Над бездной - Кевин Джеймс Андерсон

class="p1">Не давало ему покоя и таинственное обсидиановое зеркало, равно как и мысли о том, что он испытал, заглянув в него. Что, если миссия пришельцев была вовсе не исследовательской? Взять хотя бы то чудовище на ледяном троне и бездонное черное зеркало, способное свести с ума любого, кто посмеет на него взглянуть. Предположения напрашивались весьма пугающие…

Тем не менее Ноор решительно задвинул все сомнения и страхи на задворки сознания. Для этого сейчас не время, ведь его команде предстояло еще много работы, а они и так уже выбились из графика. Пора запускать второй зонд – доктор Стелланд как раз сообщил, что грызуны достаточно подросли и готовы к полету.

В радостном предвкушении Бенедикт, насвистывая, явился в лабораторию, где доктор хлопотал над двумя проволочными клетками, в каждой из которых помещалось восемь белых крыс, выращенных из замороженных эмбрионов. Зверьки бегали туда-сюда по клеткам, нюхали корм в мисках, пили воду из поилки, совершенно не подозревая, какая роль им уготована.

Ноор откашлялся, привлекая внимание Стелланда.

– Ну как, док? Они готовы?

Тот даже не взглянул на него.

– Это взрослые особи. – Он побарабанил по клетке, и крысы бросились нюхать его пальцы, протягивая вперед крошечные лапки. Две подбежали практически вплотную к прутьям и с любопытством изучали доктора. – Я провел тесты с лабиринтом и специально отобрал особей с различными генетическими маркерами, разной степенью восприимчивости и уровнем интеллекта. Так мы сможем получить более репрезентативные данные.

– Плевать на их способности, пусть хоть в хоре поют! Мне от них нужно только одно: чтобы пролетели сквозь кротовую нору и обратно.

– Для этого они вполне годятся, мистер Ноор. К тому же у нас в запасе достаточно эмбрионов и в любой момент можно вырастить новых.

Бенедикт перевел взгляд на макаку в отдельной просторной клетке чуть поодаль. Усевшись на корточки и тихонько ворча, она перекатывала красный резиновый мяч из одной лапы в другую, однако, заметив Ноора, с силой швырнула игрушку в его сторону, так что задрожали прутья решетки. Бенедикт от неожиданности попятился.

– Обезьяна целила прямо в меня!

– Ей скучно, – пожал плечами Стелланд, метнув быстрый взгляд в сторону клетки.

– Не хватало нам еще подопытных животных развлекать! – раздраженно бросил Ноор. – Они здесь для другой, крайне важной цели.

– Соглашусь. Только вот Глинда Ройбол эту макаку совсем избаловала.

Стелланд достал из шкафчика две тряпичные переноски и принялся по одной пересаживать в них пищащих извивающихся крыс. Встав у двери, Ноор в нетерпении следил за его действиями. С тех пор как он заглянул в то зачарованное зеркало, у него не переставало сосать под ложечкой, а в ушах так и стояло эхо множества голосов. Просто немыслимо!

– Надо поскорее собрать все данные, чтобы понимать, к каким неожиданностям готовиться.

Посадив в переноску последнюю крысу, Стелланд обернулся к нему:

– Сэр, по моему мнению, было бы правильно сообщить на Землю о том, что мы обнаружили на комете. Люди должны знать. Не переживайте, пройдут годы, если не десятилетия, прежде чем сюда доберется хоть кто-то из ваших конкурентов. Зато вас будут считать настоящим героем! Подумайте только – вы первый, кому удалось заполучить вещественное доказательство существования внеземной цивилизации!

– Вкладывать деньги в эту экспедицию было огромным риском, так что я и без того уже герой, – фыркнул в ответ Ноор. – Мои люди на астероидной базе регулярно получают отчеты о происходящем.

– Да, но они ни с кем не поделятся этой информацией, – с легким упреком в голосе заметил доктор. – Я прекрасно понимаю серьезность коммерческой тайны, однако уверяю вас, сэр, другие ученые не отнимут у вас пальму первенства. Построив здесь полноценную станцию, вы обеспечите себе право распоряжаться кротовой норой по собственному усмотрению.

– Сомневаюсь, что сейчас хоть кому-то есть до нас дело. Считаю, я обязан воспользоваться этим преимуществом, пока сюда не налетели толпы любителей поживиться за чужой счет.

Ноор прекрасно понимал: если постоянно о себе не напоминать, люди быстро утрачивают к тебе интерес, и за те пять лет, что их корабль летел к Бездне, о них все и думать забыли. Главой и лицом корпорации в его отсутствие оставалась его сестра Марго. Она была властным и жестким, но весьма умелым руководителем, и Бенедикт втайне радовался, что именно сестре, а не ему приходится брать на себя огонь прессы и политического давления, пускай за это он и вынужден уступать ей редкие восторженные отзывы. И все-таки на Земле по большей части никто не ждет, когда Ноор со своей командой доберется до кротовой норы. Как говорится, с глаз долой… О них давно не было ни слуху ни духу, и журналисты наверняка решили, что корабль потерпел крушение или затерялся в глубинах космоса. Учитывая нежелание Ноора делиться информацией с широкой общественностью, ничего другого и ждать нельзя. Но как же ему хотелось, чтобы все на свете узнали, что он здесь – развернул свой флаг в поясе Койпера подобно Амундсену на Южном полюсе! Бенедикт жаждал заслуженной славы, хотел, чтобы о нем писали в учебниках истории, чтобы в его честь устанавливали памятники, которые превзошли бы размерами головоногую статую на ледяном троне…

А где-то в глубинах сознания по-прежнему роились зароненные зеркалом сомнения. Нет, он, Бенедикт Ноор, Бенедикт Первый, не готов кануть в небытие! Он оставит после себя след потомкам! По спине пробежали мурашки. Амундсен, конечно, достиг Южного полюса первым, однако по сей день наиболее известным исследователем Антарктики остается Роберт Фалкон Скотт. И лишь потому, что его экспедиция обернулась страшным, трагическим провалом. Нет, Бенедикт Ноор не повторит его судьбу!

Против обыкновения утратив самообладание, он развернулся к выходу.

– Пора браться за дело! Тащите крыс – пришло время немного полетать.

Стелланд кивнул.

– Сперва мне нужно их подготовить – контрольная группа должна находиться под полным наркозом. Идите, я вас догоню.

Ноор вышел, и макака вновь швырнула об решетку резиновый мяч.

Экипаж собрался в ангаре, с нетерпением ожидая запуска второго зонда. После выпавших на их долю злоключений Ноору особенно мучительно хотелось, чтобы все вновь шло в соответствии с планом.

– Мы знаем, что физические объекты преодолевают кротовую нору невредимыми, – произнесла Аркуриан, глядя на открытый и пока пустой зонд, – и при этом понятия не имеем, как отреагирует живой организм.

– А это, дорогая моя Карла, нам сейчас помогут выяснить наши маленькие путешественники, – горделиво заявил Ноор. – Предстоящим экспериментом мы убьем сразу двух зайцев и тем самым сэкономим уйму времени. – Он со вздохом потянулся и расправил плечи. – Так как они первые живые существа, которым предстоит пролететь сквозь кротовую нору…

– Если