Песнь Первого клинка - T. C. Эйдж

Эти слова Хадрина явно предназначались Амрону.

– А главный сын, полагаю, остался с главным союзником?

– У Алерона свои заботы, – ответил Амрон.

– Заботы? Какие заботы?

– Личного характера, и посторонних они не касаются.

Хадрин хмуро уставился на Амрона, его лошадь беспокойно перебирала копытами.

– Пожалуй, я и сам могу догадаться. Я давно знаю, что ты хочешь женить сына на Жемчужине Тукора. Что с вами, Дэйкарами, такое? Решили забрать себе всех красивых девушек на севере? Думаете, что можете делать все что захотите?

– Не пора ли уже забыть об этом? – внезапно спросил Элион. – Да, моя мать выбрала моего отца. Но прошло уже двадцать пять лет, поэтому, ради всех богов, давайте завершим этот разговор, ваше высочество!

После его слов все притихли, а чересчур напряженные солдаты Хадрина снова взялись за мечи. Элион посмотрел на отца и удивился: он ожидал увидеть суровый взгляд, но Амрон благодарно кивнул.

– Прошу прощения, ваше высочество, – сказал Элион, выдержав паузу. Он должен быть выше Хадрина, что, впрочем, не так уж и сложно. – Уверен, вы поймете мой порыв защитить честь своей семьи.

Хадрин посмотрел на него сверху вниз и кивнул.

– Ты прямо вылитый отец, – заметил он с иронией. – Все Дэйкары такие вспыльчивые. Чего еще от вас ждать? – Он натянул поводья, и лошадь развернулась к главной дороге, ведущей к лагерю. – Сегодня что-то слишком жарко для переговоров. Давайте остынем и начнем завтра. Доброй ночи.

Он дал знак своим людям и поскакал через лагерь, поднимая пыль. Слуги бросились врассыпную от дороги.

– Да, он тот еще тип, – проворчал Элион, когда они с Амроном вернулись в шатер. – Зачем он все время тебя провоцирует? Прости, если я сказал что-то не то.

– В ином случае я бы посоветовал тебе сдерживаться, но с принцем Хадрином это невозможно. Он просто хочет отомстить мне. Но, к сожалению для нашего дорогого принца, я не ведусь на оскорбления, тем более – на его. Как там говорят? Про собак и ветер…

К ним подошел Литиан, держа в руках тарелку, на которой были навалены рыба, моллюски и крабы, а на гарнир – немного хлеба и горячий суп.

– Вы с принцем встречались? – спросил он, отделяя мясо от устрицы.

– Да, и спасибо, что не поприсутствовал, – пробурчал Амрон. – Мы чуть не подрались, и ты был бы там весьма кстати.

– Неужто? – Литиан поднял глаза. – Вы проговорили всего две минуты и уже были готовы расчехлить мечи и помериться достоинством? Не удивлен. Теперь понимаешь, о чем я говорил, Элион? Принц просто невыносим.

– В таком случае яблоко далеко упало от яблони, – заметил Элион. – Я слышал, что король Годрин – человек достойный.

– Это так, – кивнул Амрон. Он, к негодованию Литиана, взял кусок рыбы прямо с тарелки капитана и начал есть. – Король Годрин мудр и справедлив, как и подобает правителю. А Хадрин не такой, он мелочный и недалекий. Ему обидно, что его отец так долго правит, и это делает принца опасным и непредсказуемым.

– Разве? – спросил Элион. – Он же не может всерьез планировать убийство собственного отца и захват трона?

Амрон и Литиан многозначительно переглянулись.

– Или может?

– Вряд ли, – ответил Амрон. – Но я никогда не исключал такой возможности, и мое мнение не изменилось. Быть первым в очереди и ждать своего шанса – тяжкое бремя. Хадрин старше меня, но он все еще ждет, и с каждым годом его шансы оставить после себя какое-то наследие уменьшаются.

Элион тут же подумал о брате и его чаяниях.

– И какое же наследие он хочет оставить? – поинтересовался он. – Принц Райлиан, например, едва ли жаждет смерти отца.

– Райлиану это не нужно. Их семья уже вошла в историю. А Хадрин не воин, он ничего не добился на войне. Так, выиграл пару пустяковых сражений на море. – Амрон покачал головой. – Трон – вот чего он хочет.

Элион наблюдал за отцом, пытаясь понять, не слишком ли предвзято тот относится к принцу Хадрину. Ведь на короля Годрина никто не покушался (по крайней мере, Элион об этом не слышал). Если бы Хадрин захотел, то давно бы захватил трон.

– В общем, сынок, завтра у тебя будет возможность самому все понять про принца, – сказал Амрон, заканчивая разговор. – Лучше тебе сделать собственные выводы, без оглядки на меня. В конце концов, у нас с принцем свои счеты. – Он махнул рукой и повернулся к блюдам с едой. – А теперь пойдемте есть, пока Боррус все не смел. Что бы там ни говорили про расаланцев, а моллюски у них прекрасные!

Он широко улыбнулся, обнял сына за плечи и повел его к столу.

Глава 14. Йоник | Элион

Перед Йоником раскинулся лагерь, освещенный тысячами фонарей. Он никогда не видел столько людей в одном месте. Словно муравьи, они деловито сновали туда-сюда. Главные дороги, ведущие через лагерь, заполнили лошади, солдаты, конюхи, оруженосцы и слуги.

Уже наступил вечер, накрапывал дождь. Небо затянуло темными тучами. По периметру лагерь охраняли дозорные, глядя с невысоких, на скорую руку сколоченных деревянных вышек. Некоторые следили среди холмов, но Йоник легко их обошел. Теперь он ждал, затаившись в кустах. В голове у него звучал голос: «Его смерть спасет мир, Йоник. Ты должен это сделать».

Он слышал эти слова много раз, от Джеррина, который был его наставником в Крепости Теней. Йоника отдали ему на воспитание еще младенцем. Джеррин был самым близким человеком для Йоника, почти отцом, хотя их отношения складывались… необычно. Наставник превращал Йоника в оружие – невидимый клинок, чьего удара никто не ждет. Такая подготовка не предполагает особой теплоты и нежностей. Йоника учили быть жестким, бесстрашным и равнодушным. Не думать о том, оправданы ли его задания моралью, не задавать вопросов.

И все же…

Йоник взглянул на юг и снова засомневался.

«Я не должен так себя чувствовать, – напомнил он себе. – Действуй и не задавай вопросы».

Таков девиз Рыцарей Теней, хотя какие из них рыцари – просто наемные убийцы. «Не задавай вопросов, делай свое дело. Выполняй заказ и жди новых указаний».

Это ведь священный долг их Ордена. Крепость Теней находилась за пределами всех государств и королевств, и о ее местонахождении знали только сами Рыцари Теней, которых привозили туда в детстве. Все они были Сталерожденными бастардами, без роду и племени. После завершения обучения они отправлялись на задания, а в перерывах между миссиями возвращались, чтобы совершенствовать техники и тренировать свой ум. Нарушил клятву и выдал