Смотреть во тьму - Александр Н. Александров

базах оставалась стабильной, кислородные генераторы исправно работали, в воздухе не было обнаружено никаких посторонних примесей. Щиты из теплостали, электромагнитные экраны, системы автоматической защиты – всё это не было повреждено и продолжало функционировать. И только записи с камер охраны были почему-то уничтожены без следа, словно кто-то намеренно стёр их, не оставив на цериевых плёнках ни бита информации.

К месту расположения одной из пропавших из эфира экспедиций выслали боевую лодку с ротой до зубов вооружённых солдат. Через час связь с ней прервалась.

Началась массовая эвакуация с планеты. На орбиту до выяснения причин происходящего были подняты все обитатели Никты.

Вниз были посланы зонды с телеуправлением. Тогда начали сходить с ума операторы. Люди, что секунду назад сосредоточенно смотрели на экраны, где лучи прожекторов прорезали тьму простиравшуюся в двух сотнях километров внизу, неожиданно хватались за головы, падали навзничь, начинали с воплями носится по рубкам мониторинговых кораблей. Не все: кое-кому удалось избежать воздействия странной чёрной магии планеты. Но те, кому посчастливилось сохранить рассудок вернулись ни с чем: набитые самой тонкой измерительной аппаратурой автоматы не обнаружили ничего.

Следующая команда операторов зондов с телеуправлением сошла с ума вся целиком. Все двадцать два человека за несколько секунд превратились в орущих безумцев. И опять записи, что вели чуткие телекамеры, были неведомым образом стёрты с цериевых лент, словно их там никогда и не было.

Учёные носились по своим каютам и рвали на себе волосы; они просто не понимали, какая сила может проделывать такое. Космос – странное место, в нём встречаются удивительные и страшные места, но то, что происходило на Никте не укладывалось даже в понятие «странного».

На планету стали посылать полностью автоматические зонды с машинным управлением. Часть из них вышла из строя ещё на границе атмосферы. Их удалось вернуть на корабли и детально исследовать, однако мрак вокруг кошмара Никты лишь сгустился. Потому что электронные мозги плавающие в переохлаждённом гелии под непробиваемыми кожухами блоков управления оказались хаотично изменёнными, словно их логические элементы перепаяла банда злобных невидимых лепреконов. Это до такой степени напоминало то, что неведомая сила там, внизу, творила с человеческим мозгом, что учёные на этот раз даже не удосужились составить отчёт. Они просто не знали, что им писать.

Однако именно этот безумный эпизод с автоматическим зондами неожиданно приоткрыл в завесе тёмной тайны планеты вечной ночи маленькую щелку.

Раз за разом автоматические зонды отправлялись вниз, на Никту. Раз за разом некоторые из них – одни и те же – возвращались назад безо всяких проблем.

Техникам было поручено узнать, чем нетронутые силой Никты зонды отличаются от всех остальных. Техники разобрали их буквально до атомов и дали ответ – странный, как и всё, что творилось на Никте.

Зонды на которые не повлияло Нечто, сводившее с ума людей и роботов, не имели телекамер. Они получали информацию об окружающем мире при помощи ультразвуковых радаров и радиолокации.

Именно тогда доктор, а, точнее, уже профессор Блейн осторожно высказался о «слепых зондах». Его немедленно подняли на смех даже его собственные лаборанты: «видеть» ведь означает лишь так или иначе воспринимать излучённые или отражённые предметами волны и анализировать их – при чём тут слепота?

Тогда Блейн собрал несколько маленьких зондов-автоматов лишённых оптики и использующих для навигации приёмники ультракоротких волн, ультразвук и электромагнитные сенсоры. Все зонды вернулись с планеты невредимыми.

Блейн сказал: «как учёный я должен быть честен: я понятия не имею, что творится там, внизу. Но я готов поставить золотые слитки против яблочных огрызков, что человек лишённый зрения и пользующийся, например, У-повязкой, мог бы передвигаться по поверхности планеты безо всяких проблем».

Вот только желающих доказать правоту профессора на личном опыте не нашлось. Насмотревшись на безумные обрубки, в которые планета превращала людей, никто из людей Густава Рёшу не собирался проверять теорию Блейна. Люди были готовы идти на прямое нарушение приказа, пусть даже это и означало смертную казнь.

И вот тогда на сцену истории поднялся проклятый Ашеран Рейку, брат Густава, лишённый за попытку государственного переворота фамилии, чести и места в очереди наследования, но волею отца Густава, благородного Кейна Рёшу, избавленный от долгой-предолгой смерти в руках палача-художника.

Ашеран Рейку сказал: «вы все трусы, недостойные того, чтобы ходить по поверхности Никты. Дайте мне корабль и У-повязку, и я лично положу на этот стол флакон со смеком!»

Конечно же, не было ничего случайного в том, что на мостике флагманского корабля, где Ашеран выступил со своей дерзкой речью, в тот момент находится лорд Содружества Галеон Рамзи, известный бретёр и скандалист. Он просто не мог не заинтересоваться разворачивающейся драмой.

Видя, что ему удалось привлечь к себе внимание лорда, Ашеран Рейку взял У-повязку, которую очень вовремя сунул ему в руку кто-то из подхалимов, достал из кармана складной нож и у всех на виду вырезал себе глаза. Швырнув на стол окровавленные глазные яблоки он впрыснул блокатор боли, нацепил повязку, прыгнул в лодку и спустился на Никту. Его никто не остановил.

Менее чем через час на столе в рубке стоял термос со смеком. Тогда лорд Рамзи сказал:

«Птица защищает своё гнездо, а человек – свой дом. Власть держится не на мягкости, но на поступках жёстких и отчаянных. Подойди же ко мне, Ашеран Рейку, преклони колено и встань властителем Никты. Тебе возвращены все титулы и доброе имя, но с одним условием: ты будешь заботится обо всех членах семьи Рёшу. Власти у них более не будет, но они имеют право жить на Никте и в разумных пределах пользоваться её казной, а также всеми привилегиями принцев и принцесс второй линии. Мне не нужна борьба за власть в доме, снабжающем Гегемонию бессмертием»

Всё это случилось очень давно. Но сейчас Эрик каждым нервом ощущал давление тех событий, словно из пасти истории на него пахнуло застарелой падалью. С тех пор замок превратился из военной машины в обиталище ленивых призраков, сонных церберов и обрывочных воспоминаний. В нём жило около двух миллионов людей, бессмертных людей, которые убивали свой разум наркотиками, скукой и пустотой. Сотни квадратных миль вокруг замка были завалены обломками антикварной мебели, золотыми статуями, бриллиантами, бесценными ювелирными изделиями и картинами великих мастеров стоимостью в годовой бюджет крупной промышленной планеты. Когда в замке становилось тесно от всего этого, старые драгоценности просто выбрасывались в мусорные трубы чтобы освободить место для новых.

Принц стиснул зубы, всматриваясь в темноту за окном. Каждая клеточка его тела дрожала от ужаса, чувствуя приближение Этого.

Никто