Холодною зимой метель нас закружила - Ольга Токарева

Едва заря окрасила небо первым робким румянцем, я уже сорвалась с постели. Ева умчалась на охоту, а я отправилась проводить утренний ритуал, больше похожий на взмах клинка. Вещмешок, словно верный пес, взгромоздился на плечо, и я неспешно спустилась на первый этаж, где кухонное колдовство рождало аппетитные запахи.

У пухленькой девицы, наверно едва достигшей шестнадцати зим, я заказала яичницу с беконом и крепкий чай. Ожидание тянулось медленно, наверно от предвкушения. Кажется, девица и вовсе перестала дышать, расставляя передо мной дымящиеся тарелки. Бросив на меня испуганный взгляд, словно я была призраком, она умчалась, не дождавшись оплаты. Шрамы, изрезавшие мое лицо, идеально дополняли облик наемника: молодой мужчина, около метра восьмидесяти ростом, с лицом, изуродованным в сражениях, — живая иллюстрация беспощадности судьбы.

С лихвой оплатив завтрак и щедро одарив девицу чаевыми, я оставила на столе серебряную монету. Когда постоялый двор остался позади, я остановилась у высокого деревянного забора, окинула взглядом окрестности. Убедившись в отсутствии нежелательных свидетелей, шагнула в густую тень, словно растворившись в ней.

Недавнее путешествие аукнулось ноющей болью в пояснице и мягком заднем месте, начисто отбивая охоту трястись в карете до портового города с причудливым названием Огр-Гном, вызывающим в памяти сказки о клыкастых великанах и бородатых рудокопах. К счастью, Ева уже ждала меня в тени, и остаток пути мы проделали вместе.

Портовый город бурлил, словно растревоженный улей. Толпы людей, устремленных в неведомом направлении, и юркая шпана, снующая между ними, напоминали мелкую рыбешку, лавирующую в стае акул.

Сам порт безошибочно выдавал себя терпким запахом рыбы, витавшим в воздухе. Добравшись до него, я замерла, любуясь тесной вереницей судов у причала — рыбацких шхун и белоснежных пассажирских лайнеров. Их техническое совершенство ошеломило меня, ведь я представляла себе мир Карварс застрявшим где-то в эпохе земного XVIII века. С восхищением и легкой ностальгией я вглядывалась в сине-зеленую гладь воды, внимая крикам чаек, а затем отправилась на поиски нужного мне судна, державшего курс к далекому континенту Сирвас.

Узнав всё необходимое, я приобрела билеты на круизный лайнер с манящим названием «Сирена». Каюта люкс на одного человека обошлась мне в кругленькую сумму, но я ничуть не сомневалась в правильности выбора. Уединение в компании верной подруги стоило любых денег, да и перспектива быть объектом любопытных взглядов не прельщала. До отплытия оставалось несколько дней, и нам с Евой пришлось поселиться в гостинице, томясь в ожидании путешествия.

В назначенный день, пристегнув к ошейнику гончей поводок и взвалив на плечо дорожный мешок, я направилась к пристани. Сердце учащенно забилось при виде величественного трехпалубного лайнера. Предъявив билеты матросу и не обращая внимания на робкие взгляды пассажиров, провожающих нас с Евой, я с предвкушением ступила на трап. Миновав небольшую палубу, мы оказались в просторном холле, по роскоши не уступавшем банкетному залу королевского дворца. Команда корабля, облаченная в безупречные белоснежные костюмы, приветствовала пассажиров лучезарными улыбками. Из их числа выделялся распорядитель: он просил предъявить билет, а затем любезно предлагал проводить до каюты. Превосходный сервис, избавляющий от необходимости блуждать в поисках номера.

Каюта оправдывала каждый заплаченный за нее золотой, дыша комфортом в каждой детали. Двуспальная кровать была застелена строгим покрывалом, увенчанным двумя пухлыми подушками. Уютное кресло, словно приглашая к отдыху, расположилось между двумя овальными окнами. Небольшой круглый стол окружали два мягких стула с высокими, аристократичными спинками. Стены украшали умиротворяющие картины морских пейзажей, а пол у кровати согревал ковер в пастельных тонах. Но, что поразительнее всего, обстановка до боли напоминала современный интерьер из моего мира. Вопросы множились, словно чайки над морем, но где искать ответ, пока оставалось загадкой.

Путешествие по океану быстро наскучило, словно ноющая зубная боль, от которой одно спасение — вырвать. Так и для меня — нырнуть в холодную, непроглядную пучину казалось единственным способом избавить разум от гнетущей повседневности. Удивительно, но каждому пассажиру вручили артефакт — браслет от морской болезни. Я убивала время в медитации, а Ева, уйдя в тень, бродила по лайнеру. Оказалось, в трюме она обнаружила крыс и теперь охотилась на них, скрашивая томительное ожидание.

Через месяц наш лайнер, словно уставший кит, приткнулся к причалу Сианмула, портового города, чьи жители, хинзарцы, почему-то остро напоминали мне виденные когда-то лица азиатов. Для того чтобы понять чужой диалект, мне нужно некоторое время побродить по городу, слушать разговоры, таким образом в памяти откладывался словарный запас. Еще одна привилегия, дарованная мне молоком гончей.

К вечеру хинзарский уже журчал на моих устах вполне сносно. Выудив у словоохотливого трактирщика информацию о цитадели Донсумийских монахов, я с аппетитом доела сочное жареное мясо, перемешанное с овощами, бросая украдкой взгляды на Еву, увлеченно обгладывающую огромный мосол. Когда последняя косточка была облизана, а тарелка предательски опустела, я одними губами прошептала ей: «Пора».

Едва мы покинули трактир, сразу нырнули в тень, благо на улице стояла непроглядная тьма, пособница нашему исчезновению. Примерно два часа мы потратили с гончей на переход, а когда вышли из тени, замерли, пытаясь рассмотреть в полумраке величественный старинный замок, от которого веяло неимоверной силой.

Первые мгновения хотелось призвать всю силу своей магии и стереть с лица земли логово убийц. Но, вспомнив, что среди этих серых стен находятся дети, я остудила свой пыл. Следовало сначала разведать обстановку, а потом наносить сокрушительный удар по душегубам.

Мысленно сосредоточившись на главном враге, я шагнула в тень, не ощутив ни толщины укрепленных стен цитадели, ни малейшего сопротивления. И вот я уже в затемненном кабинете. Оставаясь в тени, я скользнула взглядом по тяжелым гардинам, плотно задернутым на окнах, по длинному массивному столу, вокруг которого восседали мужчины в серых балахонах. Во главе стола, словно жирный паук, восседал… другого определения ему и не подобрать. Тучный мужчина, чья масса, казалось, перевалила за две сотни килограммов, сотрясал воздух яростным криком:

— Как такое возможно?! Вы, ничтожества, не можете справиться с какой-то девчонкой! Она стала причиной нашего разоблачения и должна замолчать навеки!

Развернувшись вихрем, я метнулась в спасительную тень и, вынырнув из ее мрачных объятий, оказалась за спиной вожака хардзи. Лезвие сверкнуло в полумраке, и голова его отделилась от плеч, прежде чем остальные успели осознать произошедшее. Не давая им времени опомниться, я вновь нырнула в тень, растворяясь в ней, словно призрак, и бросила напоследок, словно ледяной кинжал: «Счет продолжается. Подумайте, кто будет следующим из вас».

Выскользнув из