Бесконечность - Марцин Подлевский

Тине еще успела увидеть, как Ливия поворачивается и бросает электроклинок в сторону странного, пугающего существа, напоминающего давно умершего Чужака. Исхудавший гуманоидный ксеноморф казался целым только благодаря льду, покрывающему его тело. Электрический кинжал отскочил от замерзшей корки и упал на пол. Трибунка вытащила электрический меч.

Госпожа Алаис Тине больше ничего не увидела. Истребитель вылетел из ангара прямо в космическую битву, в которой Западные Силы ГВС не имели шансов на победу. Битву, которую Госпожа могла оставить позади, если бы ей удалось добраться до локационного буя… и если бы ей посчастливилось, прыгая без Синхрона, не превратиться в Призрак.

***

— Данные, — прохрипел Кейт Тельзес. — Данные.

— Да, electi, — согласилась Машина. — Уже передаю. Шансы на выживание: семь процентов. Вероятность отрицательного темпа минус один. Нет данных о силах, не введенных в программу Единства.

— Милитаризация?

— Да, — согласился Аро. — Неясная ситуация в мирах и структурах, не входящих в ГВС. Небольшие шансы экстраполяции сотрудничающих структур.

— Сотрудничающих?

— Передаю данные о сотрудничающих структурах. Ожидайте, электи. Экстраполяционные вычисления идут. Внимание. Потеря данных о сектах третьего типа.

— Объясни.

— Объяснить не могу, электи. Полная потеря данных. Вычисления идут.

***

Жатва была брошена.

Ее Поверенный исчез. Он оставил после себя лишь слабый призрачный след в Spiritum — Гнезде Жатвы, согласно замыслу Ната, спрятанном от глаз Выжженной Галактики прямо над TYC 3667-1280-1b, также известной как планета Недельного. Огромная верфь — или, скорее, большая станция, сваренная из кораблей — была брошена на произвол судьбы; после мгновения славы и непосредственного контакта с трансгрессом Гатларком, воплощением мечтаний и стремлений секты, все исчезло.

В центральном корабле «Эго», который был сердцем станции, начался переполох. Прогнозисты выпадали из своих чаш, аколитки и аколиты падали в обморок, а на кораблях, собравшихся по приказу Поверенного и прибывших из самых дальних уголков галактики, воцарилась полная растерянность. Жатва всегда имела цель, а теперь эта цель была жестоко утрачена. Века поисков пошли насмарку из-за смерти того, кто должен был стать настоящим Мессией человечества.

— Он говорил, что так может случиться, — напомнила несколько часов спустя во время собрания в «Эго» седая старая аколитка, помнившая времена по крайней мере трех предыдущих Поверенных Жатвы. — И он говорил, что тогда нужно будет сделать.

— Это безумие! — возмущенно возразил один из молодых членов секты. — Мы не имеем никакой уверенности, что предположения трансгресса…

— Ты сам так его назвал, — прервала его аколитка. — Значит, ты знаешь, что это были не предположения. Психофизиум Натриум Ибсен Гатларк обладал даром предвидения и экстраполяции событий. Поэтому мы можем сделать только одно. Выполнить его просьбу и вернуться назад. Вернуться туда, где мы были раньше. Туда, где можно встретить ее.

— Необязательно такая встреча имела место, — спокойно заметил старший адепт, сидящий рядом с женщиной. — Эти данные ненадежны и фрагментарны.

— На том, что произошло, выросла вся Жатва, — сказала его собеседница. — На этом основано все наше существование. Если сам Верховный Поверенный рекомендовал такие действия в случае своего ухода, кто мы такие, чтобы подвергать сомнению его мудрость?

На эти слова не нашлось аргументов. Аколиты молчали, медленно расходясь по своим постам и казармам. Решение было принято, хотя никто его не озвучил. Настал момент, которого боялись веками — момент, когда должна была решиться не только судьба секты, но и ее далеко идущие планы.

Работа, которую нужно было сделать, была не столько сложной, сколько безумной. Техническим вопросом оставалось соединение остальных кораблей секты со Spiritum и небольшая переделка глубинных двигателей, при виде которой обычный механик Согласия получил бы сердечный приступ. Но этого хватило, чтобы Гнездо Жатвы запустило двигатель и переместилось в Глубину вместе со всеми кораблями секты.

Однако место назначения не было выбрано, и двигатель, согласно плану, остановил Жатву на полпути и погрузил застазованных людей в неизведанные глубины метапространства.

***

— Значит, никого, — совершенно трезво ответил Кайт Тельзес. Машина немного подняла взгляд и посмотрела на Избранного. — Никого.

— Нет, electi — возразил Аро. — Расчет продолжается. Я ищу: секты и организации. Объединения. Падение, electi. Потеря.

— Покажи.

***

Собор Пустоты — главная резиденция Ордена — был мертв, и уже очень давно.

Большой корабль-станция, который Империя передала еще Имперской Гвардии во времена своего наибольшего расцвета, превратился в развалину во время Машинной войны. Когда Гвардия сократилась и превратилась в Пограничную Стражу, Согласие, образованное после веков тьмы, разрешило Ордену Пустоты использовать то, что осталось от Жемчужины Императора — теперь холодной и темной, как космический валун. Так появился Собор — вечно ремонтируемое сердце Стражи, набитое устаревшей имперской технологией, остатками полубезумных Машин первого и второго уровня и командой, которой, однако, было слишком мало для эффективного обслуживания погасших атомных реакторов.

Отец Теро, Мастер Ордена, живущий в Соборе Пустоты, не обращал внимания на эту вечную безжизненность. Как и многие его предшественники, он уже привык к жизни на космическом камне, где даже ангар был ничем иным, как огромной дырой в старом проржавевшем корпусе. Ему хватало его камеры, открытой для вида космического пространства, и тихого шума кислородных генераторов, треска слабых ламп, скрипа открывающихся дверей и, наконец, пищащих сигналов мягко колеблющихся староимперских щитов, защищающих Собор от солнечного ветра близлежащей старой звезды или забытого роя микрометеоритов.

Собор Пустоты полностью заслуживал своего названия и отлично подходил для созерцания — если только ему не мешал очередной аварийный сигнал.

— Ты уверен? — спросил Теро Пограничника Парсека, ответственного за компьютерное обслуживание одного из сегментов Собора.

— Да, Отец, — уважительно ответил худощавый черноволосый Пограничник. — Все до единого. Наши поиски не дали никаких результатов.

— Спасибо. — Мастер Ордена кивнул. — Можешь идти.

— Мне ее забрать? — спросил Парсек, указывая на Машину второго уровня, заливающую цементом одну из вентиляционных труб в камере.

Старое устройство с матовым металлическим корпусом притаилось у трубы, высоко подняв острые колени и ударяя по ней ритмичными сегментированными руками с огромными ладонями. По сути, Машина больше напоминала рыцаря в доспехах, чем старый автомат.

Теро покачал головой.

— Нет. Ее стук меня успокаивает. А теперь уходи, — повторил он. — Я хочу побыть один.

Пограничник не ответил. Он кивнул головой и через мгновение его уже не было.

Отец Теро прикрыл глаза. Его любимое животное, воссозданная живая единица — ходокот по спецификации Раджа — тихо мяукнул и направился к