Погоня за судьбой - Ди

… Грянул выстрел, я вздрогнула и распахнула глаза. Где-то вдалеке дружным раскатистым рёвом заголосили моторы, удаляясь, растворяя над морем выхлопы.

— Это всего лишь стритрейсеры, — успокаивающе пробормотала Софи, ласково гладя меня по лицу. — Вдоль берега тянется заброшенная дорога, они часто устраивают тут гонки…

Стритрейсеры… Мир, что мы покинули, продолжал свой бег по кругу, преследуя сам себя, а мы застряли здесь, между небом и водой. И щека ощущала лишь тепло её прикосновения — единственный маяк в этой неподвижности. Маяк, ведущий не к берегу, а вглубь…

Глава XIII. Глаза

— Алло, мелкий? Ты сможешь нас забрать?

Голос Софи вонзился в чёрное забытьё и выдернул меня на свет. Я открыла глаза, впустив в себя мир — бетонный пол под спиной, запахи плесени и чужого пота — и застоявшуюся кровь во рту.

— Мы на утонувшей первой линии, прямо напротив драг-трассы… Да. Когда?.. Ладно.

Я спохватилась.

— Зачем ты звонишь?! — Мой голос сорвался в хрип, будто я всю ночь кричала. — Они же нас вычислят! Ты же мелькнула в поле, твоя сетевая тень заорала на весь город!

— Нам пешком что ли в город переться?!

«Ладно. Дело уже сделано». Взяв себя в руки, я спросила:

— Он приедет?

— Через полчаса. Потом надо заскочить домой и сваливать отсюда.

— Почему не сейчас? Зачем домой? Это может быть опасно…

— Мне нужен мой компьютер, без него всё будет без толку.

Чёрт, я совсем забыла…

Я посмотрела на Софи. На её легкомысленную юбку — теперь мокрую тряпку, облепившую бёдра. На разорванную кофточку. На ссадины, проступающие сквозь грязь. Она шла на дискотеку, повеселиться, а нашла меня — и эту ночь. Она потирала ладонью нос — явно заложен. Простудилась.

В просвете окна сияло ослепительное, наглое бирюзовое небо, а море сверкало, как нож. Приземистая горная цепь тщетно тянулась к одиноко торчащему средь волн гордому и непокорённому маяку.

Мы молча спустились в воду, а «хозяева» этого угла даже не пошевельнулись. Вплавь мы возвращались на берег, от которого ночью прятались на дне наших сплетённых душ…

* * *

Мы стояли на обочине старой, в трещинах, дороги. Солнце палило, но от мокрой, пропитанной солью одежды тянуло ледяным сквозняком. Я непрерывно сканировала дорогу в обе стороны, пока мы ждали Игнасио.

— Что за данные на твоём ноуте? — спросила я, не отрывая глаз от поворота. — Почему он так важен?

— На Дактиле… — Софи ёжилась, пытаясь отлепить ткань от кожи. — Они всё стёрли. Всё, что представляло ценность — журналы, отчёты. Оставили только всякий хлам, логи открытия дверей, описи провизии… Судя по всему, они хотели всё взорвать перегрузкой реактора, но защита сработала.

Я кивнула, пропуская технические детали мимо ушей. Я ждала сути.

— Но они просчитались, — голос Софи стал чётче, в нём появился профессиональный азарт. — Система охраны успела отправить автоответ. Направленный лазерный луч. Мне удалось снять перехваченные «Фидесом» параметры сигнала и координаты назначения.

— И куда он ушёл? — Я наконец взглянула на неё.

— К троянским астероидам Юпитера. К одной конкретной группе. Я нашла сектор, куда эта группа переместилась сейчас, и теперь мы знаем, где искать их базу. Это почти иголка в стоге сена! И единственное, что у нас есть.

«Софи, моя ненаглядная Софи… Как жестоко ошибался твой отец, когда назвал тебя разочарованием… Ты же гений. Гений, затянутый мною в ад».

Издалека донёсся рёв мотора — казавшийся отсюда агрессивным, раскатистым. Мышцы спины тут же превратились в тугой комок.

— С дороги, — бросила я Софи, отступая к кромке кустов.

Единственный вариант уже нарисовался в голове со скоростью тока: чёрный внедорожник, без номеров, с тонированными стёклами. Если появится он — швырнуть её в заросли, кинуться следом и бежать вниз, меняя направление. Возвращаться обратно в ливнёвку…

Из-за холма вынырнул бежевый паркетник. Он лихо подкатил к нам и затормозил, подняв облако пыли. Окно опустилось.

— Ну и вид у вас, — протянул Игнасио Толедо. — Настоящие мокрые курицы.

Его взгляд скользнул по Софи — и застрял. Ухмылка сползла с лица, сменившись неподдельным изумлением. Софи же отвернулась, но в свете утра было видно всё — неестественную бледность, даже синеватость, опухшие веки… и губы, яростно искусанные прошлой ночью.

Игнасио медленно перевёл взгляд на меня и увидел ту же картину. Он смотрел без обвинения, но с вопросом, в котором читалось недоумение и стыд. Стыд за то, что он видит. За то, что не знает, что тут сказать.

— А ну я тебя! — Софи вдруг сделала шаг к машине, и её жест кулаком был таким тёплым и домашним, что у меня на мгновение свело желудок.

Игра. Она играла в «сестрёнку», чтобы снова замазать трещину в их мире, чтобы вернуть его — и своё — прежнее, простое восприятие окружающей действительности.

— Ты небось спал дома в кроватке, пока мы тут прозябали в руинах?!

— Ага, конечно, — фыркнул Игнасио. — Я полночи в участке отсидел. Рассказывал, как проезжие гопники учили коренных уму-разуму…

— Врать ты всегда умел. — Софи открыла дверь и почти упала на пассажирское сиденье, а я взобралась назад.

— Было у кого поучиться, — ухмыльнулся Игнасио — но глаза его были серьёзными и усталыми. — Ну, раз уж я таксист, говорите адрес.

— Сначала в магазин. Нужно купить сменной одежды и еды. А потом — ко мне домой…

* * *

Мы сделали два неспешных круга по кварталу. Ничего — ни чёрных внедорожников, ни замерших в машинах людей. Припарковались в тупичке в сотне метров от дома и некоторое время наблюдали.

Улица жила своей сонной жизнью. По аллее, которую было видно отсюда, ездили машины, а я сканировала взглядом всё, что видела. Почтальон на мопеде — не угроза. Робопёс с той самой, вчерашней грустной собакой — не угроза. Пьяница, шаркающий мимо — тоже не угроза.

Но тишина была обманчивой. Её всегда бывает слишком много перед выстрелом.

— Ждать больше нельзя, — заявила Софи и зашевелилась, открывая дверь. — Я пошла…

— Стой, — моя рука впилась ей в предплечье, сведённое напряжением. — Сиди. Я сама проверю.

— Я что, в свой дом зайти не могу? — Она попыталась вырваться, но не сумела.

— Они могут быть дома, поэтому сиди. — Я открыла дверь и бросила через плечо, не оборачиваясь: — Десять минут. Если не вернусь — уезжайте. Ищите место, где вас не достанут, потому что вся эта затея не стоит ваших жизней.

— Если не вернёшься, я приду за тобой. — Её голос не дрогнул ни на йоту.

Я не стала спорить и вышла.

Переулок, аккуратные