Погоня за судьбой - Ди

— Засада. Трое.

— А Жози всё это время молчала, — пробормотала Софи, и в её голосе зазвучала вина.

— Тебе ли не знать о средствах подавления, — процедила я, вращая головой по сторонам.

Тишина в салоне была густой, как кровь, и в этой тишине Софи провела рукой по лицу, будто смахивая невидимую грязь — и нажала на десну.

— Пап… — голос её прозвучал сломанным эхом самого себя.

— Ты чего делаешь? — прошептала я.

— Пап, кто-то хочет нас убить. За нами… Подожди, пап… — пауза, в которой я почти слышала, как отец распекает непутёвую дочь и риторически вопрошает, во что она вляпалась. — … Возле дома… Не могу, пап. Мы не можем на месте… Кала Де Порт-Лигат… Хорошо… Спасибо… Спасибо, пап…

— Зачем звонишь?! — зашипела я.

— Папа поднимет группу, — сказала Софи.

— Сколько времени?

— Минут семь-десять…

— Куда? — бросила до того молчавший за рулём Игнасио.

— К заливу, — словно во сне, пробормотала Софи, а затем будто очнулась. — Но ты не поедешь. Вылезай, — приказала она.

— Я не могу вас бросить, — развёл руками Игнасио. — Ты же сестра!

— Я твоя старшая сестра! — её голос стал стальным. Она выскочила, обошла машину и распахнула его дверь. — Ты обязан меня слушаться! На нас охотятся, а ты — лишняя цель. Уходи!

Игнасио замер, сжав руль, и его пальцы побелели.

— Никуда не пойду. Времени нет. Мы едем или нет?

Тогда Софи наклонилась, и её лицо оказалось в сантиметрах от его. Глаза горели такой яростью, такой первобытной решимостью защитить, что даже мне стало не по себе.

— Я отдала тебе эту машину, — отчеканила она. — Теперь я её забираю. Пошёл. Вон.

Игнасио обречённо вздохнул — и сдался. Он вышел и растворился в проулке между домами, а через секунду Софи завела мотор. Паркетник рванул с места так, что меня швырнуло на сиденье, резина взвыла, оставляя на асфальте чёрные полосы, и мы вылетели из переулка в ослепительный солнечный свет.

Машина стремительно неслась по улице, гудок резал воздух, разгоняя пешеходов. За окном мелькали дома, а в голове крутились слова старика: «Всё всегда происходит вовремя». Мимо пронеслась детская площадка — и я вспомнила, как меня вытащили из озера на Каптейне. Вовремя. Синяя полоса сверкнула между крыш — и я увидела, как дядя Ваня находит меня в заснеженном космопорте Кенгено. Вовремя.

Какая-то сила раз за разом оттаскивала меня от края. Но она же подталкивала вперёд, через кровь и потерю всех, кто был рядом. Я оставалась в одиночестве. Одна. Я всё время была разменной монетой в чужой игре.

Но только не сейчас.

Я смотрела на затылок Софи, на её белые костяшки на руле, на тонкую светлую полоску кожи у виска, где ещё утром лежала моя рука.

«Нет. На этот раз — нет. Если не получится уйти вместе, я останусь с ней до конца. И она… будет после меня».

— Лиза, глянь назад. — Голос Софи был ровным, но в нём звучала та же сталь, что и в разговоре с братом. — Чёрный джип, слишком резвый для потока.

Я обернулась. За три машины позади, прёт, сменяя полосы, огромный внедорожник цвета смолы. Хромированный зев его решётки пожирал отражение дороги.

— Это они. Далеко ещё?

— Несколько километров. Держись покрепче.

Меня вжало в кожаное сиденье, и сердце ударило в виски. Софи вдавила педаль в пол, двигатель взревел, а мир за окном превратился в размытые полосы цвета и света.

Она работала рулём, как пилот-истребитель — резкими, точными движениями; нас швыряло из полосы в полосу, а ноутбук подпрыгивал на сиденье. Грузовик промчался в сантиметрах слева, его борт прогрохотал, как горный обвал, а зеркало нашей машины со скрежетом сложилось и отлетело.

Чёрная тень позади росла — уже можно было разглядеть пятна лиц в тонированной тьме… а за чёрной тенью — вторая такая же.

Резонатор со щелчком покинул паз. «Первым залпом — разбить стекло», — рассуждала я. — «Сколько выстрелов потребуется, чтобы вывести из строя джип? Допустим, три-четыре. А что дальше? А дальше они откроют ответный огонь, который разнесёт нашу консервную банку в клочья. И убьют Софи… которая даже и не подумает пригнуться, сосредоточенная на дороге».

— Не могу, — выдохнула я, зажимая бластер между колен, будто он сейчас сам, без моей воли, начнёт пальбу.

— Что? — спросила Софи, закладывая очередной вираж.

— Не могу стрелять! Если начну — они ответят. Я не могу тобой рисковать!

— Не надо, — она даже не обернулась, просто кивнула и прибавила газу. — Вывезем.

Сбоку, с обочины, метнулась синяя «мигалка». Полиция. Звук сирены, растянутый эффектом Доплера, на секунду накрыл нас — и остался позади, перехваченный чёрным джипом, который и не думал сбавлять ход. Он надвигался, заполняя собой всё заднее стекло. Слепящие фары и хромированная решётка — уже в метрах от багажника…

Удар пришёлся не с грохотом, а с глухим, тяжёлым толчком, от которого содрогнулся весь кузов, а металл задней двери сморщился, как бумага. Заднее стекло осыпалось на пол — всё сразу, — впуская в салон могильный рокот мощного дизельного двигателя.

Паркетник потащило в сторону — взревев мотором, Софи метнула машину сразу через две полосы и юркнула в узкую щель между автобусом и фурой.

Сзади накатывался визг сирен — целая какофония. Загромыхал мегафон:

— Водителям чёрного «Джи-Эм-Си Нунавут» и бежевого «Арчера»! Немедленно взять правее и остановиться!

Ветер выл в разбитое окно, хлестал в лицо осколками холодного воздуха, а я наконец вползла на сиденье. Джип отстал и вихлял из стороны в сторону, блокируя полицейскую машину, не давая себя обогнать, а из-за автобуса, прорываясь сквозь поток как таран, вынырнул второй внедорожник. Его протяжный, звериный гудок разгонял машины в стороны.

Тень накрыла нас — мы влетели в тоннель. Мелькали фонари, проносились бока автомобилей, рёв двигателей умножался эхом. И в этом грохоте — слепящий свет фар смоляного джипа, настигающего нас. Вспышка — и мы снова на свету, под синим небом. Сверху и сбоку, словно дельфин, вынырнувший из-под гребня волны, возник зелёный глайдер военной полиции — он шёл параллельно, над трассой, плавный, стремительный, невесомый.

— ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ПОГОНИ! — голос из репродуктора разорвал воздух. — НЕМЕДЛЕННО ПРЕКРАТИТЬ ДВИЖЕНИЕ! ПРИКАЗЫВАЮ ОСТАНОВИТЬСЯ!

Летающая машина шла над нами, не отставая, но и не приближалась — она вела нас.

— ПОСЛЕДНЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ! — ревел мегафон. — ВСЕМ ОСТАНОВИТЬСЯ! В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ — ОГОНЬ НА ПОРАЖЕНИЕ!

Но приказы уже ничего не значили. Второй джип летел по обочине, сметая дорожные конусы. Сотня метров. Пятьдесят. А с другой стороны, из-за хребта, за который плавно уходило шоссе, сквозь