Барон особого назначения. Том 4 - Евгений Щурский

Несмотря на то что помещение было совместным и не предусматривало разделения, организаторы предоставили ширму, которую девчонки сразу возвели в дальнем конце спальни.

Смежная со спальней комната была примерно того же размера и представляла собой вполне себе сносную гостиную, в которой мы и собрались для разбора первого этапа, как только закончили раскладывать вещи. Дугин встал в центре комнаты и резко выдохнул.

— Вторые с конца, — он с улыбкой покачал головой, — Распутина мне голову отгрызёт.

Сделав небольшую паузу, он обвёл нас взглядом, снова вздохнул и продолжил:

— Но это уже её дело. Наше с вами — обогнать прямых конкурентов и постараться сократить разрыв с лидерами. В том, что вы попадёте в первую четвёрку, я не сомневаюсь. Но нам важно догнать Иркутскую и Тифлисскую академии, и вот там вам уже придётся как следует попотеть. Что скажете? Покажем тут всем, что в академию имени Лукаса Вагнера кого попало не берут?

Мотивационная речь, конечно, вышла так себе, но другого от старого вояки ожидать и не приходилось. Признаться, я ожидал другой реакции. Более… жёсткой? Судя по лицам остальных членов команды, не один я был в замешательстве.

Тем не менее все дружно согласились — завтра будет отличный шанс вырваться вперёд, показав, что мы тоже не пальцем деланные. Пройти в первую четвёрку и вправду будет несложно, а вот тягаться с загадочными монахами, или группой Булатова — уже другой разговор.

Оставшееся время мы потратили с пользой — разобрали очевидные слабости и сильные стороны каждой из команд соперника, а заодно подумали над тем, как противостоять тем или иным, если случится так, что претендентов выставят сражаться друг против друга.

По итогу выходило, что авангард у нас слабоват, поддержка тоже не пылает уверенностью, зато боевые маги и псионики — хоть куда! Значит, будем культивировать наши сильные стороны в уверенное преимущество. Да и осталось, в общем-то, всего ничего — добрать пару десятков недостающих очков и каким-то образом обогнать ведущие команды соперников.

— Это всё, конечно, здорово, — Дугин в очередной раз глянул на часы и поднялся на ноги, накидывая пиджак, — но через полчаса ужин, и пора бы нам с вами к нему подготовиться. Программа простая: поглазеть на Императора, вкусно поесть, по возможности не натворить бед. Осилите?

Мы дружно закивали.

— Ну и славно… — наставник довольно улыбнулся. Он осёкся, будто вспоминая что-то важное, а затем добавил: — И помните, несмотря на всё вышеперечисленное, на вас будут обращены взоры высших чинов Империи, а ещё представителей пяти других академий. Ведите себя достойно. Поняли?

— Так точно, господин проректор! — хором ответили Василиса и Саша.

— Вот это другое дело! — рассмеялся Дугин. — Впервые за сегодня я увидел слаженную работу нашей поддержки… Ну не дуйтесь вы так, дамы! Шучу я! Шучу…

После того как были получены последние указания, мы разошлись по своим углам и быстро переоделись в парадную форму. Все наши студенты были немного напряжены, но старались виду не подавать, да и в принципе лишний раз не мусолить эту тему.

Стрелка часов в очередной раз щёлкнула, и мы, наконец, двинулись по коридорам к месту ужина. Тёмные проходы, те же высокие своды — только вот в этот раз вокруг было многолюдно, и мы не были одиноки.

Повсюду вились представители других академий: студенты собирались кучками и о чём-то перешёптывались, парочка пожилых преподавателей активно вспоминала времена бурной молодости, доказывая друг другу, что трава была зеленее, а один из них кратно превосходил другого по силе.

Наши шаги эхом отдавались по мраморному полу, пока мы не подошли к массивным дубовым воротам. Они были отворены настежь — внутри царила атмосфера праздника: гул голосов, смех, лёгкий аромат жареного мяса и прочих вкусностей.

Дугин был предельно серьёзен. Остановившись у самого порога, он ещё раз взглянул на нас.

— Не забывайте, — повторил он, — что вы здесь не одни.

Говорил он спокойно, но с нажимом:

— Император, судьи, представители академий… Все они уже внутри. Будьте сдержаны. Не забывайте, что на вас будет сосредоточено под сотню взглядов.

Я кивнул, понимая, что каждый шаг — под увеличительным стеклом. Остальные сделали то же самое.

— Тогда вперёд, ребята, — Дугин указал рукой на вход, и я, не раздумывая, шагнул в зал.

Глава 13

Дорогие мои!

Обеденный зал был построен с размахом: высокие своды потолков кончались где-то в темноте, сотни светильников расположились по периметру, а в центре, над головами участников, висело несколько кованых хрустальных люстр. При этом здесь не было кричащей роскоши — бронза, строгие чёрные стены, всё в духе традиционной готической архитектуры.

Столы, покрытые роскошными скатертями, стояли рядами. По одному на каждую академию. За ними уже сидела часть учащихся и преподавателей. В дальнем конце же находился стол, во главе которого восседал Император. Впрочем, восседал — громко сказано. Он о чём-то мило беседовал с господином Распутиным. По обе стороны от него находились высокопоставленные гости, приглашённые на турнир.

Я уселся за столом, отведённым для нашей академии, подальше от нашего дорогого ректора. Впрочем, это не помешало нам с ней встретиться взглядами. И… Не было в её глазах ни упрёка, ни злости. Скорее даже, наоборот — интерес. Она смотрела на меня, будто видела впервые.

Длилось это недолго — Распутину чем-то отвлёк Дугин, занявший место рядом с ней. К слову, там были и Романова с Зориным, а также несколько прочих преподавателей, с которыми мне не довелось познакомиться. В основном кураторы потоков — я видел их в составе приёмной комиссии.

— Ну-ка, Кирюша, — Зорин похлопал по спине Бочарова, севшего было рядом со мной, — подвинься. Надо бы нам с Яном потрещать.

— Это можно, Павел Сергеевич, — понимающе кивнул парень, уступая место своему тренеру. — Я пока вон с теми с девицами из Тифлиса поворкую!

— Смотри, как бы тебе их братья потом счёт не выставили, — ухмыльнулся Пашка, провожая взглядом непутёвого ловеласа.

— Э-э-эх, — протянул Зорин, садясь на освободившееся место. — Вернуться бы обратно, в юные годы… Ну да ладно! Янчик, совсем мы с тобой не видимся! Как ты?

— Порядок, Паш, — я искренне улыбнулся старому приятелю. — Имение было в ужасном состоянии, как и весь Каменск, но добрые люди помогают мне привести его в божеский вид. Не хочешь