Барон особого назначения. Том 4 - Евгений Щурский

Не знаю, что именно сработало — воодушевлённая кричалка, предложенная Бочаровым, или задорная улыбка на лице Лизы, да оно и неважно. Наши, наконец, встрепенулись и принялись оживлённо скандировать название столицы. Со зрительских трибун напротив эхом отозвалась та же кричалка, окончательно придав уверенности в завтрашнем дне.

Тем временем на арену вышла следующая команда: казанская академия имени Братынского. Голая, выжженная солнцем степь, отличалась полным отсутствием укрытий и всевозможных препятствий, только вот врагов было несметное множество.

И пусть они не были так сильны, как те же самые болотные обитатели, мутанты брали числом. Они вылезали из своих нор практически без остановки и плотным потоком пёрли на претендентов, не давая им покинуть стартовую позицию.

Сплочённости казанских участников оставалось только завидовать — маг земли в их команде сделал что-то вроде трёхрядного бастиона, из бойниц которого боевые маги попеременно вычищали полчища тварей массовыми заклятьями.

Бой вышел долгим и зрелищным. По итогу команда справилась за двадцать семь минут и шестнадцать секунд, не потеряв ни одного претендента.

Солнце уже клонилось к закату, когда на арену вышли последние участники турнира — Нижегородская академия имени Филарета Вяземского.

Я стоял, уперевшись руками в перила, и пристально наблюдал за тем, как претенденты занимают стартовую позицию.

— А эти ребята… — Дугин встал рядом со мной, — непростые.

— Почему же?

И тут Иван Сергеевич рассказал мне историю. Особенностей у этой команды было целых две. Первая заключалась в том, что физика на академию у них было сразу три — не каждая команда смогла набрать и двоих.

Но и это ещё не всё. Один из них, Максим Булатов, был известным Нижегородским князем, и сам по себе весьма выдающимся магом. Вернее, физиком. Он стал главой рода рано — в шестнадцать лет, и с тех пор много времени уделял семейным делам.

А именно: безвылазно ходил на зачистки, практически с нуля сколотив фамильное состояние. Осознав, что он практически упёрся в потолок магического развития, Максим поступил в академию. Этот двадцатипятилетний первокурсник был на голову мощнее остальных кандидатов — шутка ли: поговаривали, что он в шаге от перехода на восьмой ранг.

Факт того, что против нас выступают мощные команды Тифлиса, иркутских монахов и этот запоздалый студент, способный в одиночку справиться с тремя такими, как Бочаров, оптимизма не внушал. Впрочем, и меня это сильно не волновало, даже несмотря на то, что физики, по сути, тоже были теми же антимагами, просто без возможности атаковать магией в ответ.

Такого мне завалить будет сложно, даже несмотря на то, что в моём арсенале были инструкции от Сашки-наставника, который этих физиков недолюбливал. Не то чтобы они ему какое-то плохое зло сделали, просто противник уж шибко неудобный для мага бездны, так что и разобраться с ним придётся максимально быстро и эффективно.

Оставалось лишь надеяться на то, что мне не придётся сойтись с этим мутантом на одном поле боя. Всё же разница в силах была существенной, и далеко не факт, что я смог бы справиться.

Гулкий звук гонга отвлёк меня от размышлений — начался бой. Местность превратилась в чёрные скалы, покрытые трещинами, из которых то и дело вырывалась кипящая лава. Солнце зашло за стадион и уже не доставало до арены, сумерки пошли на пользу общей атмосфере симуляции.

Основными противниками нижегородцев стали големы, состоявшие из той же самой породы, что и скалы. Команда физиков хорошо показывала себя в бою с такими тварями, но из-за неровностей местности показала весьма средний результат — чуть больше двадцати двух минут. Тем не менее у нас времени ушло вполовину больше…

Дождавшись, пока последняя команда вернётся на свои места, на главной трибуне показался распорядитель.

— Первый этап турнира завершён! — торжественно провозгласил он, поднимая руки перед собой. Как по команде, весь стадион зашёлся в одобрительном крике.

Подождав, пока овации утихнут, распорядитель начал поочерёдно объявлять результаты. Как и предполагалось, здесь действовала балльная система. За прохождение этапа начислялось десять баллов, к ним прибавлялось количество полных минут, оставшихся до конца испытания. Также начислялись бонусные очки за те или иные свершения во время испытаний.

Результаты были… интересными. Последнее место заняли одесситы — те, чей капитан случайно взорвал половину команды. Следующими выбыли претенденты Тобольской академии, первые выступавшие, что умудрились потерять двух бойцов в бою из-за невнимательности.

Обе команды не набрали ни единого балла и спешно покинули трибуны после оглашения результатов состязания. В принципе, никакого сюрприза этом не было — для всех было очевидно, кто займёт нижние две позиции рейтинга.

Шестое место заняли поляки из Варшавской академии, набрав двадцать пять баллов: десятка за прохождение, пятнадцать — за оставшееся время. Во время испытания они потеряли одного бойца, да и в целом не показали никаких выдающихся результатов, так что бонусных баллов не получили.

После оглашения результата где-то сбоку раздалось едва различимое «О, ку-у-урва…». Что ж, я вполне мог понять европейского собрата, потому что следующее, пятое место, заняла команда нашей академии.

Мы набрали двадцать шесть баллов, на один больше польских конкурентов. Десять за прохождение, шесть за оставшееся время и по пять за два достижения — безупречное прохождение, что подразумевало то, что мы не потеряли в бою ни одного бойца. И ещё за рекордно быстрое устранение хозяина локации.

Четвёртое место заняли казанцы, набрав двадцать семь баллов. Третье заняла команда Булатова, получив целых тридцать два очка. И это при условии того, что одного бойца поддержки они умудрились потерять, не получив дополнительных пяти очков. Правда, они немного выправили ситуацию, когда Булатов одним-единственным ударом отправил пятиметрового голема на заслуженный покой.

Второе место, к нашему удивлению, заняли монахи из Иркутска, получив в сумме целых тридцать восемь баллов. В момент оглашения результатов они одновременно откинули капюшоны, открыв миру начисто выбритые головы, покрытые сложной рунической вязью. Их наставник что-то недовольно буркнул, претенденты глубоко поклонились в сторону главной трибуны и спешно удалились прочь.

А вот южные братья-грузины, вернее, учащиеся Тифлисской академии, светились от счастья. Они в принципе не скупились на эмоции, но в момент оглашения результатов, чуть не взорвались от гордости. Ещё бы — целых сорок баллов урвали, поставив рекорд в прохождении.

Смотреть больше было не на что, и зрители принялись спешно покидать стадион. Оставшимся же участникам дали полуторачасовой перерыв и отправили в комнаты отдыха, приводить себя в порядок.

Внутри было весьма уютно — вытянутое в длину помещение чем-то напоминало спальню Искры в академии. Четырнадцать кроватей, широкие окна, выходящие на вечерний лиственный