Лесной Дозор 4 - Александр Вольт

на запад, в сторону оврагов, за которыми начинались Свободные Эльфийские Резервации. — Туда, где живут двуногие с длинными ушами. Он чуял там дурную кровь. Много дурной крови. И видел то, чего в лесу отродясь не водилось.

— Конкретнее, — сказал я, ощутимо напрягшись.

— Нам он того не сказал, — волк приоткрыл пасть и показал белые клыки. — Велел, чтобы ты пришел сам. До заката. Ждет у Кривой Сосны.

— Один приходи, — добавил старший, поглядев куда-то мимо меня.

— Это чье слово, твое или Вожака? — спросил я, и голос у меня сел.

— Вожака.

— И с чего вдруг? — уточнил я. — Какая разница-то?

— Нам то неведомо. Таково слово вожака. Бывай, егерь.

Волки развернулись и ушли в ельник, и ни одного сучка под их лапами я не услышал.

Я остался стоять на доске и слушал, как ходит ветер в кронах. Дело закручивалось скверно. Вожак углядел у эльфийской границы такое, о чем не стал говорить даже своим бойцам. Для зверя с его норовом это много значит, потому что молчат они обычно из двух причин, от стыда и от страха. Стыда я за ним отродясь не замечал.

— Шош делать будем, егерюшка? — подал голос Миша и почесал бок задней лапой.

— Поеду к Кривой Сосне, — сказал я, глядя в ту сторону, куда ушли волки. — Один поеду, Миш. У стаи нюх честнее нашего с тобой, спорить я с ним не стану. А ты пойдешь домой и ляжешь. К темноте я вернусь и веревки принесу, как обещал.

Медведь ничего мне не ответил, только шумно потянул носом воздух.

Я надавил ногой на педаль тяги, развернул доску, и турбины снова наполнили гулом морозный воздух. Миша потрусил следом за мной и через полкилометра мы разминулись. Я к сосне, а он к бункеру.

И когда я поворачивал, отводя взгляд, заметил, как зеленоватая строка над медвежьей башкой мигнула и на мгновение пошла рыжиной.

Я выжал педаль тяги до упора, заставив турбины взвыть на полтона выше. Гравиборд послушно рванул вперед и тайга замелькала по обе стороны узкой просеки сплошной зелено-белой стеной.

Мне пришлось слегка пригнуться и перенести вес на пятки, закладывая плавный вираж между двумя широкими елями. Мышцы на бедрах напряглись, удерживая равновесие.

Гнал я быстро, торопясь сберечь драгоценное время. Тот мимолетный рыжий отблеск над косматой башкой шатуна, который я успел заметить перед самым расставанием, крепко засел у меня в памяти и совершенно не давал покоя. Хворь внутри зверя боролась, искала лазейки и сдаваться не собиралась. Мне нужно было обернуться к Кривой Сосне и обратно до того, как эта дрянь снова возьмет верх над рассудком моего друга.

Попутно я размышлял о Вожаке. Он позвал меня на личную встречу, отослав прочь свою стаю. Звери такого ранга и возраста пустым трепом не занимались, и ежели он решил обговорить находку с глазу на глаз, значит, дело принимало совсем скверный оборот.

Просека вильнула вправо, местность пошла на подъем, и впереди показалась знакомая прогалина.

Кривую Сосну на этом участке периметра знали абсолютно все, потому что росла она в полном одиночестве на невысоком заснеженном пригорке, заметно возвышаясь над окружающим низким подлеском.

Ствол у нее выглядел совершенно неестественно, словно кто-то ради забавы ухватил молодое деревце за комель и макушку, скрутил его винтом, да так и оставил расти дальше. Кора на сосне давным-давно лопнула, образовав глубокие спиральные борозды. Хвоя на этих изогнутых, переломанных ветвях казалась темнее и гуще, чем у обычных деревьев, а на ветру сосна издавала глухой надрывный скрип.

Я сбросил скорость, плавно отпуская педаль. Гул турбин сменился низким рокотом, скорость упала до скорости неспешного пешехода. Заложив широкую дугу, я направил гравиборд к подножию пригорка.

В густой тени под самыми нижними, раскидистыми лапами сосны лежала массивная темная гора.

Вожак стаи Волков Мрака отдыхал на снегу, положив голову на вытянутые лапы.

Он лежал совершенно неподвижно. В том, что реликт услышал меня еще за версту, я ни капли не сомневался, поскольку слух у таких зверей улавливал малейший шорох, недоступный человеческому уху. Однако ни единым мускулом, ни дрогнувшим ухом волк не выдал своего интереса до тех пор, пока я не подъехал вплотную.

Стянув с лица заиндевевший воротник куртки, я поправил висящий на плече автомат.

— День добрый. Твои передали, что ты что-то нашел.

Я произнес это спокойно, глядя прямо в оранжевые глаза реликта, которые вспыхнули в тени под еловыми лапами.

— Нашел, — ответил волк, медленно поднимаясь на лапы и отряхивая шкуру от налипшего снега. — Идем, надо пройтись.

Глава 13

Доску гравиборда пришлось оставить у самого подножия заснеженного пригорка. Я закинул ремень автомата за спину поудобнее, проверил фиксацию магазинов в разгрузке и зашагал следом за огромным черным зверем.

Мы шли в полном молчании. Тайга вокруг стояла насупившаяся под шапками снега. Мороз крепчал, пощипывая щеки и вымораживая колкую влагу на усах. Я дышал ровно, стараясь соизмерять шаг, однако идти по снежной целине за лесным реликтом оказалось делом крайне непростым, но куда деваться.

Шли мы примерно с полчаса. Я давно потерял счет привычным ориентирам. Местность пошла овражистая, кругом громоздились глухие буреломы и вывороченные с корнем гигантские стволы. Я прикидывал в уме маршрут и понимал, что мы забрались куда-то на самую границу секторов. Чья тут нынче пролегала земля, имперская или относящаяся к эльфийским резервациям, разобрать было невозможно. Столбиков с орлами здесь не ставили.

Впереди показалась небольшая прогалина, плотно зажатая между стволами сухих мертвых берез. Вожак остановился и мотнул башкой, указывая мне путь.

Я сделал еще несколько шагов, и в нос мне резко ударил густой медный запах. Запах свежей крови мешался с резкой вонью вспоротых внутренностей, отчего у меня в горле моментально встал ком.

На белом нетронутом снегу расплылось огромное бурое пятно. Вокруг валялись выдранные с корнем клочья серой шерсти, расколотые мелкие косточки и разбросанные куски требухи. Выглядело все это месиво так, словно тут сошлись в рукопашную два свирепых хищника, только масштабы бойцов оказались поменьше.

Я опустился на корточки и стал рассматривать. Кровь уже успела схватиться плотным льдом, но под ней, на самом дне снежной ямки, еще угадывалось слабое остаточное тепло.

Прищурившись, я всмотрелся в истоптанный снег. Система в голове отозвалась, вывесив перед глазами тусклые желтоватые строчки.

[Заяц, 2 уровень, 15 часов назад]

[Еж, 2 уровень, 15 часов назад]

[Полевка, 2 уровень, 15 часов назад]

Я повел глазами правее, разбирая путаницу мелких следов на окраине кровавого пятна, и прочитал еще одну системную цепочку, от