Порождения тьмы - Барбара Хэмбли

– Сомневаюсь, что у меня получится, – она послушно взяла печенье, отломила уголок и снова положила оба куска на тарелку.

Что ж, печенье в кафе Большой западной железной дороги оставляло желать лучшего.

– Я встретилась с Загорцем на балу в Уиклифф-хаусе… говорила с ним. Думаю, он пытается соблазнить меня через сны.

Его снова захлестнуло обжигающе-алой волной гнева, направленного не только на чужого вампира и лондонское гнездо, но и на Симона Исидро. Когда он заговорил, в его голосе прозвучали стальные нотки:

– Загорец о чём-нибудь просил тебя?

– Ещё нет, – она машинально отламывала от печенья всё новые и новые кусочки. – Но теперь, когда ему известно обо мне, внезапный отъезд в Оксфорд может заинтересовать его. И, честно говоря, я бы предпочла находиться там, где я смогу выполнить просьбу Гриппена – разыскать логова Загорца. Возможно, так получится быстрее всего… покончить со всем этим. Просто дать ему то, чего он хочет.

Эшер едва сдержался, чтобы не спросить: «Ты в самом деле думаешь, что он вернет её?»

– Я передала мистеру Роллстону… он работает в «Барклайс»… список имён, под которыми Гриппен на протяжении многих лет вёл дела, а также адреса принадлежащих ему домов. Симон пообещал найти кого-нибудь в Банке Англии, – снова лёгкая дрожь в голосе и едва заметное движение глаз. Исидро, как прекрасно знал Эшер, может быть безжалостным. – Там Гриппен держит свои деньги. Надеюсь, я обо всём подумала…

Он взял её руки и начал целовать их, затем прижал к своему лицу, небритому и грязному после двух суток в дороге: из Венеции в Турин, из Турина в Женеву, из Женевы в Париж. Названия станций в глухой ночи и кислый кофе. Ритмичный стук стальных колёс эхом отдавался в его костях. Немедленно возвращайся. Гриппен совершил нечто ужасное.

К тому времени, как он вернулся в Венецию из Сараево, телеграмма уже сутки ждала его на гостиничной стойке «Палаццо Фоскари». Всю дорогу из Венеции в Париж он размышлял над тем, как бы взорвать здание Министерства иностранных дел и всех, кто там работает, за то, что они подрядили его доставить секретное сообщение в Сербию. А потом и себя – за то, что согласился.

После того, как он убьет Гриппена.

– Ты вела себя по-геройски, любовь моя.

– Я старалась, – она оставила в покое искрошенное печенье и начала раскладывать столовые приборы. – Однажды ночью меня выследили птенцы Гриппена. По крайней мере, Симон считает, что это его выводок. Двое мужчин и женщина. Симон говорит, что они не причинят мне вреда, потому что Гриппен сохраняет над ними власть.

Они оба видели, как Исидро приказал собственному птенцу оставаться на открытом пространстве под первыми лучами летнего северного солнца, которое воспламенило и обратило в прах плоть недавно созданного вампира.

– Я уже как-то говорил, – мрачно заметил Эшер, – что для людей, которые подвергают себя опасности из-за того, что слишком много знают о вампирах, мы знаем о вампирах слишком мало. Возможно, Исидро прав, но есть и другая причина, почему я предпочёл бы, чтобы ты отстранилась от этого дела. Если Загорцу хватает сил на то, чтобы скрываться от Гриппена, на что ещё он способен?

Лидия долгое время сидела молча, поправляя вилку так, чтобы та лежала строго перпендикулярно краю стола, а её средние зубчики были направлены точно в центр окружности кофейной чашки.

– Возможно, мне не следовало рожать ребёнка, – сказала она наконец. – Зная всё, что я знаю…

– Даже не думай об этом, – он снова взял её за руки, заставляя поднять голову. – Мы не должны отказываться от жизни из-за страха перед ними. Или из-за ненависти к ним. Ты видела, к чему это приводит.

Она отвела взгляд. Электрический свет от фонарей на платформе обрисовал её черты на фоне сумерек, которые постепенно заполнили обширные пространства вокруг них.

– Одно дело решать за себя. Мы можем выбирать. Миранда…

– Все дети лишены выбора.

Эшер встал, обошел столик и прижал её к себе; казалось, его руки удерживают тростинку, такой хрупкой она была. Он вспомнил бурских детей в концентрационных лагерях времен англо-бурских войн – лохматых грязных скелетов с раздувшимися от голода животами, заложников жадных алмазодобывающих компаний, которые величали себя Империей. Вспомнил, как ехал прочь от лагеря в теплом свете африканского заката и потом часами слышал в вельде тонкий плач ребёнка. Их отцы всё равно сражались с захватчиками.

Он не смог вымолвить не слова.

«Вы можете преследовать нас долго и безуспешно, хотя вам, разумеется, придётся вложить в это дело всю свою душу, все силы, все оставшиеся годы, – как-то сказал ему Исидро. – А много ли их у вас осталось?»

Тогда он внял словам вампира.

И вот что из этого вышло…

У дальнего угла киоска он вдруг заметил мужчину – одетого в вечерний костюм худощавого джентльмена со светлыми, похожими на паутину волосами до плеч. Эшер поверх рыжей головки жены встретился взглядом с его бледно-жёлтыми, как шампанское, глазами.

Стоило ему мигнуть, и Исидро исчез. Эшер, который почти двое суток провёл в поездах и у которого перед глазами всё расплывалось от изнеможения, не был до конца уверен, что в самом деле видел его. В любом случае, он знал, что даже если сейчас вскочит на ноги и бросится к тому месту, то никого там не найдет.

– Идём, – он встал. – Давай чего-нибудь поедим – недалеко отсюда, на Брод-стрит, делают лучший луковый суп во всём Лондоне, – а затем вернёмся в твою гостиницу и выспимся. Утром я переоденусь в безработного, отправлюсь в Степни[13] и посмотрю на паб Генри Скруби. Если Гриппен доверяет ему настолько, что переписал собственность на имя его жены, он вполне может доверить ему и охрану пары заложников. Что это?

Из пачки отчетов, полученных от Маккленнана, выскользнул небольшой конверт на имя миссис Марии Кюри, женская христианская гостиница, подписанный почерком, который ему до сих пор не встречался. Качественная почтовая бумага, машинально отметил он, глядя, как Лидия открывает письмо: плотная шероховатая поверхность, два пенса за лист, отлично подходит для светской переписки…

Глаза Лидии за стеклами очков удивленно расширились. Она молча протянула ему листок.

Миссис Кюри,

Прошу простить мое вмешательство, но мне стало известно, что вы ищете информацию о человеке, который прибыл в страну в конце января с багажом нестандартных