Касаясь пустоты: Черная Птица - Джон Олдман

Не вышло.

Безликие враги в камуфляже приближались, аккуратно, без суеты. Они не бежали. Они сжимали пространство.

Я пошла на прорыв. Если преодолеть лестницу, с другой стороны здания должен быть джип с ещё живой батареей. Мобильность — жизнь.

Я выдала длинную очередь, пробегая пролёт. Не целясь — подавляя. Машинально выстрелила по движению слева, наверху. Кажется, мы выстрелили одновременно.

Пуля пробила бронежилет. Я почти не заметила — только тупой толчок, сбивший ритм, как если бы кто-то на мгновение сбил дыхание ладонью. Боли не было. Не сразу.

Тело в камуфляже повалилось вниз, ударилось о перила и исчезло из поля зрения.

Я добежала до окна, внизу увидела трёх врагов, медленно двигавшихся к укрытию, и бросила гранату. Сразу же, не дожидаясь взрыва, высадила остаток магазина длинной, широкой очередью — подавляя, ломая ритм, не оставляя времени на ответ.

Индикатор боезапаса замигал нулями.

Число противников: 9.

Я перезарядила обойму. И только потом осела по стене, позволяя телу на секунду догнать происходящее.

Под бронежилетом было мокро. Не сразу больно — просто неправильно. Голова закружилась, изображение на долю секунды поплыло. Биомониторинг пискнул — давление падает. Пуля задела артерию где-то внутри.

Боевой VR с методичностью умелого садиста моделировал реакции моего тела на внутренние повреждения — честно, без скидок и жалости.

Раньше это был бы конец. Я теряла мобильность — и оставшиеся противники просто добили бы меня.

Хрен вам.

Я сорвала с бедра аптечку, рассыпая на грязный бетон блистеры и капсулы автоинъекторов. Пальцы работали быстрее мысли. Сначала — обезболивающее. Алекс может закрыть мне реальные наркотики, но VR они здесь ничуть не хуже.

Теперь нужна оранжевая. Гемостатическая пена.

Я расстегнула бронежилет, машинально отметив, какая аккуратная дырка от пули на коже. Почти эстетично. Где-то там внутри всё было куда менее аккуратно.

Я приложила автоинъектор к раневому каналу и, стараясь не думать, надавила на кнопку.

Мир залило яркой белой вспышкой боли, когда гемостатическая пена начала расширяться внутри, заполняя пустоты, выползая из раны весёлыми, отвратительно живыми барашками. Тело выгнуло само, без разрешения.

Боль — это всего лишь электрические импульсы моего процессора, которые интерпретирует моя лимбическая система.

Это неважно.

Мобильность важна.

Инъекция стимулятора в бедро. Вот это было хорошо — что там намешали химики ОПЗ в боевой коктейль? Не хочу знать. Муть отступает. Зрение собирается в фокус, мир возвращает резкость. Сердце колотится, но держит ритм — быстро, зло, на пределе.

— Хрен вам всем! — крикнула я, не то управляемым компьютером ботам, не то всему миру сразу.

Я снова на ногах.

Вовремя — в проёме двери мелькнуло дуло.

Я стреляю сквозь стену на опережение. Не целясь, по вероятности. Бетон крошится, выстрелы рвут внутренности помещения.

Число противников: 8

И сразу — в окно.

Падать с третьего этажа с проникающим ранением в живот — очень плохая идея. Даже на на опиатах и адреналине. Даже в VR. Удар выбивает воздух из лёгких. В ноге что-то хрустит. Я отмечаю это краем сознания и двигаюсь дальше.

Боль — это электрические импульсы.

Джип в сотне метров. Управляемый комьютером противник займёт позицию у окна и срежет меня прежде, чем я добегу. Я это знаю. Он это знает.

Окно взрывается.

Я скинула гранату ещё до прыжка — в расчёте на то, что бот сделает логичное. Попытается добежать до окна и застрелить меня в спину.

Число противников: 7

Взрыв за спиной глухой, плотный. Осколки стекла и бетона сыплются дождём. Здание не выдерживает и бетонные плиты складываются как карточный домик.

Число противников: 6

Я улыбаюсь, чувствуя кровь на губах. Какой у меня сегодня удачный день.

На бегу, хромая, чувствуя, как нога подламывается, но держит. Пока держит.

Джип совсем рядом. Старый, изношенный, с облезшей краской и треснувшим лобовым стеклом. Но я знаю его. Из прошлых попыток. Он на ходу.

Я влетаю в салон, рву дверь, падаю на сиденье, захлопываю её. Руки дрожат, но делают своё. Контакт. Питание. Пуск.

Джип дёргается, мотор кашляет и оживает. Я вдавливаю педаль, не глядя назад. Пули бьют по корпусу, одна прошивает крыло, ещё одна — стекло, но уже поздно.

Колёса визжат на щебне, город отступает, линии огня рвутся.

Город рвался навстречу, как плохо сжатая пружина. Нет времени разглядывать достопримечательности. Я дёргала руль, уворачиваясь от провалов и остовов машин, джип шёл юзом, подвеска выла, но держала. Один из противников выскочил из-за угла слишком поздно. Я вывернула. Удар был тупой, тяжёлый — тело отлетело в сторону, исчезло под колёсами. Я даже не смотрела.

Под бронежилетом снова стало тепло и липко. Рана в животе открылась. Пена ещё держала, но давление падало, и VR честно это показывал.

По корпусу застучали пули. Стекло разлетелось, приборная панель вспыхнула ошибками. Сзади висел второй джип — ближе, чем мне хотелось. Остались последние. И они были упёртые.

Я почти легла на сиденье, руль удерживала кончиками пальцев, заливая его кровью, и вдавила газ, не глядя. Джип пробил витрину заброшенного магазина одежды, стекло и манекены разлетелись, полки сложились, ткань и пыль взвились в воздух.

Выстрел. Удар в левое предплечье.

Рука повисла сразу, без боли — просто перестала быть моей. Руль вырвался, машину повело. Я видела, как второй джип догоняет, уже почти вплотную.

Я дёрнула парковочный тормоз.

Резко. До упора.

Мой джип развернуло боком, двигатель взвыл на пределе. Я выжала газ до конца. Удар пришёлся в лоб — тяжёлый, с металлическим хрустом. Меня приложило о приборную панель, нос хрустнул. Нужно было пристёгиваться. Второй джип врезался в мою машину, смялся наши машины со скрежетом остановились.

Я выдрала чеку, сбросила ремень с оставшимися гранатами и вывалилась наружу.

Взрыв пришёл почти сразу. Меня швырнуло, как куклу. Ударная волна вдавила в бетон, мир вспыхнул белым и красным. Лицо обожгло, что-то хрустнуло. Один глаз сразу залило кровью. В ушах запищало.

Число противников: 1

Я лежала, пытаясь вдохнуть панхнущий гарью воздух, кожей чувствуя жар пожара, когда на меня навалились.

Последний.

Он был ранен, тяжёлый, тёплый, пах гарью и кровью. Руки сомкнулись на моей шее. Мир сузился до чёрных точек. Грязь. Давление. Паника. Я вспомнила лицо Блейка...

Дотянулась до бедра. Пальцы скользили, но нашли рукоять. Пистолет вышел тяжело, как из чужой руки. Я прижала его к телу врага и нажимала на спуск пока не опустела обойма.

Он обмяк.

Я столкнула его с себя, но больше не смогла подняться.