Натиск - Марцин Подлевский

незаконно — что-нибудь поймать на самом Планетарном Обруче. Яр искренне в этом сомневался: если система действительно была закрыта, следовало ожидать резкой реакции военных сил Великого Рода Саттонов… если только сам Род не решил тихо уйти из системы. Однако над портом все еще висел большой парусник рода, раскрашенный в цвета Саттонов — более чем километровое, продолговатое сооружение с развернутыми парусами, ловящими солнечный ветер — если они собирались улететь, им следовало использовать именно это судно.

К Окну, что Ворон заметил с некоторым облегчением, не было очереди, если не считать двух купцов из менее значительных родов. Открытие эмиссии было дорогостоящим, поэтому все заинтересованные в контакте уже держали в руках эмиттеры данных, надеясь, что им удастся пробиться и получить как можно больше информации, упакованной в миллисекундный поток. Сверхбыстрая отправка и получение. Яр не ожидал, что его ждет контакт подобного рода, и, как показало время, был прав.

Когда он наконец встал перед большим кольцом Окна и подтвердил свой генотип, устройство зашумело и начало медленно открывать Глубину. Конечно, он не мог ее увидеть, хотя некоторые утверждали, что можно разглядеть голубоватый отблеск, но ему это было безразлично. Слегка мерцающее изображение должно было соединить его с аудиенц-залом Вороньего Гнезда. Поэтому он замер рядом с Машинным Опекуном, следящим за передачей, и ждал, пока изображение станет четким и зафиксируется на фигуре Корватуса.

Господин Воронов был стар, но возраст не стёр гнев с его лица. Он, конечно, выглядел молодо: императорская амброзия позволяла ему прожить ещё как минимум двадцать-тридцать лет, но ходили слухи, что гены начинают отторгать целебный нектар и появляются первые признаки дегенерации. Может, поэтому он не стоял, а сидел на родовом Вороньем Троне, как называли созданный, по слухам, триста лет назад полумеханический трон. Родовое vestimentum витало вокруг его фигуры, как тень вороньих перьев.

— Яр, — сказал он, используя силу пренебрежения, которую мог передать только надъязык. — Кандидат.

— Отец.

— У нас нет времени на церемонии, — заметил Господин Воронов на праязыке. — Ты должен немедленно выбраться с Этеры и вернуться в родовое пространство.

— Система, — заметил Яр, — якобы закрыта.

— Я знаю об этом, — отрезал Корватус. Может, они и говорили на праязыке, но вестиментум хорошо уловил чувства своего хозяина и на мгновение забурлил черной пеной. — Не надо говорить мне очевидные вещи. Вопрос твоего пропуска уже решен с Эдемом.

— Был издан указ, — немного злобно заметил молодой Ворон. — А если это указ, то использовали Глас Императора. Пропуск здесь не поможет.

— Об этом я тоже знаю! — повторил Господин Воронов. — Летописчица нас не интересует. Если понадобится, ты улетишь нелегально. В любом случае, ты должен исчезнуть, как только мы закончим разговор. Твоя мать… — он на мгновение прервался, чтобы закончить немного тише, — беспокоится о тебе.

Яр засомневался. Отец редко упоминал мать, зная, какое влияние она на него оказывает. Это было как трещина, разрыв в старой броне.

— Ты знаешь, отец, — сказал он с немного большим уважением, — почему заблокировали систему?

— Нет, и мне это неинтересно. Твое место на Вороне… Наследник, — ответил Корватус, и Яр подумал, что его слова не звучат так презрительно, как обычно. — Появились слухи, — уточнил он, и вдруг молодой Ворон почувствовал в его словах легкую нотку страха. — Возможно, из безвременья была вызвана одна из Дланей Императора.

Длань в системе, понял Яр. Значит, карлик был прав. Этого боится отец?

— Прорыв, — сказал он, улыбаясь с легким удовлетворением. — Речь идет о прорыве в Парадоксе Восприятия. Дама Императора решила, что он совершен.

— Сейчас это неважно. — Корватус немного выпрямился на Вороньем Стуле. — Важно то, что ты должен вернуться.

— Куда? В политику? В борьбу за положение Рода? Это же смешно. Здесь происходит что-то важное… то, что может навсегда изменить облик Млечного Пути!

— Никаких изменений не будет, глупец! Если на орбите появится Длань, они очистят планету! Тебя ждет смерть! Ты должен немедленно вернуться!

— Ты не можешь этого знать, отец…

Господин Воронов не ответил сразу. Однако что-то изменилось в его поведении: усталость и беспокойство, прежде скрытые за холодной маской, начали проступать на поверхность.

— Послушай меня… сын. Мы много раз не соглашались, признаю. Но если ты хочешь продолжить свою работу… делай это живым. Может быть, удастся совместить твои увлечения с обязанностями перед Родом, — добавил он, и вдруг Яр почувствовал, что Господин Систем действительно боится. — Возможно, я был слишком строг. Прости меня.

Неужели я это слышу, удивился молодой Ворон. Но отец еще не закончил.

— Однако ты ничего не добьешься, если будешь мертв, — сказал он. — Так что улетай, пока не поздно. На Обруче тебя ждет корабль Саттонов. Воспользуйся их любезностью… и беги.

Это длилось несколько мгновений. Яр молчал, глядя на отца. А потом склонил голову в знак согласия и покорности. Корватус слабо улыбнулся.

— Я люблю тебя, сын, — сказал он, пожалуй, впервые в жизни, и это поразило молодого Ворона сильнее, чем все предыдущие слова. — Возвращайся скорее.

— Да, отец, — ответил он, но связь уже была прервана, а обод Окна погас, шумя тихими разрядами глубинного оборудования.

***

Он не мог оставить Пин Вайз.

Понял это сразу, как только связь прервалась. Машинный Опекун тащил его к части порта, где стоял арендованный отцом транспорт, но Яр не мог оставить Мыслительницу. Он попытался связаться с ней, но она не отвечала на вызовы через контактный интерфейс. Похоже, часть планетарных передач была заблокирована.

Дело оказалось серьезнее, чем он думал.

— Я не могу, — запротестовал он, почти вырываясь из механических рук Опекуна. — Мы возвращаемся к летаку.

— Господин Воронов приказал немедленно эвакуировать…

— Я знаю об этом! И повторяю: возвращаемся к летаку. Немедленно доставь меня в Купол Мыслителей! Мы должны забрать с собой Вайз, понимаешь?! Проклятая Машина… Пин Вайз, черт возьми! Двигайся! — бросил он в ярости, но гнев уже был не нужен. Что-то закоротило в электронном мозгу Машины, и приоритет приказов Господина Рода померк, затмеваясь прямым требованием самого представителя и Наследника Рода.

Вылетели.

Они уже были почти на месте, когда в небе появились первые транспортники Просветленных.

Фасолевидные капсулы ликторов — целая когорта — опускались в порт, к Куполу и вокруг всех важных административных центров планеты, как звездные слезы. Каждая из единиц