Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

* * *

Атака началась по сигналу рога. Низкий, гудящий звук разорвал тишину плато.

Первыми ударили «Синие» лучники Бардума, накрывая центр плато ливнем стрел и выцеливая командиров. С северного гребня тоже начался обстрел. Часовые у карьера падали без звука. Затем, после пятикратного залпа из сотен луков, с трёх сторон в сторону стоянки Язв лавиной скатились наши всадники.

Завязалась кровавая неразбериха. Я видел, как Баян-Саир, словно разъярённый бык, врубился в строй воинов в масках, выбежавших ему навстречу. Вокруг огненной ямы метались силуэты. И всё это напоминало страшный театр теней.

Мой отряд пробивался к имперским шатрам. Охрана у имперцев из двух десятков закованных в броню гвардейцев продержалась дольше всех. Но и они все полегли под ожесточённым натиском копейщиков Мунука. Один из дайцинцев, молодой парень в богатом халате, выскочил из шатра наружу с коротким прямым мечом. Его движения были точными, он явно хорошо обучался и умел работать клинком. Почти мастер. Он успел свалить двух моих нукеров, прежде чем я подстрелил его из своего арбалета.

Щёлк-треньк. Болт попал ему в плечо. Потом ещё один — в другое.

— Вяжите его! — крикнул я Сарбаку. — И всех, кто в шёлках!

Лишённые руководства и прижатые к кратеру, «Небесные Язвы» начали сдаваться. Они сбрасывали маски, обнажая испуганные, измождённые лица, покрытые многочисленными шрамами.

— Победа? — Варион подъехал ко мне, его доспех был залит чужой кровью.

Я не успел ответить. К нам галопом подскакал Рилдар и прокричал сквозь гомон со стороны пленных:

— Они разделились! Пока мы били по их гнезду, они ударили по нашему лагерю. Несколько пленных подтвердили, что часть их войска ночью ушла в обход, в нашу сторону.

— Проклятье… — выдохнул я. — То-то я смотрю: всё как-то слишком быстро у нас получилось. Варион, Рилдар, берите свои сотни и за мной! Люн не продержится долго!

* * *

Ночной туман медленно наползал на «гуляй-город». Люн стоял у крайней повозки, сжимая в руках лук и вглядываясь во мглу на юге, куда ушло почти всё войско Серебряного Вихря. Его «серая» сотня была в полной боевой готовности, но тишина холмов давила на них ожиданием худшего.

Эригон ушёл два часа назад, оставив Люна охранять женщин, стариков и раненых.

— Командир, слышишь? — шепнул молодой десятник, припадая ухом к борту повозки.

Люн прислушался. Сначала было тихо. А потом по траве прошелестел звук, похожий на шелест тысячи змей.

И вдруг небо над ближайшим холмом словно взорвалось.

Сотни светящихся точек — стрел с подожжённым тростником и прикрученными к ним ревущими свистками — взмыли в воздух. И вместе с ними пришёл Звук.

Рёв сотен демонов обрушился на лагерь. Кони в загонах внутри круга взвились на дыбы, давя друг друга. Женщины закричали.

— К бою! — рявкнул Люн, вскидывая лук. — Стрелять на вспышки! Не давать им подойти к повозкам!

Первая волна «Небесных Язв» выплеснулась из тумана. Они приближались пешими. Молча, под жуткую музыку свиста своих ревущих стрел. В свете занимающегося в лагере пожара от попавших в повозки и юрты огненных стрел их кожаные маски-черепа казались ликами самой смерти.

Люн начал стрелять почти сразу, как увидел тени у кромки кустарника.

Краем глаза он уловил, как его люди, которых он муштровал до седьмого пота, тоже ответили по нападавшим залпом. Казалось, что смерть летела на них со всех сторон. Обсидиановые осколки с визгом бились о дерево, вгрызались в войлок, искали щели.

— Держитесь, братья! — кричал Люн, продолжая методично выпускать стрелу за стрелой. — Бейте точнее! Вихрь идёт!

Клич подхватили воины обоза.

Но из темноты выходили всё новые и новые тени. Язвы окружили лагерь плотным кольцом. В багровом свете разгорающегося пожара Люн увидел, как к цепям, соединяющим повозки между собой, подбегают воины в страшных масках с тяжёлыми топорами в руках.

Затем послышались удары по металлу. Защитный круг «гуляй-города» начали рвать на части.

* * *

* * *

Глава 17

Небо на востоке лишь начало наливаться цветом, но тьму перед нами прорезали не первые лучи Стяга, а столбы пламени. Наш «гуляй-город», моё детище, моя крепость, которой я так гордился, горел.

Дым от горящего войлока и сухой древесины стелился по низине удушливым саваном. И запах. Сладковатый смрад горелого мяса, перемешанный с резкой вонью палёной шерсти. И рёв этих чёртовых стрел. Пришпоривая взмыленного Арлана, я слышал этот звук, как симфонию ада. Скрежет металла о металл, истошные крики людей, предсмертное ржание лошадей и этот проклятый, сводящий с ума свист стрел «Небесной Язвы».

Арлан хрипел подо мною. Его бока ходили ходуном, изо рта летели хлопья пены, но конь, чувствуя мою ярость и отчаяние, выжимал из себя последние крохи сил. За моей спиной растянувшейся колонной неслись всадники: эльфы Рилдара и Вариона, нукеры «Белой» сотни. Мы скакали из разгромленного стойбища Язв так, словно за нами гнались все демоны нижнего мира. Но демоны были впереди.

— Быстрее! — орал я, хотя мой голос тонул в топоте копыт. — Рилдар, бери левее, отсекай тех, кто у горящих повозок! Варион, ты в обход!

В южной части кольца «гуляй-города» зияла чёрная дыра. Цепи были разорваны, и две горящие повозки растащили в стороны. В этот проём внутрь лагеря пробивались всадники в кожаных масках. Защитники выстроили стену из щитов и отбивались, чем могли.

Мы влетели в ряды врагов без всякого строя. Какое там построение, когда лёгкие горят от быстрой скачки, а в глазах пелена от ярости? Рилдар со своей сотней врезался клином, отсекая скачущих к разрыву в защитном периметре всадников Язв.

А я громко дунул в рог, предупреждая о нашем появлении защитников лагеря, и с оставшимися воинами ударил в тыл тем, кто уже почти проник внутрь «гуляй-города».

В проёме шло форменное побоище.

Я лишь мельком бросил взгляд на это кровавое месиво из мёртвых людей и лошадей — и замахнулся паризеем на скачущего впереди меня всадника. Он будто спинным мозгом почувствовал мою атаку и пригнулся, слегка притормозив своего коня. Интуиция в бою часто срабатывает странным образом, заменяя даже навыки тренировок. Арлан сам ушёл в сторону от его ответного удара саблей, обгоняя противника на скаку, а мой меч, описав короткую дугу, снёс врагу половину лица вместе с этой проклятой кожаной маской. Кровь брызнула куда-то в сторону, а я, даже не оглянувшись, уже скакал дальше.