Кошмар для инспектора, или Скандал в академии магии - Наталия Журавликова

— Как-нибудь с этим справлюсь, — ответил он тихо. Он справится. А я?

Мы вышли возле моего дома.

— Предупреждаю, у тебя тут неприбрано, — сказал Ишер.

Я думала, он имеет в виду разбросанные вещи и открытые дверцы шкафов. Голова моя все еще кружилась, когда Родрик открыл дверь квартиры. Но увидев, что там внутри, я резко пришла в себя.

— Тут было землетрясение? — я ошарашенно уставилась на инспектора. Он выглядел виноватым. Ох, а как у него губы-то горят. Не увидел бы никто! Да и сама я наверное хороша.

— Здесь был повторный обыск, во время которого нашли зубную щетку Бека.

— И монеты, я помню. Но… как тут теперь жить?

Целые куски паркета торчали из пола, либо лежали грудой по углам. В нескольких местах зияли черные дыры.

— А как же Изюмия? — испугалась я. — Устроила нору в одной из этих пробоин? Или живет теперь на люстре?

— Она у меня дома, — ответил Ишер к моему огромному удивлению, — захотела со мной пойти.

Ничего себе. Все это время у него моя кошка жила, а я даже не в курсе.

— Надеюсь, она не доставила тебе хлопот, — растерянно сказала я.

— Гораздо меньше, чем ее хозяйка.

— И как же тут теперь жить? — я ходила по комнате, оглядывая постигшее меня безобразие. — Может, ты меня обратно в тюрьму отвезешь? Я в спальню, например, даже заходить боюсь!

— Я, кстати, тоже, — поддержал Родрик, — но несколько по другой причине.

Он так посмотрел, что к моим щекам прилил жар. Надо взять себя в руки. А то они окажутся в каком-нибудь недопустимом месте.

— Я правда считаю, что ты невинна, Лавиния… то есть невиновна, — Родрик успел поправить себя сам, но ход его мыслей скрыть уже было невозможно.

Поняв это, он явно занервничал.

— Я просто хотел сказать, что дело не в моей к тебе симпатии. Объективно, я уверен, что есть другие злодеи, которых я должен изловить. И очень надеюсь, что ты мне в этом поможешь.

Я кивнула.

— Но нам, конечно, нужно держаться в рамках относительно… всего остального.

Я еще раз кивнула. У меня так скоро голова отвалится. Главное, чтобы из рамок при этом не выскочила.

Вздохнув, я все же отправилась в спальню, но решила не входить слишком уж глубоко туда. Размер бедствия видно было и с порога. Постельное белье поменять, а лучше сжечь. Оно все в каких-то реактивах и порошках. Пол тоже поврежден, но меньше, чем в гостиной.

— Если хочешь, я могу снять номер в гостинице, — предложил Ишер.

— Что? — я почувствовала, что вновь краснею.

— Лавиния! — он увидел мою реацию и возмутился. — Что ты обо мне думаешь? Я не собираюсь пользоваться твоим уязвимым положением. Просто тут жить затруднительно. Да и я обязан за тобой наблюдать, если ты помнишь. Если ты поселишься в том же отеле, что и я, это проще сделать.

— И у вас там можно с кошками? — удивилась я.

— Это отличная гостиница. Фактически гостевой дом. На моем этаже всего три номера. Один, кажется, свободен. Так что, ты можешь сейчас собрать необходимые вещи, а я вызову магси.

Возразить было нечего. Пожалуй, это единственный разумный вариант в создавшейся ситуации… Если, конечно не принимать во внимание влечение, которое снова вспыхнуло между нами.

ГЛАВА 41

Я нашла самый вместительный из своих чемоданов, чтобы собрать туда вещи, которые не пострадали при обыске. Хотела прихватить туфли на выход, но не смогла их найти. Наверное, засунули куда-нибудь, потом отыщутся.

Родрик мне не помогал, но и не мешал, за что я была ему благодарна. В висках все еще стучало, я плохо соображала. Понимаю, надо бы жалеть о произошедшем… но у меня наоборот, при одной мысли о том, что между нами было, пробуждался какой-то дикий восторг. Лавиния, ты слишком долго была одна, давно пора себе найти кого-нибудь для души и приятного времяпрепровождения.

Наконец, я была готова.

Мы с Родриком вышли из моей разоренной квартиры и вновь сели в магобус, который теперь казался мне одним из самых романтических мест на земле.

Только на этот раз мы постарались соблюсти совсем уж приличное расстояние. Такое, что нам пришлось повышать голос, чтобы пообщаться. Поэтому разговоры были сплошь деловые и официальные.

— Твою квартиру восстановят, насколько возможно, — пообещал мне инспектор, — очень надеюсь, что к окончанию следствия ты сможешь туда вернуться.

— А я-то как на это рассчитываю. Мне уже и не верится, что меня можно оправдать.

Родрик промолчал. Выглядел он при этом грустным. Не верил мне? Или в свой успех?

Мне достался уютный номер, скорее даже квартирка. Две комнаты, ванная. Уголок для готовки огорожен в гостиной. Небольшая плита на магическом розжиге, две кастрюли — средняя и маленькая, сковородка. Есть чайник и большая бутыль с водой. Все для жизни.

В гостиной стоит удобный диван и два кресла, есть обеденный стол и совсем маленький журнальный. При необходимости можно рабочее место себе организовать.

Кровать в спальне — средних размеров, перина в меру жесткая, как мне нравится. И куча подушек и подушечек разного калибра.

Весь интерьер выдержан в бежево-персиковых тонах. Окна прикрыты плотными шторами, стены украшены акварельными пейзажами.

Очень мило, хотя свои апартаменты я люблю все же больше. А еще, наши с Родриком двери тут будут напротив.

И как находиться настолько рядом после того, что произошло между нами в магобусе? А ведь ему еще меня в преступлении надо подозревать из приличия. Пусть он и пытается найти другого виновного, объективность еще никто не отменял. Я сама, того и гляди, начну вспоминать, где же находилась в моменты преступлений и нет ли у меня признаков потери рассудка.

В дверь постучались, и сердце мое вторило этим звукам. Я понимала, кто находится с той стороны, и волнение сбивало дыхание и заставляло ноги подгибаться.

Открыв, уставилась на инспектора Ишера, который стоял на пороге с Изюмией в руках.

— Вот, возвращаю, — сказал он, слегка улыбнувшись, — лоток сейчас принесу. Или хочешь сама за ним зайти?

— Нет! — ответила я слишком уж поспешно.

Ох, надо что-то с собой делать. Веду себя как влюбленная девчонка, и это прекрасно видно. Заметит не только инспектор, но и все остальные.

Кстати, о них.

Родрик опустил кошку на пол и уже собирался обратно, когда я спросила:

— Мне нужно сидеть под домашним арестом до конца следствия, или я могу вернуться на работу?

— Я пока не обсуждал этот вопрос с твоим руководством, — пожал плечами инспектор, — но думаю,