Девятая жизнь - Дмитрий Воеводин

Она отключилась всего на две секунды, потому что шея маленькой Маши также была зажата рукой одной из тварей, а ноги вяло дергались. Марина попробовала пошевелиться и встать – тело слушалось очень плохо, лишь рука описала полукруг – и наткнулась на что-то мягкое.

– О, – заторможенно прошептала она.

Кот сидел под диваном в полуметре от ее лица. Спокойный и, как всегда, смотревший очень внимательно.

«Он тут, – хотела крикнуть Марина, – перестаньте мучить единственное, что у меня есть! Он тут!»

Но язык тоже ее не слушался.

А рука продолжала гладить кота, и сам он подвинулся ближе к ней, подставив толстую мохнатую шею, и посмотрел на нее внимательно опять.

«Не отпускать», – было написано в дневнике покойного художника, и только сейчас Марина поняла, что теперь она хозяйка этого удивительного и жестокого существа. И отпустить его тоже может только она.

Пальцы сжали маленький – с ноготок – кулон и надавили на него.

Стекло хрустнуло очень легко, словно сухая бумага, мелкой крошкой просыпавшись на грязный пол.

Звенящая тишина пронзила дом полностью, и исчезли шум дождя, и визг маленькой дочери испуганной избитой женщины, и тиканье старых часов.

Дом не принадлежал более им, матери и дочери, в самой большой его комнате расправляло щупальца и раскрывало крылья могучее древнее существо, столетиями дарившее блага тем, кто следил за его земной оболочкой.

Первое щупальце оторвало голову одному из гнилых – и та покатилась по полу прямо на Марину, глядя в разные стороны выпученными глазами. Коготь на конце второго щупальца распорол стоявшую рядом тушу, как набитый гречкой платок, – и оболочка рухнула, а маленькая девочка отползла в сторону от смрадного могильного зловония. Даже без головы тварь, которая пыталась казаться женщиной, продолжала двигаться и перехватила один из скользких отростков, сжав его холодными руками, на что вырвавшийся – кто? – ответил ревом, дернул всеми конечностями сразу и пробил дыру в стене между большой комнатой и спальней Марины.

Щупальце обвилось вокруг туши и надавило, пульсируя яростью.

«Гнилая она баба», – вяло подумала близкая к сумасшествию Марина, наблюдая, как между витками жилистого отростка течет темная свернувшаяся кровь, лезут кости, лоскуты кожи и жирные белые черви.

Она вдруг почувствовала тепло и поняла, что Маша присела рядом с ней, не сводя взгляда со сцены расправы. Девочка гладила ее по голове и что-то говорила, за грохотом разрушений, которые учинил бывший кот, Марина ее почти не слышала.

– Мамочка, сейчас все будет хорошо, ведь будет же, ведь у нас все стало хорошо, сейчас все закончится, мамочка.

И все действительно закончилось.

6. Баланс

Марина смотрела на дыру в стене, трещины на экране телевизора и разломанный стол и не ощущала никаких мыслей абсолютно.

Маша сидела рядом молча и была на удивление спокойна. Она понимала, что мама чувствует себя, в общем, не очень хорошо – кровь на лице и белоснежной майке подтверждали это, – но по-детски не могла заставить себя сидеть дольше, поэтому начала нетерпеливо ерзать.

И не было вокруг ни щупалец, ни останков странных полутрупов, что приходили забрать непонятно откуда сбежавшего когда-то кота. Были только полуразрушенный дом и искалеченная Марина да Машка с темными следами пальцев на шее.

Марина нашла в себе силы повернуть голову и увидела, что кот сидит там же, где и был, – под диваном. Он сидел, намывался, и никакого кулона на шее у него не было.

– Ты, вообще-то, теперь свободен, – прохрипела она. – И не обязан тут…

Кот замер, посмотрел на нее. Потом подошел к Машке и потерся головой о ее мокрый бок.

Маша начала его наглаживать и приговаривать в том смысле, что котику переживать не надо и никто его не тронет, потому что она его защитит. Детская психика творила чудеса в считаные секунды.

Впрочем, не только она. Марина всего на пару секунд отвела взгляд от видимых разрушений – а не было уже ни дыры в стене, ни поломанного стола, ни разбитого экрана телевизора, ни осколков посуды на полу. В комнате царил полный порядок, а за окном закончился дождь.

Боль в боку утихала, как после укола мощнейшего обезболивающего. Марина подтянулась и села наконец нормально, опершись спиной о диван. Потом подумала и снова повернулась к коту:

– Как тебя звать? Ты небось и по-человечьи умеешь?

Кот наклонил голову набок и пошевелил ушами.

Щелкнул, зашипел и включился телевизор – Нэшнл Джиографик.

– Федор Конюхов планирует новое путешествие, которое займет у него…

Марина подняла бровь:

– Федя? Ну в целом… Ладно, допустим. А чего нам это будет стоить? Баланс-то ведь того… Мы ж должны быть бедные и больные. Всю свою жизнь. А теперь как?

Каналы со щелчками начали меняться один на другой, предлагая нарезки последних новостей.

Напряженность в мире.

Напряженность везде.

Все готовы стрелять.

Приведены в готовность войска. Мы решительно ответим. Они посягнули.

Но не здесь. Здесь все будет спокойно. Баланс впервые в жизни сместился в их пользу – и плохо теперь будет всем остальным.

Марина устало кивнула – поняла. Потом попросила:

– А если бы не ты? Кем Машка стала бы?

Снова нарезка кадров – на сей раз оперативная съемка. Заблеванный подъезд и лежащая на тюфяке потасканного вида девчонка. Пропитое лицо, грязные волосы, редкие зубы. Смена кадра – деревянный крест без таблички.

– Мам, а ты с кем разговариваешь? – Ребенок недоуменно смотрел на нее, отвлекшись от кота, который тоже изучал экран телевизора.

Завибрировал телефон. Первое сообщение – очередное зачисление денег на счет. Невесть откуда, невесть от кого. Второе сообщение – в родительском чате.

«!!! Ужасное известие!!! На 21-м километре московского шоссе въехал в столб автомобиль Виктории Орловой, нашей подруги, чудесной матери и просто хорошего чело…»

Марина убрала телефон и шумно выдохнула воздух.

– С котом разговариваю, Маняша. – Она поискала сигареты, увидела смятую пачку и сунула одну в рот, выдув половину табака. Боли в теле не было, и пустоты на месте выбитого зуба – тоже. По телу разливалось здоровое тепло, а гостиную разрезали первые лучи восходящего солнца.

– Я так думаю, с ветеринаром мы маленько подождем, – сказала она и встала, чтобы приготовить завтрак.

Льготы

1

Наташка снова умерла.

Игорь обнаружил тело супруги на пороге кухни, когда шел в ванную. Видимо, Наташка готовила кофе: коричневая лужа расползалась рядом с телом, на которое был накинут короткий шелковый халатик – специальный