Бесконечность - Марцин Подлевский

— Зачем ты скачала оттуда какие-то программы, да еще без согласования с Сердцем? — спросил Кравец, и его голос стал немного более язвительным.

Лакома пожала плечами. Ее серьги — небольшие шестигранники на пластиковой проволоке — блеснули ярко-зеленым цветом.

— После битвы это сразу засосало в консоль, — сказала она. — Когда мы сражались с суперкрейсером в Синхроне. И обновление втянуло. — Астролокаторка вытерла крошки с консоли. — О, это пошло на всю Костлявую. Э-э… ты его не видел, потому что оно высокоприоритетное, даже выше Сердца. «Бритва утопленника», так это называется. И команда «выполнить»… — добавила она, бессмысленно постукивая пальцем по отмеченной кнопке.

— Стой! — закричал Кравец, но было поздно.

Немного запачканный батончиком палец Лакомы уже выполнил свою задачу, и программа Натриума Гатларка, отправленная по приказу маршала ГВС Керкоса Санда, начала активацию счетчика глубинного прыжка на всех соединенных между собой благодаря Кравецу единицах Джонни Восьмерки. Счетчик, который, к ужасу главного компьютерщика «Ласки», уже нельзя было выключить.

Менее чем через три минуты, засыпанный истерическими сигналами тревоги на пиратском контактном пучке, удивленный генерал Юсаку Годай мог только беспомощно смотреть, как отдельные единицы Костлявого Банды после бездумного запуска особо опасной программы открывают Глубину и исчезают в метапространстве — летя к верной гибели.

О том, что их смерть вовсе не была такой уж верной, Юсаку не имел ни малейшего представления.

***

— Исчезновение, — ответил Избранник Кайт Тельзес.

Сопровождавший его Аро слегка приподнялся на гусеницах. Вопрос, заданный Преображенным, звучал достаточно по-человечески, чтобы его программное обеспечение позволило использовать человеческие семантические формы.

— Они исчезают, — подтвердил он своим спокойным компьютерным голосом. — Можно заметить некоторую закономерность в этих внезапных исчезновениях, electi. Тем не менее, за исключением нескольких случаев, это крайне незначительная доля процента. Полет без Синхрона — это почти верная потеря в метапространстве или превращение в Призрак.

— Сеть…

— Ее больше нет, electi, — прозвенела Машина. — Я не могу объяснить исчезновение Синхрона. Я также не могу объяснить последние сигнатуры входа в Глубину без его поддержки. Тридцать два с половиной процента наблюдаемых единиц указывают на решение о самоубийстве. Сорок пять — на программное повреждение, вызванное исчезновением Синхрона. Пятнадцать процентов, в свою очередь…

— Остальные, — перебил Избранник.

— Они здесь, — подтвердил Аро. — Большая часть проникла в Рукав Ориона. Заминированность глубинных отверстий я оцениваю в семьдесят пять процентов с долей вероятности ошибки порядка…

— Источники.

— Меньшие, известные Консенсусу человеческие командные центры все еще работают, — сказала Машина. — Упомянутые центры, отвечающие за передвижения единиц, продолжают отчитываться. Большая часть все еще скрыта от наблюдения. Многие выглядят мертвыми. Согласно отчетам, лазурный Штаб Синхронной Стратегии не существует, как и Элизиум, мобильный штаб Лиги. Также нет данных о Песне, столице Штатов.

— Мертвы.

— Да, electi. — Аро повернулся обратно к Образу и добавил как бы про себя: — Центры мертвы. Мертвы или ждут смерти.

***

Госпожа Алаис Тине не могла смириться с поражением.

Перед глазами все еще стоял разорванный пополам Элизиум. Огромная мобильная станция Западных Сил и Штаб Синхронной Стратегии Лиги погибли внезапно, вскоре после того, как в секторе появились эребы Бледного Короля и Призраки, преследующие корабли Машин.

Так сложилось, что в погоню не отправился ни один грим. Но это не изменило того факта, что когда к станции прилетели первые жуткие Призраки, Тине отдала приказ немедленно эвакуироваться. Ранее поднятые истребители и силы внутрисистемной обороны направились к точке прыжка — без особой надежды на успех. Синхрона уже не было, и многое указывало на то, что собравшимся у Элизиума силам Лиги оставалось только рискнуть и запустить «Бритву утопленника».

К сожалению, это было не так просто.

Небольшому флоту Лиги предстояло узнать, насколько опасны Призраки.

Крупные секторальные звездные сражения — при предварительной поддержке Синхрона — могли развиваться двумя способами. Первый, при скорости кораблей, приближающейся к скорости света, и с учетом релятивистских временных искажений, происходил за доли секунды, и человеческие стратегические решения должны были быть подкреплены расчетами кастрированных ИИ. Здесь движения флотов планировались с большим опережением, часто с помощью щедро оплачиваемых Прогнозистов Жатвы.

Второй тип сражений, который еще называют «стратегией столкновения», был более распространен, что было связано с двумя причинами. Во-первых, благодаря глубинным отголоскам теоретически можно было предсказать, где появится и куда улетит тот или иной корабль, что автоматически облегчало ведение стратегии и увеличивало шансы на захват вражеского корабля. Вторая причина вытекает из первой: поскольку «стратегия столкновения» позволяла более эффективно захватывать корабли и их ресурсы, большинство единиц, сталкивающихся в космосе, автоматически устанавливали втягиватели и волновые генераторы — все для того, чтобы свести сражение к уровню, гарантирующему больше шансов на военную победу. Люди Выжженной Галактики, помнящие времена Тьмы после падения Старой Империи, не хотели уничтожать даже чужие корабли, доводя их до взрыва ядра. В мире галактического постапокалипсиса все могло пригодиться — даже ржавый корпус. Многое указывало на то, что Призраки заинтересованы в стратегии ближнего боя. И что они справляются с ней на «отлично».

Мертвые, покрытые покровом Глубины корабли — человеческие и ксеноморфные — сначала направились к Элизиуму. Мобильная станция открыла по ним огонь из онагров, но плазменные пусковые установки Лиги поразили лишь несколько целей. И на этом бой фактически закончился, потому что прибывшие вслед за Призраками эребы обрушили на станцию волны тьмы, которые почти мгновенно разорвали ее на две части.

В тот момент, когда это произошло, Госпожа Алаис Тине уже была в ангаре, проклиная в душе так тщательно разработанную стратегию ГВС, бросившую основные силы на борьбу с далеким Консенсусом и ослабившую оборону Внутренних Систем. Ее последний приказ — отправить пентеры, то есть фрегаты лиги, на защиту гибнущей станции — был актом отчаяния. Она просто надеялась, что многочисленный персонал Элизиума успеет добраться до спасательных капсул, истребителей и прыгунов.

Она поняла, что это будет невозможно, в тот момент, когда садилась в один из филаксов — глубинных истребителей Лиги.

В наполненном звуками тревоги ангаре появились шарообразные отверстия микроглубин, и из них начали выходить Холодные.

— Вы должны лететь, госпожа! — крикнула трибунка Элизиума Ливия Друзилла. Девушка почти силой затолкнула Тине в кокпит филакса. — Быстрее!

— Приближаются ракеты, — в ангаре раздался спокойный голос Нерона, ИИ Элизиума. — Повторяю. Приближаются ракеты.

— Я не собираюсь уходить… — начала Алаис, но бледная как смерть Трибунка нажала кнопку автоматического старта, и машина, закрыв