Жрец Хаоса. Книга ХVII - М. Борзых

Его обвинение повисло в наэлектризованном из-за едва сдерживаемой злости Грозы Кавказа воздухе, но маленькие разряды, трещавшие на кончиках её пальцев, она даже не пыталась гасить. Я молчал, давая архимагам выговориться. Нам нужно было, чтобы они первыми перешли к угрозам.

— И где султан? — спросил второй архимаг, с жидкой бородкой и острым, как ятаган, взглядом, явный водник. — Где наш повелитель? Почему мы не видим его здесь?

Тут настал черёд Михримах-султан. Она чуть приподняла подбородок и ответила голосом, в котором не дрогнула ни одна нота:

— Мой царственный брат мёртв. Его растерзали те самые твари, которых он… держал в повиновении.

В зале повисла гробовая тишина. Архимаги переглянулись. В их глазах мелькнул неподдельный шок, сменившийся быстрым, лихорадочным расчётом.

— Мёртв⁈ — воскликнул старейший. — И вы, Михримах-султан, единственная из династии, кто остался в живых? И это происходит в тот момент, когда рядом находятся князь Угаров и Гроза Кавказа? Вам не кажется, что это слишком удобно⁈

Я почувствовал, как накаляется воздух. Османские архимаги готовились ударить. Их резервы, хоть и истощённые, могли спровоцировать новый виток бойни.

— Не единственная, — признала очевидное Михримах-султан. — Осталось ещё пятеро носителей крови мужского пола в возрасте до пяти лет и дюжина девочек в возрасте до тринадцати лет. Но они не имеют права говорить от имени династии, а я имею, как дуал султана и…

— Вы женщина и были наделены правом говорить от имени султана при его жизни! После его смерти никаких прав вы не имеете по закону Османа II.

Вокруг Михримах-султан начала клубиться Тьма, ластясь к своей носительнице и жадно облизываясь на архимагов. Пора было брать инициативу в свои руки, иначе мы окажемся внутри уже междоусобной бойни.

— Господа архимаги, — произнес я, нарушая тишину. Мой голос прозвучал негромко, но отчётливо. — Если вы сейчас попробует выдворить из переговорного процесса Михримах-султан, то Османская империя и вы лично получите обвинение в нарушении Пакта о разумных расах.

Вся троица архимагов уставилась на меня, как на сумасшедшего и до крайности обнаглевшего подростка, вмешавшегося в разговор уважаемых людей.

— И чтобы не возникло двояких толкований, я уполномочен говорить от имени Российской империи.

Я вынул из кармана свиток с печатью императора и развернул его. Алая искра магии Пожарских на мгновение засияла в полумраке фениксом, подтверждая подлинность документа. Османские архимаги впились в него взглядами, считывая текст. После этого они нехотя кивнули, признавая мой дипломатический статус.

— Тогда выслушайте нашу версию, — я перевёл взгляд на Михримах-султан, затем на архимагов. — Мы не являемся авторами диверсии. Мы прибыли в Стамбул по приглашению вашего султана. Я — как его гость для изучение библиотечных фондов. Это может подтвердить команда султанского дирижабля. А вот эта девушка, — я указал на Алису, — Алиса Тенишева, и вовсе была похищена во время коронационных торжеств в русской столице и насильно удерживалась здесь.

Османские архимаги нахмурились.

— Похищена⁈ — переспросил старейший, но я не дал ему перебить себя и продолжил.

— Вы, уважаемые, можете проверить её состояние, лекари подтвердят, что не далее как несколько часов назад она была изувечена и лишена памяти. Нанесённые травмы были смертельными. Её спас лишь дорогостоящий артефакт, предоставленный нашим союзником, императором Австро-Венгрии. Но самое важное не это. А то, что сама природа её травм — это результат действий султана. Он довёл её до состояния магического криза, в котором она едва не погибла, а ваш султан настолько увлёкся своими кровавыми развлечениями, что потеряла контроль над своей Тьмой. Этот срыв и послужил катализатором. Он ослабил оковы, удерживавшие тварей в повиновении. И прошу заметить, что твари эти в прошлом были людьми, и лишь в результате многочисленных магических воздействий стали теми существами, с которыми вы воевали на подступах к Топкапы.

Третий архимаг с фиолетовой аурой, до этого молчавший, скривился:

— Ложь! Как вы смеете порочить имя нашего султана⁈

— Там нечего порочить, господа, — я не повысил голоса. — Я излагаю факты, которые могут подтвердить независимые свидетели. Вместо этого, скажите мне: вот вы, уважаемые, — я обвёл их взглядом, — знали о существовании ямы с изменёнными людьми прямо под дворцом?

На лицах архимагов отразилась смесь гнева и… замешательства. Они явно не знали о существовании этого рассадника, иначе припрятали бы его получше и понадёжней. Но признаться в этом сейчас, означало расписаться в собственной слепоте и потере контроля.

— Половина охраны султана имела изменённую человеческую природу. Но вам было неудобно вникать в детали её создания. Кроме охраны в яме под старой янычарской казармой располагалось огромное количество изменённых, само существование которых нарушало Пакт о разумных расах. Вы же предпочли просто не заметить такую мелочь.

В зале повисла гнетущая тишина. Архимаги побледнели. Они поняли, что я веду их к краю пропасти. Я же продолжал, нанизывая факты, словно бусины на нитку, с холодной, расчётливой логикой.

— Если мы вынесем это дело на Совет архимагов, предъявим вашу яму и изменённых, даже не нужны будут показания похищенной девушки, чтобы низложить нынешнюю правящую династию. Дипломатические отношения с вами будут разорваны, а соседи, пользуясь случаем, начнут рвать вашу империю, как стая голодных шакалов, — я сделал паузу, давая им осознать весь масштаб угрозы. — У нас есть показания представителей трёх стран: Российской империи, Туманного Альбиона и вскоре будет ещё и Австро-Венгерской империи. А ещё у нас есть живые доказательства нарушения Пакта.

Я видел, как сузились зрачки османских архимагов. Они были загнаны в угол. Их последней надеждой было спровоцировать нас на нападение. Но я лишал их и этого шанса.

— Мы в курсе, чьими руками было спровоцировано катастрофическое землетрясению в Крыму и даже определили точку приложения сил на Анатолийском разломе. Мы могли бы воспользоваться возможностью и стереть династию Баязедов с лица земли, ведь вы сами устроили у себя под носом диверсию. Да, такую, которую мы при всём желании никогда не смогли бы устроить, — я перевёл взгляд на Михримах, затем снова на них. — Но… мы этого не сделали. Мы спасали ваших женщин и детей. Потому что у нас есть принципы. Но это не значит, что мы забудем. В качестве перечня требований к османской стороне мы имеем виру за кражу и покушение на жизнь Алисы Тенишевой, виру за крымское землетрясение, и претензии о нарушении Пакта с вынесением на всеобщее рассмотрение Совета архимагов и Совета правителей. Но у вас есть шанс отделаться малой кровью.

Сперва я дал им возможность проникнуться размером той задницы, которая нависает над их империей, и лишь после добавил:

— И когда я говорю «малой кровью», это ни