Я не злая, я просто тут случайно. Или некромантка по ошибке - Анастасия Понамарёва

Что-то внутри меня дрогнуло. Я подумала о том, как мы бежали через болота, как я проваливалась в воду, как Шашлык вытаскивал меня. Я подумала о том, сколько ещё мы могли бы бежать. И о том, что бегство никогда не закончится. Потому что если ты бежишь — ты всегда бежишь. Всегда оглядываешься. Всегда боишься.

А если я поверю ему?

Если я доверюсь врагу?

Я посмотрела на Крайда. В его ледяных глазах я увидела не холод, не подозрение, не враждебность. Я увидела усталость. И что-то ещё — что-то, что я не могла назвать. Может быть, это была честность. Может быть, он тоже устал от погони. Может быть, он тоже хотел, чтобы это закончилось.

— Если я соглашусь, — сказала я медленно, — вы гарантируете, что меня не арестуют до суда? Что я буду свободна, пока мы едем в столицу?

— Да, — сказал он. — Ты будешь свободна. Слово лорда Крайда.

— И вы защитите Шашлыка?

— Он будет с тобой. Всё время.

— И я получу компенсацию, если камень покажет правду?

— Ты получишь её. Полную. За все потери.

Я смотрела на него. Он не отводил взгляда.

— И вы уверены, что камень не даст сбой? Что он не ошибётся?

Он покачал головой.

— Камень правды — древний артефакт. Он не ошибается. Он реагирует на душу. На суть человека. Если ты не Лира — он покажет это. Абсолютно точно.

Я закрыла глаза.

Внутри меня боролись страх и надежда. Страх говорил: «Он обманет. Ты попадёшь в тюрьму. Ты никогда не выйдешь». Надежда говорила: «А если нет? Если он говорит правду? Если это действительно твой единственный шанс?»

Я открыла глаза и посмотрела на Шашлыка. Он смотрел на меня. И в его взгляде я прочитала то, что он не мог сказать словами: «Я верю тебе. Делай, что должна».

Он всегда верил мне. С первого дня. Когда я была грязной, раненой и напуганной. Когда я не знала, куда иду. Когда я чуть не утонула в болоте. Он был рядом. Он не оставлял меня. И сейчас он смотрел на меня так, будто говорил: «Я с тобой. Что бы ты ни решила».

Я перевела взгляд на Крайда.

Он ждал. Его ледяные глаза смотрели на меня. И в них не было холода. Только ожидание.

— Хорошо, — сказала я наконец. Голос прозвучал тихо, но твёрдо. Я сама не ожидала, что смогу сказать это так ровно. — Я согласна.

Крайд выдохнул. Я заметила это — он не сдерживал дыхание, он просто чуть расслабил плечи, и в этом движении было больше, чем в его словах. Он тоже боялся, что я откажусь. Что я снова сорвусь в бега, и ему придётся догонять меня. Что я не поверю ему.

Но я поверила.

Я сделала выбор. И в этом выборе было что-то странное — как будто я наконец перестала быть жертвой и стала человеком, который управляет своей судьбой. Даже если цена за это — доверие врагу.

— Хорошо, — сказал он. — Тогда утром мы выдвигаемся. В столицу. Вместе.

Я кивнула. Сказать было нечего.

— Спать будешь? — спросил он. — Я посторожу первым. Хотя, судя по твоему зверю, он справился бы и без меня.

Я усмехнулась. Первая улыбка за этот вечер.

— Он справится, — сказала я. — Но спасибо.

Я легла на плащ, положив голову на мешок. Шашлык лёг рядом, положив голову на мои колени. Его дыхание было ровным и тёплым. Я чувствовала, как его шерсть касается моих рук, как его тепло проникает сквозь одежду, согревая меня изнутри.

Я закрыла глаза. В голове крутились мысли: столица, магистрат, камень правды, компенсация, свобода. И Крайд. Ледяной агент, который сидел у моего костра и смотрел на меня так, будто я была не преступницей, а человеком.

— Спокойной ночи, — сказал он тихо.

— Спокойной ночи, — ответила я.

Я провалилась в сон.

Глава 20: Сделка

От лица Крайда.

Я гнал коня три дня.

Три дня без отдыха, без сна, без остановок дольше, чем на смену лошади. Первый конь пал на второй день — я оставил его у постоялого двора, взял свежего и продолжил путь. Второй держался лучше, но к исходу третьего дня его бока ходили ходуном.

Я должен был её догнать.

Она увела меня на юг. Пока я ждал её на восточных перевалах, она уходила всё дальше — через болота, равнины, Лесную гряду. Я потерял неделю, стоя на месте, а она использовала это время.

Семьдесят лет опыта. И я позволил себя переиграть. Она знала мой шаблон — ждать у границы, перекрывать перевалы. И она пошла в обход. Просто. Эффективно. Как будто знала меня давно.

Теперь я был близко. Я чувствовал это.

Следы были свежими. Маленькие отпечатки сапог и рядом — огромные следы лап. Она шла с саблезубом. Зверем, которого она спасла. Который пошёл за ней по своей воле.

--

На исходе третьего дня я въехал в лесную рощу. Стемнело. Конь выдохся — я чувствовал, как его ноги дрожат подо мной. Ещё немного — и он упадёт.

Я спешился, привязал коня к дереву, бросил ему охапку сена. Сам присел у корней, чтобы перевести дух, и тут учуял запах.

Дым. Костёр. И мясо — свежее, жареное над огнём.

Я замер. Я не разводил костёр. Кто-то был здесь. Кто-то готовил ужин.

Я двинулся в сторону света. Тихо, почти беззвучно, как учили в Канцелярии семьдесят лет назад. Я шёл через кусты, ступая так, чтобы не хрустнула ни одна ветка. Я приближался к костру, уже видел его отблески на стволах деревьев, как вдруг...

Рык.

Низкий, утробный, предупреждающий. Он разорвал тишину леса, и я замер на месте. Я знал этот звук. Я слышал его в Тенебрисе, когда наблюдал за ней из темноты. Это был саблезуб.

Он учуял меня. Раньше, чем я успел подойти.

Я стоял в темноте, не двигаясь. Слышал, как зверь рычит — настойчиво, угрожающе, предупреждая своего хозяина. Слышал, как она успокаивает его — тихо, спокойно, без паники. Она знала, что я здесь. И не убегала.

Я выдохнул и вышел из темноты.

--

Она сидела у костра. Чёрные волосы. Острые скулы. Худое, почти подростковое тело. Жёлтые глаза, которые светились в отблесках пламени. И рядом с ней — саблезуб. Он стоял, шерсть на загривке встала дыбом, клыки обнажены. Он смотрел на