Вечные Пески. Том 10 - Лео Сухов

Угорье. А потом объявился на севере Приречья со стороны Приозёрья. И как только ты перешёл мост у Танлавара, Чёрное Братство получило первый заказ на тебя. Такая вот долгая история, Ишер…

Царь откинулся на спинку кресла, наблюдая за мной. А я всё ещё думал, как реагировать на новые сведения.

Думал так до тех пор, пока рядом не прозвучал хриплый голос Ситраниса:

— Я выберу Ишера и его отряд…

— Прекрасный выбор! — оценил царь и, перегнувшись через стол, по-дружески хлопнул регоя по плечу, а тот зарделся до красноты. — А ты, Ишер?

— Что я? — спросил я.

— По-прежнему хочешь мстить? — спросил венценосный хозяин дворца.

— Месть к столу подают холодной, — ответил я ему. — Есть вариант и подождать. Может, и в самом деле, всё само сложится. Я теперь шептун, времени у меня много, если не убьют.

— А вот с этим я могу помочь… — царь поднял кубок, глотнул вина и улыбнулся во весь рот. — Примешь мою помощь?

Глава 230

— И что же ты потребуешь взамен? — спросил я, а затем добавил, подняв бровь: — Чем я вообще могу помочь царю Края Людей, даже…

Я замолчал, но царь догадался:

— Даже такому безвластному, как я? — он засмеялся. — Обидно, зато правдиво… Ты прав, Ишер, я могу совсем немного. И всё-таки несоизмеримо больше тебя. Однако кое в чём ты можешь мне помочь, Ишер. Ты, твой отряд… И даже твоя сделка с Аравантис будет на руку.

— Ты знаешь, в чём она заключается? — сдержанно уточнил я.

— Нет, не знаю. Но, надеюсь, ты мне расскажешь… — заметил царь, хитро прищурившись. — Не сразу, конечно… Сначала я ещё наведу побольше словесных туманов… Значит, ты, Ситранис, между семьёй и Ишером выберешь Ишера? Почему?

— Да… — всё так же хрипло подтвердил регой, схватил кубок с вином и осушил его одним глотком. — Потому что… Ишеру я верю.

— Веришь? — переспросил царь.

— Он сражался в Кечуне и никогда не бросал своих, не бежал, не трусил… — сказал Ситранис, прикрыв глаза, будто смотреть на мир вокруг было больно. — Он был ополченцем, который смелее регоя. А дальше я прошёл с Ишером через Приозёрье и весь кошмар, что там творился. И Ишер всегда поступал благородно, в отличие от многих… Многих представителей знати и семей. А ещё он Защитник, выбранный богами. Уж если кому и верить, то ему…

— Отличный ответ! — царь поднял кубок в приветственном жесте. — Есть ещё в Краю Людей настоящие регои. Ты один из них, Ситранис. Ты служил, не требуя ничего взамен. А когда пришлось выбирать, сделал тяжёлый, но правильный выбор. А вот братья у тебя, если честно, те ещё иухи поганые…

— Это по-прежнему моя семья, — с долей угрозы в голосе напомнил Ситранис.

— Да, неприятности бывают у всех, согласен… — царь хмыкнул. — Если бы ты знал, что они здесь, в столице, творили, пока ты честно служил, давно бы отрёкся. Но… Я не буду давить на родственные чувства. Это будет подло. Тебе нужно самому всё узнать и принять. А мы вернёмся к тому, какая ситуация сложилась в Краю Людей…

Царь поставил кубок на стол. Рядом тут же появился слуга, чтобы наполнить его снова. И даже в мой долил, хотя я успел отпить лишь пару глотков.

— Власть моего деда защищало то, что где-то на севере жили выходцы из тайной стражи, которые могли вернуться и устроить семьям кровавую баню. Как только всех их вычислили, нашли и убили… Мой дед умер. Ушёл на заседание Совета Старших Семей, а вернулся оттуда уже труп. Я никогда не верил, что у него там сердце прихватило. Враньё. Пусть тайную стражу и распустили, но я готовился к тому, что семьи придут за мной. Создал что-то такое, что напоминало бы эту тайную стражу. Если не по форме, то по духу. Втайне от деда, втайне ото всех… — царь мрачно усмехнулся. — Я не собирался брать власть. Да мне её и передать-то было некому. Ту часть тела, которая за наследников отвечает, мне сильно в детстве повредили…

Ситранис ошарашенно округлил глаза. Чего уж там, даже я был удивлён. Тем более, вроде как, у царя наследник был.

— Да, так и было, — кивнул хозяин дворца. — Но, к счастью, повредили без того же проклятья, что и пальцы. Или шептун, работавший на семьи, меня тогда пожалел. Ну или, скорее, не сумел всё до конца отшептать. Годы лечения принесли плоды. Я сумел не только восставить эту часть тела… У меня и жены появился сын, о чём мы и мечтать не могли. И вот тогда… Сначала меня спасло твоё появление, Ишер. А потом семьи вновь обратили на меня внимание.

— Они хотели прервать царский род? — когда он замолчал, я не удержался от вопроса. — Зачем?

— Чтобы закончить царство, — пояснил царь. — Вся история людей, если помнишь, Ишер, состоит из периодов царств и междуцарствий. Впервые сложилась ситуация, при которой цари всё ещё остаются царями, но власти у них нет. Раньше царства заканчивались кровавыми восстаниями, в которых семьи убивали всех сторонников правящей династии. И тогда наступало время междуцарствия, когда правил Совет Семей, состоящий из Совета Старших Семей и Совета Младших Семей. И как вы думаете, кто там основные выгоды получал?

Царь ехидно посмотрел на меня и Ситраниса. Я, в принципе, и так догадался, но регой опередил меня с ответом:

— Старшие семьи…

— Верно! Так и есть. Пока нет царя и единой власти, старшие семьи тянут всё под себя. Перед нашим Последним Царством им почти удалось закрепить людей в Приречье за землёй, которую собирались распределить между семьями. Это сделало бы из свободных крестьян почти рабов. Никто не мог бы без дозволения семей переезжать и уходить на новые земли… Но Восстание Младших сначала помешало этим планам, а потом возникла новая династия. И мои предки быстро поняли, как невыгодно давать такую власть старшим.

— Вы пользуетесь правом вето в Совете, — наморщив лоб, припомнил Ситранис. — И даже сейчас не даёте им растаскивать Край Людей.

— Да, не даю… И мой дед не давал. И мой прадед не давал. Но чем меньше власти у нас оставалось, тем больше давили старшие семьи, — царь тяжело вздохнул. — Старшие семьи умеют строить планы на века и вынашивают их, дожидаясь удобного момента. Они хотят упрочить свою власть над крестьянами, привязав тех к земле навечно. Они хотят превратить людей в рабов, чтобы никто и помыслить не мог выступить против них. И тогда им уже не нужен будет верховный из старших. Но мы не