Натиск - Марцин Подлевский

так же как и тонкие, шаткие ноги. И корпус, выглядящий как полная неразбериха: полный кабелей, торчащих вращающихся фрагментов и корродированных частей развалившейся века назад брони.

Как это чудовище ходило, думало… каким чудом оно вообще функционировало?! И не потребует ли этот ненормальный трансгресс, чтобы его починили? Что можно было бы в нем «починить»? Достаточно прикоснуться к нему пальцем, и он развалится.

— Хоззяин… — жужжала Машина, переставляя что-то в машинном отделении. В его машинном отделении. — Хоззяин… требб… треббует.

— Что ты там копаешься? — не выдержал механик. — Ты что, не видишь, что все это едва держится? Треть — на ксено-артефактах…! Не высыпай их сюда! — простонал он, видя, что Помс, не обращая внимания на его слова, открывает один из принесенных контейнеров и начинает «выливать» его содержимое, выглядящее как сероватая пыль, на фрагменты глубинного привода. — Ты с ума сошел?

— Миккроты…

— Я тебе дам микроты, дурак! Что ты там… — начал он и замолчал, видя, как пыль быстро покрывает элементы корабля и начинает образовывать на них какие-то загадочные комки, одновременно заклеивая большинство несовершенств и перегрузочных трещин. — Что ты там… делаешь…? — закончил он слабым голосом.

— Изменения, — сообщил явно довольный собой Помс. — Изменения.

— Изменения, — повторил за Машиной бледный Месье. — Да возьми тебя Напасть, чертов металлолом…

***

Пока механик потихоньку начинал понимать, кому теперь принадлежит машинное отделение «Ленты», доктор Харпаго Джонс не мог справиться с АмбуМедом.

Сначала всё выглядело неплохо. Он собрал все силы и, несмотря на слегка дрожащие руки, начал вводить команды на панели. Общий анализ, инъекторы, химические вещества, детальный анализ, синаптическое лечение… стимулирующие химикаты, влияющие на деполяризацию постсинаптической мембраны… плюс жонглирование самыми основами: гамма-аминомасляная кислота, глицин, щепотка адреналина… Все для того, чтобы разбудить Вайз.

Это не меняло того факта, что он дважды пытался убить ее.

Его пальцы соскользнули, и он невольно начал выбирать инструкции, которые после активации могли бы снять блокировку устройства и поджарить ее мозг. Или вырезать кусок тела. Все потому, что АмбуМед покрылся легким инеем, а из сердца Харпаго тянуло холодом.

— Восславь, — прошептал он себе, перемещая указатели и настраивая дозы. — Восславь Бледного Короля.

Какого еще короля?

Это привело его в чувство. Он покачал головой и с ужасом увидел, что именно настроил. Начал отменять последние изменения так быстро, что почти не смотрел, на что нажимает. Он должен был настроить все как надо… пока еще думает. Пока еще способен забыть… то, что видел. Или то, что ему показалось.

— Бесконечность, — простонал он, переставляя потенциометры на зеленые, безопасные линии. — Глубина. Лед.

— Ну как там, доктор?

Джонс чуть не подпрыгнул. Голос Хаба вырвал его из состояния сосредоточенности. Харпаго убрал пальцы с АмбуМеда и вытер потный лоб. Все было настроено правильно… у него не было ни малейших сомнений. Если только он раньше ничего не перепутал.

— Она очнется, — с явным облегчением произнес он, внимательно глядя на показатели АмбуМеда. — Скоро. С ней все будет хорошо.

— Здорово, — сказал Тански, шаря в кармане комбинезона. — В таком случае, давайте сделаем то, что должны были сделать уже давно.

— То есть?

— Закурим, — объяснил Хаб, протягивая Харпаго пачку с палочками.

Доктор вздрогнул, но через мгновение протянул руку. Компьютерщик улыбнулся и поджег ему неоникотиновку своей фузионной зажигалкой. Они затянулись дымом. Джонс закашлялся, Тански не прокомментировал. Он с удовольствием выпустил голубое облачко дыма.

— Пора, — сказал он, глядя на доктора, — чтобы кто-нибудь наконец рассказал вам, что здесь, черт возьми, происходит. Что вы об этом думаете?

— Буду признателен, — прокашлялся Джонс. — Говорят, какой-то… Единственный хотел убить капитана?

— Не совсем. — Тански покачал головой. — Дело в том, доктор, что капитан теперь этот самый Единственный. Но это не самое главное…

— Миртон больше не капитан «Ленты»?!

— Нет, — подтвердил Хаб. — Но есть одна мелочь, которая быстро вернула бы его на прежнее место. Правда, остальные… не совсем со мной согласны.

— Какая мелочь?

— Вот эта, — объяснил Хаб, указывая кончиком палочки на купол АмбуМеда. — Но, может, я начну с самого начала…

***

К счастью, Миртон не отключился окончательно.

Конечно, с ним что-то было не так, но он не впал в кататонию, как Вайз. В этом Эрин была уверена. Когда она уложила его на удобную кушетку в гостевой каюте, он замычал и открыл глаза. Она вздохнула с облегчением и начала снимать с него скафандр.

— Не шевелись, — сказала она. — Я сама.

— Эрр… Эрин…

— Я здесь, — ответила она, отстегивая одну из защелок. — Какая дрянь, — заметила она. — Такое всегда лучше снимать самому, чем кому-то другому.

— Остальные?

— С ними все в порядке, — сказала она. — Хотя я должна пойти к Джонсу.

— К Харпаго? — спросил Миртон, уже вполне придя в себя, и попытался сесть. Хакл кивнула головой.

— Единственный приказал вытащить его из стазиса. Он потребовал, чтобы тот занялся Вайз.

— Джонс болен!

— Я знаю. Не вставайте! Он только что чуть не убил вас… Что он там с вами делал? Бил и смотрел, равномерно ли вы опухли?

— Вы тоже, — отпарировал Грюнвальд, слегка хрипя, — не очень хорошо выглядите.

— Да ладно вам. — Она махнула рукой, хотя получилось не слишком изящно. — Он меня немного придушил, вот и все. А тебя хотел превратить в фарш.

— Напасть, Эрин… — пробормотал Миртон, морщась от боли, которая еще не полностью ушла. — Я… прости меня. Я никогда не хотел, чтобы…

— Ладно, ладно, — фыркнула она. — Я привыкла. В детстве меня постоянно били, потому что я рассказывала другим детям из приюта, что хочу быть пилотом. — Она на мгновение замолчала, и совершенно удивленный Миртон заметил, что Хакл покраснела. — Подожди, — она остановила его, когда он снова попытался встать с кушетки, — я дам тебе флюид. И сама тоже выпью.

— Нет… оставь. Я сам возьму. Иди к Пинслип. Присмотри за… доктором. У него ведь глубинная болезнь. Еще… убьет ее.

— Держи. — Она подала ему термостакан из диспенсера гостевой каюты. — Я бегу.

— Эрин…? — позвал он, останавливая ее на пороге. Она быстро обернулась, но он заметил, как она слегка прижимается