляну я все равно больше не вернусь. Раз пришел — надо срывать.

Подойдя ближе, я ускорил шаг и выхватил нож. На всякий случай. Еще не хватало, чтобы у магического цветка оказался какой-нибудь особенно крепкий стебель. Но стебель, к моему удивлению, оказался самым обычным. Подрубился легко, почти без сопротивления. Я аккуратно завернул цветок в заранее приготовленный платок и убрал во внутренний карман.

А теперь ходу.

Не знаю, что именно заставило меня сорваться на бег. Возможно, просто сработала интуиция. А возможно, я и в самом деле услышал в лесу что-то похожее на погоню. Во всяком случае, с того самого момента, как я подошел к цветку, у меня между лопаток не проходило тяжелое, злое ощущение чужого взгляда. Совершенно не исключено, что я и это придумал себе сам. Но в таких обстоятельствах в этом не было ничего удивительного.

Я бежал легкой трусцой, экономя силы и при этом готовый в любой момент ускориться. Пробежав так несколько километров, я перешел на шаг, а потом и вовсе остановился, прислушиваясь.

Джунгли вокруг жили своей обычной жизнью. Птицы перекликались в кронах, насекомые стрекотали в траве, где-то неподалеку лениво шуршали ветки. Звуков погони не было. Вроде бы пронесло.

Дальше я пошел уже обычным шагом, по-прежнему изображая охотника. Правда, в этот раз имитировал я его, что называется, без огонька.

Как-то слишком легко все прошло.

Казалось бы, радоваться надо. Цветок у меня. Никто не напал, никто не попытался перехватить. Все получилось именно так, как хотелось. Но почему-то эта легкость меня совсем не радовала. Наоборот. Она настораживала.

Я слишком хорошо помнил обе предыдущие засады. Макандал уже дважды пытался остановить меня, и оба раза потерпел неудачу. Не мог такой человек вдруг махнуть рукой и сказать: «Ну ладно, пусть забирает». Нет. Если сегодня все прошло спокойно, значит неприятности просто откладываются на потом. Я был почти уверен, что сегодняшняя удача еще обязательно аукнется мне в будущем. Впрочем, сейчас ломать голову над этим было бессмысленно. Подумаю об этом завтра. А сегодня у меня оставалось еще одно очень важное дело. В хижине Кембы меня дожидалась бутыль с зельем, в котором предстояло выдержать семена ровно три дня.

До хижины я добирался осторожно, стараясь никому не попадаться на глаза.