Система Пиратов Карибского Моря - Сим Симович

с места. Это был не слепой удар стихии, а филигранный, контролируемый расстрел. Тысячи игл, пробивая плазменные щиты как мокрую бумагу, впились в тела убийц. Кровь не успевала пролиться на брусчатку — она мгновенно замерзала в глубоких ранах. Наемники даже не успели закричать. Их духовные каналы были разорваны, а плоть прошита насквозь.

Пятеро рухнули замертво, превратившись в исколотые ледяные статуи. Остальные, чья защита приняла на себя основную массу удара, с глухими хрипами повалились на землю, истекая кровью и тщетно пытаясь вытащить осколки льда из перебитых суставов.

— А теперь, — небрежно бросил Ильяс, опуская руку, — можешь размяться.

Дважды повторять не пришлось. Урраг с кровожадным ревом обрушился на выживших. Огромные зеленые кулаки с тошнотворным хрустом сминали челюсти и ломали ребра. Орк втаптывал элиту Воронцовых в заледенелую мостовую, с наслаждением выплескивая скопившуюся ярость от тесного светского костюма.

Где-то в глубоких тенях, недоступных зрению простых смертных, удовлетворенно лязгнул металлом Малик Дэ Сад.

— Превратить слезы небес в разящую сталь, — пророкотал владыка Инферно, густо насыщая холодный воздух запахом серы и пепла. — Какая изысканная, дьявольская архитектура смерти. Ты растешь над собой, князь.

Ильяс брезгливо перешагнул через искореженное тело наемника, направляясь к выходу из переулка. Глухая тьма впереди уже озарялась тусклым светом магофонарей. Там, на залитой дождем улице, своей участи дожидались те, кто отдал приказ на эту жалкую засаду.

На выходе из переулка, освещенном тусклым желтым светом уличных магофонарей, застыли две фигуры. Казначей Клана Воронцовых, нервно теребящий пустую цепочку от четок, и племянник Патриарха, кутающийся в плащ поверх парадного мундира. Они ждали своих наемников. Ждали почтительного доклада о смерти беглого лорда.

Вместо этого из густой тьмы под проливной дождь неспешно шагнул Ильяс. Его строгий черный фрак оставался абсолютно сухим, а ледяные пуговицы угрожающе мерцали. За спиной чародея, тяжело ступая по обледенелой брусчатке, вынырнул Глубинный орк, брезгливо отряхивая огромные ладони от чужой крови. Следом, крепко прижимая к груди пустую железную шкатулку, семенил бледный артефактор.

Казначей издал сдавленный, жалкий писк. Его колени подогнулись, и старый счетовод рухнул прямо в грязную лужу, не в силах оторвать остекленевший взгляд от замороженной бойни, видневшейся в глубине переулка.

Племянник Патриарха оцепенел. Вся столичная спесь испарилась без следа, уступив место животному, парализующему ужасу.

Ильяс плавно приблизился к дрожащему наследнику. Аура новоявленного Архимага обрушилась на юношу, незримым прессом вдавливая его в мостовую. Аристократ попытался отступить, но ноги окончательно перестали слушаться.

Великий комбинатор не стал обнажать клинок. Он медленно поднял правую руку, от которой исходило глубокое сапфировое сияние пробужденного «Сердца Вьюги», и прижал раскрытую ладонь прямо к груди юнца — туда, где на мундире был вышит гордый герб пикирующего ворона.

Наследник отчаянно захрипел, когда абсолютный ноль пронзил парадную ткань.

Мороз мгновенно выжег золотые нити. Материя почернела и осыпалась прахом, а на бледной коже юноши под ней навсегда отпечатался глубокий, незаживающий ожог в форме двух скрещенных ледяных шипов. Символ Рода Мразко безжалостно поглотил ворона.

— Активы возвращены домой, — ледяным, резонирующим металлом тоном произнес Ильяс, глядя сверху вниз в полные слез глаза противника. — Передай своему дяде, что счет оплачен. Следующий мой визит будет в Столицу. Я приду за его головой.

Развернувшись, Архимаг Льда зашагал прочь по залитой дождем улице Авалона. Орк и студент безмолвно последовали за своим сюзереном.

