Алхимики - Владимир Петрович Батаев

Сзади послышался треск веток. Такой силы, как будто кто-то пёр напролом, несмотря на преграды. Вперёд, вопреки всему. Чтобы догнать! Чтобы успеть поймать! Чтобы вернуть!

Глаза Даниэллы наполнились ужасом.

Девушка вскочила, схватила две сумки и лютню и кинулась вперёд со всех сил, которые ещё оставались в её измотанном теле.

Треск нарастал.

Кусты и колючки цеплялись за длинный подол. То, что когда-то было юбкой, превратилось в сплошные лохмотья. Не останавливаясь, Даниэлла попросту сорвала её с себя, о чем тут же пожалела. Теперь те самые кусты и колючки цеплялись за голые ноги. Впрочем, бежать стало чуточку легче.

Несколько раз она поскальзывалась, трижды чуть не распорола ногу о торчащие из земли коряги. В боку кололо. В горло как будто налили расплавленного свинца. А ноги заковали в свинец уже остывший. Сил становилось всё меньше, а треск становился всё громче.

Впереди, чуть справа, Даниэлла заметила разбитый молнией граберец. Среди царства елей и сосен он выглядел настолько инородно, насколько это можно представить. Но девушка была готова кинуться к гладкому, блестящему стволу и целовать каждый взрывающий землю корень. Там, прямо у основания ствола, корни образовывали что-то наподобие подземного дупла. И сейчас Даниэлла рисковала нарваться на логово барсука, лисы или ещё кого. Но сил бежать дальше не было, потому девушка понадеялась на свою удачливость и, затолкав вперёд сумки и лютню, которая всё ещё оставалась при ней, Даниэлла с трудом втиснулась в узкое подземное пространство.

На её счастье этот граберец оказался ничейным. Ну или же хозяева давно покинули своё жилище. Ничего кроме старой хвои и сырости тут не наблюдалось.

Отдышавшись, девушка затаилась в ожидании. Треск приближался. Ещё несколько мгновений. Два. Одно…

На то место, где несколько минут назад стояла Даниэлла, вылетел дикий кабан. Не останавливаясь и не обращая внимания на окружающий мир, он также пронёсся дальше, не разбирая дороги. Будь на её месте кто-нибудь другой, наверняка кинулся бы выбираться. Но Даниэлла слишком много раз в своей жизни спасалась бегством, чтобы понять — этот кабан тоже бежал. От кого-то или чего-то. Мгновения ожидания потянулись медленно и лениво. Кабан бежал с такой скоростью, будто за ним гналось чудище стоногое. Но прошло уже больше десяти ударов сердца, а никого так и не было видно.

Тишину леса нарушило тихое урчание. Настолько тихое, что Даниэлла решила, что это пустой желудок передаёт ей приветы. Но когда оно повторилось раз, другой, третий, девушка застыла. В глубине души жалея, что это не старшой со своей бригадой.

Откуда-то сверху, еле слышно, скользя когтями по гладкой поверхности дерева, спускался хищник. Даниэлла знала это урчание. Она бы узнала его даже на смертном одре. Хотя сейчас, можно сказать, была в паре шагов от него. Изумрудный ягуар — редкая хищная тварь — когда-то подобный жил во дворце покойного графа.

Девушка замерла, стараясь не дышать. К урчанию прибавился ещё один звук — отдалённо напоминающий мурлыканье кота. Пара. Самец, идущий впереди и самка, прикрывающая спину. В отличие от других хищных кошачьих, эти твари всегда охотились парами в дикой природе. По крайней мере, так говорилось в древних книгах. Потому что изумрудных, чтоб их, ягуаров давно истребили! Остались только невольные образцы у очень влиятельных людей!

Так какого кобольда эти двое сейчас над моей головой! — хотелось закричать Даниэлле. Но вместо этого она сидела, не дыша, стараясь всеми силами подавить в себе магический фон. Как учили на лекциях в академии. Первый курс. Медитируем. Представляем прозрачный купол, который накрывает тебя и сдерживает бушующее внутри пламя магии. Дышим медленно. Купол растягивается. Обволакивает всё тело. Каждый изгиб. Каждую клеточку. Накрывает сумки с реактивами. Укутывает эту чёртову лютню, чтоб Лиса козедубы драли!

Урчание прервалось тихим рыком. Почуяли!

Дышим. Дышим ме-е-едленно. Лис не стоит того, чтобы тебя из-за него сожрали! Дышим! Раз-два!

Пожалуй, можно было порадоваться тому, что старшой и его деревня были необразованными олухами и не знали о существовании таких вот кошечек. Они славились тем, что могли выследить любого мага, на любом расстоянии. В любом виде в прямом смысле этого слова. Хоть в живом, хоть в мёртвом. Поэтому, такие как Лис, охотники за всяким, очень быстро растащили кошечек на поисковые амулеты.

Тем временем ягуары спустились с дерева. В полумраке шерсть их словно искрилась изумрудной зеленью. Завораживающее зрелище. Жаль только, опасное и скорее всего последнее, что судьба позволит созерцать.

Самец, словно прочитав мысли девушки, повернулся к яме. Медленно, не спуская с неё глаз, двинулся вперёд. Если бы можно было провалиться сквозь землю, Даниэлла с радостью сделала бы это сейчас. Провалилась, просочилась, впиталась.

Зелёные глаза кошки, в которых сейчас плескался азарт погони за жертвой, неотрывно смотрели в глубину ямы.

Дыши! Дыши, кому говорю! Мы в коконе! Нас тут нет! Я — корень! Травинка! Комок грязи, видишь⁈ Я не я вовсе! Тебе показалось! Иди за свинкой! Она побежала во-о-он туда! — как мантру про себя повторяла Даниэлла.

Зверь остановился в нескольких шагах от лаза. Девушке показалось, что он усмехнулся. В отдалении самка нетерпеливо переминалась с лапы на лапу, желая продолжить такой восхитительный гон.

Самец бросил ещё один взгляд в темноту корней и развернулся. Даниэлла мысленно вознесла хвалу всем богам всех возможных религий, которые только могла припомнить. Ягуар приготовился к прыжку. Но в последний момент словно передумал. Вместо этого поднял заднюю лапу, и Даниэлла лишь чудом успела зажать себе рот ладонью, чтобы не вскрикнуть. Чувствуя, как тёплая, вонючая жидкость стекает по волосам, пропитывает рубашку и скатывается в землю, девушка призывала проклятье всё тех же богов, которых могла вспомнить, на все племя кошачьих.

Глава 17

Рейнард пробирался через подлесок бесшумно, будто хищник. Хотя он уже заметил присутствие в окрестностях пары изумрудных ягуаров — тут клочок зеленоватой шерсти, которая будет светиться во мраке ночи, там пахнущая мускусом метка на дереве. И в данный момент не готов был немного поспорить за право зваться самым опасным зверем в этом лесу. Будь при нём сумка, всё оказалось бы гораздо проще. Но будь у него с собой хлеб и сыр — он бы сделал бутерброд. Что толку мечтать о том, чего нет? Пустой желудок ответил на мысли о еде недовольным урчанием.

Связь с лютней вела Лиса прямиком туда, где находился зачарованный инструмент. А в том, что Даниэлла его не бросила и не упокоилась в желудках ягуаров, сомнений не оставалось. Сперва на кусте нашлись обрывки юбки, а потом