Секретарь - Ал Коруд

принял страну в «бостоне», оставил в «Монтане». Мне же по причине политической зрелости носить зарубежную фирму противопоказано. Так что надо учиться одеваться стильно, но не вызывающе. И еще как-то найти на это дело денег.

На улице подмораживало, на лужах ледок, в проездах гулял свежий ветерок. Серый уже начал застывать, когда я появился на сцене.

— Хоть один приличный! А то не пустят дежурный. Знакомься, это Леха и Фонарь.

Леха был мелкий и невзрачный. Такого можно запросто со школьником спутать. А как я понял в медицинском училище больше уважали студентов. Серьезные люди и деньги у них водятся. Фонарь и есть фонарь. Длинный как жердь и с блямбой под глазом. Серый со смехом рассказал, что ему постоянно прилетает туда. Как заговоренному. Ожидаемо его дружков на танцы не пустили, но Серега не унывал. На меня мельком взглянули и кивнули на дверь. Внутри было шумно. Разогревалась самодеятельная группа. Возились у зеркал девчонки, наводя последний марафет. По залу шлялись студиозы. Мы быстро разделись, и приятель потянул меня куда-то по коридорам.

— Постой на стреме.

Серый щелкнул шпингалетом и открыл окно. Откуда-то из тьмы сначала появилась сумка, а за ней головы его корешей с училища. То есть все было продумано.

— Лихо вы!

— А то! Пошли для сугрева дернем. А то скучно, как в морге.

В сумке подозрительно звякнуло, Фонарь ощерился. Мы нырнули под лестницу и уютно устроились на старых табуретках.

— Леха?

Мелкий ловким движением срезал складником полиэтиленовую пробку с «бомбы». Пили прямо из горла, закусывая дешевыми конфетами. ПТУ и есть ПТУ, все у них кондовое в рамках «традиционных ценностей». Давно я не пил такой восхитительной бормотухи. Аж перекосило всего. Поэтому весело отказался от продолжения. Ну его на фих! Еще вывернет в ненужном месте и в самый цимес. В этом пойле важно лишь одно — щобы зашаяло в башке и комплексы, присущие всякому юнцу, исчезли. Только вот не умеют они вовремя остановится, и эффект получается не торт.

Серый был сообразительней и, заслышав звуки музыки, дернул меня на танцы. ВИА бацал нечто заводное заморское. На танцполе было все так же. Стояли группами и парами девчата, давился подле стен немногочисленный молодняк мужского пола. Я быстро оглядел потенциальный контингент, и он меня честно, не впечатлил. Нет, надо было идти к училкам. А тут какие-то коновалки. Им только лошадей лечить!

— Вон, смотри нормальные девчонки!

Мы пристроились сбоку к небольшой девичьей компании, понемногу начиная с ними вербальное общение. Я вспоминал движения незабвенного Траволты, ставшего кумиром стиля «ДИСКО». Глядишь, бы чего и замутил на стороне медицины. Может быть, даже и секаса кусочек, но вмешались неведомые силы, имевшие, видимо, на меня виды. На очередной медляк я был немедленно приглашен блондинистой барышней.

Ну от добра добра не ищут. Я был впечатлен размером ее бюста, не особо отвлекаясь на лицо, уже мечтая разобраться в хитросплетении пуговок на изделии местной промышленности. Девушка прижималась ко мне все сильней, переходя грань первого знакомства. От нее так же попахивало алкоголем. Похоже, что тут так отдыхать принято. Что за медички без спирта! Я потек, собираясь навести мосты в виде обхвата ее бедер своими шаловливыми ручками, но не срослось.

— Светка, это еще что за крендель?

Меня бессовестно оторвали от девушки, и в следующий момент я уже летел на пол. В голове затрещало, по ней знатно только что прилетело. Только сейчас увидел обиженного ухажера крашеной блондинки. Пацан был плечист и нагло улыбался. Понятно в чем дело. Эта дура меня использовала в собственных эротических разборках. Вот ведь попал! Затем нахлынула злость, я переворотом ушел от удара ногой и вскочил с места.

— А вот так нечестно!

— Ты еще будешь указывать мне, козел!

'За козла ответишь!

Пацан по ходу чем-то занимался и желал сейчас пробить мне заново по морде лица. Но я уже встал в стойку и ушел налево, сам работая ногами. Нет техники — бей с левой! Подсечка, удар под колено и в жопу. Коренастый боксер грохнулся на пол. Ко мне метнулись его кореша, но их живо разметала подлетевшая молния в коричневом свитере. Серега! Заорали девчонки, заглохла музыка.

— Драка!

— Милиция!

Меня подхватил Серый и потащил куда-то из зала. Это он вмешался, хоть и с опаданием. Сзади уже началась настоящая свалка. Народ тут был простой. Тебя толкнули — ударь в ответ! На входе в зал нас остановили торопящиеся дружинники:

— Стоять! Вы куда?

Серый не растерялся.

— Домой! У вас тут отдохнуть не дадут. Вот друга ни за что задели. Разберитесь сначала с хулиганами.

Но дружинники и сами поняли, что мы не те, кто им нужен. Звуки драки доносились из центра зала. Да и выглядели мы вполне прилично. Так что быстро одевшись, с хохотком выбрались на улицу. Около фонаря на проспект Серёга повернулся и ахнул:

— Во блямба будет у тебя под глазом!

Только этого не хватало! Я засуетился, ища что-то холодное. Затем оторвал кусок льда из лужи и приложил.

— Отдохнули, называется!

— Извини, кто же ожидал? А я с девчатами почти договорился. Комната свободна. А?

— Не, с меня хватит, пожалуй.

— Ну, смотри. Я тогда пойду, гляну, как там наши. Тебе позвоню, если что.

— Звони.

Я к скоростному фиаско отнесся флегматично. Нет так нет. Значит, не судьба. Только вот дома мой фингал встретили по-разному. Мама сразу заохала и побежал к соседке за «бодягой». Отец с интересом изучал мое лицо.

— Больше не пропустил?

— Да я его и не видел. Даже слова не сказал. Обидно!

— Из-за девки?

— Было бы из-за чего. Вообще, не моя тема.

Батя Несмеянова пристально на меня глянул:

— Как-то странно ты стал изъясняться в последнее время. И у кого понабрался?

— Да там и сям.

— Пойдем на кухню.

Там он втихаря налил мне пятьдесят грамм коньяка:

— Пей, чтобы быстро рассосалось. Куда ходили?

— К медичкам.

Отец захохотал:

— Я же говорил тебе к училкам.

Я обиженно засопел:

— Куда позвали.

— В следующий раз умнее будешь. Медучилище в каком районе находится?

Я подумал, и ответ пришел сам собой.

— Кузнечиха.

— Вот-вот. Самый хулиганский район. Потому на танцы там вечно всякая шпана ходит. Пединститут же у нас в центре, там порядок.

— Опыт был?

Ответить помешала прибежавшая мама Зина. Она начала готовить мне примочку. Затем строго спросила:

— Пил?

— Чуть-чуть для храбрости.

Зинаида обличающе повернулась к Михаилу:

— Вот смотри, папаша, твое с Олегом воспитание!

— Так мужик растет. Или ты хочешь, чтобы он вечно от твоей юбки не отходил? Что тогда