Конфедерат: Бросок на Балканы - Владимир Поляков

концентрированной, ядовитой, но правильно «подслащённой» дезинформацией, что некоторым американским офицерам даже не по себе становилось. В том смысле, они не ожидали, что противник окажется в настолько невыгодных для себя условиях, быстро и радостно сожрав всё то, что протянули к их рылам даже не на фарфоровом блюдце, а прямо на лопате, которой за коровами навоз из стойла убирают.

В уши шпионам за их же немалые деньги вложили, помимо прочего, ложные сведения о том, что машины на броненосной эскадре Сэммса после трансатлантического перехода пусть и работают, но нуждаются в серьёзном ремонте, для которого тут, в Которе, нет ни сил, ни средств. Что сам адмирал, конечно, делает всё возможное, но нужные детали механизмов, специалисты просто и для постройки полноценного дока прибудут ещё не слишком скоро. а уходить из Котора ему не даёт полученный от самого императора Владимира приказ.

Вот она, основа дезинформации. Даже не одна, а сразу две «уязвимости», которые, будучи доведёнными но османских адмиралов, позволили бы тем выстроить свои атаки так, как было лучше всего для адмирала Сэммса. Именно две, но не больше. чтобы не вызвать подозрений у… У кого? Уж вряд ли у собственно османов, поскольку те сроду не показывали себя умельцами в хитром деле «рыцарей плаща и кинжала». Зато присутствующие при их армии и флоте британские и французские «советники», а по факту являющиеся заметно более значимыми наставники — вот те действительно способны были создать немалое число проблем.

Вместе с тем что советники, что наставники — бритты и франки пусть и играли важную роль в военной машине одряхлевшей и почти что рассыпающейся Оттоманской Порты, но не могли отдавать полноценные приказы. А сами османы, те продолжали, несмотря на реальное положение дел, пребывать в плену своих иллюзий. Как же, менее двух десятков лет тому назад как бы победили аж целую Российскую империю! И всеми силами не то забывали, не то и вовсе не думали о том, что «победа», сама по себе весьма и весьма спорна, была достигнута силами Англии. Франции, будущей Италии, тогда еще Сардинского королевства, а также о-очень благожелательным к коалиции нейтралитетом Австрии. И несмотря на все происходящее на собственно русско-турецкой «линии боевого соприкосновения» османов били постоянно, нещадно, показательно. На суше и на море, в атаке и при обороне, при равных и даже значительно превосходящих числом султанских войсках.

В общем, если сравнить турок и итальянцев… Последние что в случае войны с Францией, что в заварушке против Австрии понимали — их, так скажем, победы, были бы недостижимы без союзников, которые де-факто брали на себя основную тяжесть боев. Недовольно кривились кто-то явно, а кто поумнее, так потаенно, но иллюзий не испытывали. В отличие от не способных адекватно воспринимать мир вокруг османов.

«Добыли» от своих шпионов османы информацию? Показалась она им очень привлекательной? Получили, ко всему прочему, наглядное «подтверждение» о невысокой скорости американских броненосных кораблей? Вот и отбросили в сторону последние сомнения — если они вообще у них имелись. Рванулись сокращать дистанцию, стремясь во что бы то ни стало реализовать свое главное преимущество — превосходство в численности. И явно получили от командующих приказ по возможности не обращать внимания на меткую, результативную, с высоким эффектом от попаданий стрельбу американцев. Ставка на возможность либо перетерпеть обстрел, либо просто принести в жертву часть кораблей, поврежденных и даже потопленных. Зато таранные удары обязаны были по мнению, судя по всему, самого адмирала Дамад Мехмед Али-паши, принести ему победу. Первую победу для османского флота за… В общем, за очень долгое время, за более чем половину века, если Рафаэль Сэммс ничего не позабыл из истории морских сражений.

Тяжело поврежденный, хлебающий через пробоину в днище новые и новые порции воды, фрегат «Хехвани Бахри» уже не просто вывалился из вражеского построения, но, получив еще пару попаданий — по одному с «Морского змея» и «Порт-о-Пренса», проломившего борт в первом случае и разнесшего трубу во втором — сбрасывал скорость, пытался развернуться и выйти из боя. Этому кораблю если о чем и следовало думать, то исключительно о собственном спасении. А артиллеристы так успешно на пару работающих броненосца и крейсера уже переключили свое внимание на другую цель — большой паровой фрегат «Гамидие»

Другие находящиеся под плотным парным обстрелом османские корабли? Дистанция была для американских артиллеристов, несмотря на поступающие с дальномерных постов данные, не самой комфортной для стрельбы. Однако и этих условий хватило для того, чтобы на линкоре «Фетие» рухнула одна из мачт, а следовательно и немалая часть парусов прекратила быть. Да-да, парусов, которые были для этого переделанного корабля старого типа важны и более того, необходимы. Паровая машина ведь являлась встроенной в не предназначенный для этого изначально корпус, к тому же ее мощь относительно размеров корабля не сильно впечатляла. Так, помогала не остаться без сколько-нибудь пристойного хода в штиль да помогала нормально маневрировать и/или ускоряться.

И не только мачта! Еще два снаряда продырявили палубу старого османского линкора и даже разорвались, но не слишком удачная траектория падения не позволила добиться действительно серьезных повреждений и тем более «золотого» попадания. В общем, «Фетие» заметно убавил скорость, па вот насчет огневой мощи, тут сложнее. Адмирал Сэммс и капитан Стрейндж не могли быть уверены, насколько пострадали орудия на этом линкоре. Про башенную систему орудий на таких вот кораблях и речи не шло, только обычные батареи. А в настоящий момент «Фетие», наряду с прочими османскими кораблями, был сосредоточен на том, чтобы сократить дистанцию, а уже потом начать действительно серьезный обстрел кораблей эскадры Сэммса. Именно обстрел, потому как говорить о таране броненосного корабля устаревшим, изначально парусным линкором… Рафаэль Сэмс расхохотался бы вовсё горло, заикнись кто-либо о подобном безумии.

— «Хехвани Бахри» в бое участия больше не примет, «Фетие» мы его увечные крылья еще сильнее подрезали, — довольно скалился адмирал. — «Ассави Тефвик» горит. Похоже, один из наших снарядов ему в угольную яму попал, а такие пожары тушить сложно, а разгореться могут так, что им тоже думать придется о временном выходе из боя. Я прав, Мартин?

Каперанг, в отличие от своего командира куда как более рассудительный, не поддающийся всплескам эмоций, с ответом тянуть не стал, но постарался немного притушить пламенный нрав Сэммса. Считал, что, несмотря на искреннюю убежденность адмирала, накал страстей скорее мешает тому, нежели помогает.

— Наш броненосец даже вместе с «Барракудой» никак не может нанести серьезные повреждения «Хюдавендигару», — процедил Стрейндж. — уже четыре снаряда