В подсознании чародея раскатисто, с лязгом тяжелых цепей и густым запахом раскаленной меди, расхохотался Малик Дэ Сад. Инферно искренне праздновало этот триумф.

Перед глазами Ильяса вспыхнул багровый системный интерфейс, подводя итог безупречно разыгранной партии:

[Скрытое условие выполнено: Родовая реликвия «Сердце Вьюги» поглощена.]

[Ранг пользователя повышен: Архимаг (5 ступень).]

[Статус фракции «Клан Воронцовых»: Критический финансовый коллапс.]

Глава 11

Интеграция «Сердца Вьюги» в базальтовый фундамент цитадели прошла на удивление гладко. Родовая реликвия, наконец-то вернувшаяся к своему истинному хозяину, щедро делилась первородной силой.

По мрачным черным стенам Пепельной Гавани поползли потрясающей красоты морозные узоры. Изящные, геометрически безупречные ледяные фракталы превращали суровую пиратскую крепость в обитель истинной аристократии. Воздух в залах стал кристально чистым, свежим и по-зимнему вкусным.

В просторном капитанском зале царил абсолютный покой. В огромном каменном камине мерно гудело холодное, завораживающее синее пламя — эстетическая прихоть новоявленного Архимага.

Ильяс сидел в глубоком кресле, небрежно закинув ногу на ногу, и с легкой полуулыбкой смотрел на шахматную доску. Напротив него, напряженно хмуря седые брови, склонился старый штурман Гордей.

Фигуры на доске были настоящим произведением искусства. Великий комбинатор вырезал их лично, используя ювелирный микроконтроль своего обновленного Источника. Половина армии состояла из прозрачного, звенящего, как бриллиант, льда. Вторая — из поглощающего свет черного абсолюта.

— Шах, ваше сиятельство, — Гордей аккуратно передвинул темного офицера, с тихим стуком опустив его на клетку. — Океан научил меня, что иногда даже самая легкая шхуна может загнать в угол неповоротливый линейный крейсер.

Ильяс очаровательно, но с едва уловимой ноткой высокомерия улыбнулся. Его пальцы плавно скользнули к доске.

— Океан бесспорно прав, штурман. Но вы забываете, что мы играем на моей доске и по моим правилам, — чародей сделал неуловимо быстрое, точное движение полупрозрачным конем. — Мат. И галеоны Воронцовых в Авалоне это отлично усвоили.

В глубоких тенях, отбрасываемых синим пламенем камина, довольно фыркнула незримая сущность. Малик Дэ Сад сегодня не жаждал резни. Владыка Инферно откровенно дремал, наслаждаясь изысканным комфортом и недавним триумфом своего подопечного. От угла, где сгустился мрак, едва уловимо тянуло дорогим, крепким табаком и легкой, даже пикантной ноткой серы.

Гордей тяжело вздохнул, откидываясь на спинку стула и признавая поражение.

— Ваша правда, сюзерен. Финансовая гильотина на торгах была… виртуозной. Столица до сих пор гудит, а Торговая Гильдия подсчитывает убытки Клана. Патриарх Воронцовых, должно быть, сейчас в бешенстве. Оставить Великий Дом без единого империала наличности, да еще и на глазах у всего Высшего Света — это страшнее, чем сжечь их поместье.

— Бедность — это просто некомпетентность, возведенная в привычку, Гордей, — Ильяс неспешно взял со столика бокал с темным северным вином. По тонкому хрусталю от прикосновения его пальцев тут же поползла изморозь. — Когда у аристократии заканчивается золото, у нее заканчивается и честь. Я преподал им урок изящной экономики. Посмотрим, насколько они окажутся способными учениками.

Чародей сделал глоток, прикрыв глаза. Вечер обещал быть на редкость приятным и спокойным. Никакой суеты, никаких клановых интриг. Только треск холодного пламени, вкус терпкого вина и эстетичная власть над собственным ледяным доменом.

Снаружи, за толстыми базальтовыми стенами цитадели, царила глухая океанская ночь. Густой туман мягким, пухлым одеялом укутал Пепельную Гавань, скрывая