Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

Тим стоял слева от меня. Он кивнул, не мне, а людям, которые смотрели на него: восемнадцатилетний парень, год назад бывший крестьянином, а теперь стоявший с аркебузой на плече. Живое доказательство.

– Последнее. Мы не убийцы. Наёмники, которые сдадутся, останутся живы. Раненых перевязываем, наших и чужих. Это правило. Кто нарушит, ответит передо мной.

Я спустился с крыльца.

– Командиры, ко мне. Остальные: обед и отдых.

В кабинете стало тесно. Лор, Тим, Крис, Олаф, Бурт, Дорн, Кельн. Семеро за столом, на котором лежала карта с пометками Лора.

Я начал с распределения.

– Капитан Лор. Передняя линия. Двадцать стрелков: десять моих, пять ваших, пять Дорна. Все с аркебузами. Огонь по рубежам, фугасы по вашему сигналу.

Лор кивнул.

– Пять аркебузиров Дорна. Я их не знаю.

– Тим знает, – сказал Дорн. – Двоих он инструктировал лично. Остальные стреляют, но хуже.

– Поставлю их во второй ряд. Стреляют только по моей команде.

– Тим. Нарезной контур. Ты и Фольк на северной позиции, у края леса. Раст и Грит на западной, у оврага. Задача одна: маги.

Тим посмотрел на карту. Провёл пальцем от северной опушки до западного склона.

– Перекрёстный огонь. Если маги стоят в центре, между нами и холмом, мы бьём с двух сторон.

– Именно. Но не стреляйте первыми. Ждите, пока маги начнут работать заклинаниями. В этот момент они сосредоточены на цели и не контролируют окружение. Щиты опускают или ослабляют.

– Приоритет?

– Щитовик первым, если есть. Без щита остальные уязвимы. Потом пиромант. Потом любой, кто ещё стоит.

Тим кивнул. Я видел, как он считал в голове: расстояние от северной позиции до центра западного склона. Триста пятьдесят, может четыреста шагов. Для нарезного ствола это рабочая дистанция. Для мага, который стоит спиной к лесу и смотрит на холм, это расстояние, на котором он не почувствует угрозы.

– Крис. Правая пушка. Далль на подачу, один из Дорна на подноску. Виг слева, две пушки, Хоук и Михт в расчёте.

– Дорн. Ваши мечники и арбалетчики за гребнем, резерв. Тринадцать человек. Кельн с вами, его шесть мечников в общем резерве. Контратака сверху вниз, если прорвут переднюю линию.

Кельн кивнул. Он был рад, что не оказался на передней линии, и не стыдился этого. Честность трусости иногда полезнее ложной храбрости.

– Олаф.

– Знаю. Резерв. Ближний бой. Если прорвутся.

– Если прорвутся, ты не один. Трое мечников Дорна с тобой. Задача: держать вершину, пока стрелки отходят к задней траншее.

– Понял.

Я обвёл взглядом каждого. Лор записывал. Тим запоминал. Крис молчал, но я видел, как он перебирает пальцами, считая людей в расчёте. Дорн смотрел на карту с выражением человека, который наконец увидел план и почувствовал, что план реален. Кельн смотрел на Дорна и старался выглядеть так же уверенно.

– Вопросы.

– Отход, – сказал Лор. – Если потеряем позицию.

– Восточный склон. Тропа к усадьбе. Запас пороха и свинца на десять дней. Сигнал: три выстрела подряд. Стреляю только я. Если я ранен или убит, команду принимает Тим.

Тим не дёрнулся. Он знал об этом с вечера на холме.

– Март не на позиции, – продолжил я. – У восточной опушки с лошадью. Если всё пойдёт плохо, Март уедет в столицу. Письмо для Вейна и Крейн у него в сумке. Граф Черро в погребе усадьбы. Ключ у Марта. Граф дороже всех нас: его показания уничтожат Мора.

– Время, – сказал Лор. – Когда ждать?

– Лагерь снялся два дня назад. Смешанный отряд. Могут быть здесь завтра к вечеру или послезавтра утром.

– Часы, – уточнил Лор. – Не дни.

– Часы. Поэтому утром мы уже должны быть на позиции.

Все встали. У двери Дорн задержался.

– Арморн. Если мы выстоим, я буду должен вам больше, чем можно вернуть.

– Если выстоим, мы оба будем должны людям, которые стояли с нами.

Ночь на тридцать первый день я не спал.

Оставались мелочи, которые решают всё.

Пять нарезных аркебуз лежали на столе, рядом патронташи с коническими пулями. Двадцать пуль на ствол. Сто выстрелов. Достаточно, если не промажешь.

Раст пришёл забрать свой ствол в полночь. Тихий, собранный.

– Барон.

– Раст. Западный фланг, кустарник у оврага. Грит с тобой. Ты старший.

– Понял.

– Не стреляй, пока маги не начнут работать. В этот момент щиты опущены.

– На какой дистанции они будут стоять?

– Триста пятьдесят, может четыреста.

Раст обдумал.

– Четыреста. За две недели я довёл до семи из десяти.

– Одна пуля, один маг.

– Да, барон. Одна пуля.

Он забрал аркебузу и ушёл. Я смотрел ему вслед. Худощавый солдат с оружием, которого в этом мире не существовало до прошлого месяца. Маг не почувствует угрозы. Маг не увидит стрелка. Маг услышит выстрел уже после того, как пуля пробьёт тело.

Четыреста шагов. Дистанция, на которой тысячелетняя магократия превращалась в мишень.

Бурт поднялся ко мне перед рассветом.

– Картечь набита. Тридцать шесть зарядов на три пушки. Ядра рядом, восемнадцать штук.

– Бурт. Ты на задней траншее. Подноска боеприпасов, ремонт. Не лезь вперёд. Ты нужен живым. Если я погибну, ты единственный, кто может делать стволы.

Бурт молчал. Большие руки сжались и разжались.

– Вы не погибнете, барон.

– Не планирую. Но план и жизнь не всегда совпадают. Иди. Поспи хоть час.

Он ушёл. Я остался.

За окном начинало сереть. Последний час темноты. Часовой у траншеи менялся: силуэт на гребне холма качнулся и сошёл вниз, другой занял место. Штатная смена. Система работала.

Я взял свою нарезную аркебузу. Проверил замок. Кремень сидел крепко, огниво чистое. Порох сухой. Двадцать конических пуль в патронташе. Пятый ствол. Резервный.

На «Прометее» главный инженер не выходил на полигон с оружием. Он стоял за стеклом пункта управления и смотрел на показания приборов. Здесь пункта управления не было. Был холм, траншея и люди, которые смотрели на тебя и ждали, что ты скажешь: «Огонь».

Рассвет тридцать первого дня.

Мы заняли позицию до восхода. Тихо, в тумане, который полз с восточного склона и обтекал вершину.

Двадцать стрелков Лора в передней траншее. Пушки на площадках, укреплённых камнем: два орудия слева, одно справа. Виг у левой пары, спокойный, с кожаной сумкой запалов. Крис у правой,