Гибнущий мир - Карина Крылова

за ее движениями. Кинув быстрый взгляд на кувшин, Айрин присмотрелась – прямо под ним лежал потрепанный пергамент, на котором размашистым почерком была выведена строка: «Вам отказано во вступлении в корпус шевалье». Но ее удивило совсем не это: она думала, что этот юноша неопытен, но, кидая камешки, он не промахивался. Все камни отскакивали от кувшина и падали в одно и то же место в центре листа.

– Что за корпус шевалье?

Светлые брови юноши поднялись. Он с сомнением покосился на ее одежду.

– Ты же не украла ее, правда?

– Кого?

– Одежду.

Теперь настала очередь Айрин смотреть на него с сомнением. Отис всегда говорил, что внешность обманчива и нужно сначала оценивать поведение противника и только потом – остальное. Теперь она понимала почему.

– С чего мне воровать одежду?

– Дай подумать… – Юноша сложил руки на груди, делая шаг к ней.

Она отступила, предупреждающе вскинув руку. Он был прав, отмечая, что она вряд ли умеет пользоваться оружием, но Айрин хорошо притворялась, что может это сделать.

– Ты находишься в квартале, где никогда никого не бывает, держишь при себе кинжал, что, к слову, запрещено, и спрашиваешь, кто такие шевалье. Ты не местная и либо недавно вступила в гильдию, либо украла эту одежду. Но я сомневаюсь, что такой маленькой девочке удалось бы что-то стащить, не привлекая к себе внимания, так что склоняюсь к первому варианту.

Несмотря на дружелюбный и полушутливый тон, Айрин не спешила отвечать. Она и вправду не знала ничего про этот квартал и про людей, называвшихся шевалье. Юноша дважды оказался прав, и ей хотелось оправдаться, но гораздо важнее было вытянуть сведения из него.

Айрин крепче ухватилась за рукоять кинжала, словно желая напасть, и как можно увереннее посмотрела на него.

– Расскажи мне про этот квартал.

Она попыталась скопировать манеру разговора Отиса, когда он обращался к ней. Айрин ясно увидела удивление, появившееся на лице юноши, он словно пытался не смеяться, но в конце концов выдержка его подвела и он расхохотался.

– Такая маленькая и такая грозная! Ты не боишься, что я отниму у тебя кинжал, свяжу и оставлю тут умирать?

– Не боюсь.

Слова, произнесенные с уверенностью, были далеки от правды. От ужаса у нее похолодело внутри. Но у нее был запасной план: она могла в любой момент убежать.

– Сделаю вид, что поверил тебе. – Юноша повернулся к ней спиной, чтобы поднять плащ, который остался сиротливо лежать на стене. Какой бы уверенной она ни выглядела, ей не удалось его обмануть.

– В этой церкви, – выпрямившись, он указал на здание, в которое Айрин так хотелось попасть, – еретики оскорбляли служение Светилу, из-за чего на окрестности пало проклятье. Лорд не мог оставаться в стороне, когда простой народ страдал, и истребил эту погань, одним днем казнив всех служителей церкви. Но проклятие распространялось слишком быстро, и, даже несмотря на принятые меры, люди продолжали кашлять кровью, у них слезала кожа и выпадали волосы. Все, кто успел покинуть дома вовремя, выжили. Остальные же… Их вроде как оставили здесь, заживо похороненных в своих домах. Поэтому таким маленьким девочкам здесь нечего делать.

– Если мне нельзя, то и тебе тоже! – огрызнулась Айрин и сама удивилась раздражению, проскользнувшему в голосе.

Перед ее мысленным взором промелькнули картинки из сна. Она все больше паниковала и обернулась через плечо, с опаской поглядывая в сторону церкви. Что, если бы она не наткнулась на этого юношу и зашла туда? Распространялось ли проклятье до сих пор или оно дремлет? А если бы она разбудила его, обрекая Аталейн на новые муки? От открывшейся перспективы быть запертой в этом месте у нее по спине пробежал холодок.

– Не бойся. Прошло много времени, даже дети тех, кто погиб здесь, уже встретились с Гу́халором на мрачном пути.

– Если все так, как ты говоришь, то почему здесь никто не живет?

Юноша пожал плечами, оглядываясь вокруг.

– Не знаю, я никогда никого не встречал здесь. Но, клянусь Пасимой, никакой магии больше нет, если она вообще существует.

Айрин поколебалась, но все-таки убрала кинжал в футляр. Она немного успокоилась и хоть побаивалась приближаться к церкви, необузданное, словно не ей принадлежащее желание зайти внутрь загорелось вновь.

– В Аталейне целая башня с магами, но ты в нее не веришь? – недоверчиво спросила Айрин.

– Но магов-то я никогда не видел! – парировал юноша.

Она тоже никогда не видела магов. Лаэт часто давал задания, связанные с их башней, Отису, но не ей. Магия была настолько редкой и дорогостоящей, что мало кто мог позволить себе услуги подобного рода. Не желая ни убеждать, ни опровергать его высказывание, Айрин покачала головой.

В неровном свете, пробивавшемся сквозь проплывающие по небу облака, волосы юноши отливали золотом. Он стоял, беспечно закинув руки за голову, но Айрин не обманулась его привлекательной внешностью и продолжала держаться на расстоянии.

Они безмолвно стояли, наблюдая друг за другом, пока Айрин, смутившись, не отвела взгляд. Она неосознанно старалась избегать посторонних и попросту не могла долго смотреть кому-то в глаза.

– Ты не ответил на вопрос. Кто такие шевалье?

Айрин не поднимала взгляда от песка, что змеился под ногами, подгоняемый ветром. Она снова ощутила, как ее охватывает это странное чувство: поблескивающие тени в основании домов потянулись к ней, словно хотели скрыть от посторонних глаз. Она встряхнула головой.

– Шевалье – это лучшие воины, из которых благородные частенько выбирают себе охрану. Но основной их долг – защита жителей города.

Заметив застывшее выражение лица Айрин, с которым она уставилась под ноги, юноша нахмурился и кашлянул, чтобы привлечь к себе внимание.

– Идем, я провожу тебя до эмпориума. Не стоит здесь гулять одной.

Осмотрев храм снизу вверх в последний раз, Айрин кивнула и вместе с юношей зашагала в обратном направлении. Перепады настроения и выпадение из реальности с приездом в Аталейн случались все чаще. Она изо всех сил старалась этого не показывать, но в такие моменты, как сейчас, не до конца контролировала свое тело и эмоции.

Сильное искушение развернуться преследовало ее до самого конца квартала, Айрин это беспокоило. Но больше ее беспокоили мысли о наказании, которое непременно последует, если лаэт Фэнрис когда-нибудь узнает, что она здесь бродила.

Прохлада сменилась жарким воздухом, стоило им подойти ближе к невидимой границе, разделяющей пришедший в запустение квартал и эмпориум.

– Я Квинт из Аталейна.

Айрин подняла на него взгляд. Квинт остановился и, заложив руки за спину, посмотрел на нее сверху вниз.

– Я Айрин из Мальгаты. – Она думала над тем, чтобы солгать, как