Книга Паучихи - Рика Иволка

терна, я, Верховный искоренитель, Гилтормо Готал, объявляю сию землю очищенной от ереси и накладываю печать карантина сроком, установленным стандартами церкви. Да очистятся души еретиков и их порченого потомства в горниле Пастыря, да испросят они прощения в чертогах Его, да получат прощение и переродятся очищенными».

– Готал. – Лист вдруг вспыхнул в кулаке Алактира и сгорел до самого пепла, а дэв даже не поморщился. – Показательная казнь. Мог бы сжечь, но развесил, как колбасу в лавке.

Мэл опасливо заглянула в его зазолотившиеся глаза.

– Ты его знаешь?

– Глава ордена искоренителей. Это охотники за ересью. – Алактир осмотрел ровные ряды виселицы, стряхивая пепел с ладони. – Их нужно похоронить.

– Вот еще! У нас нет на это времени. Соберем все, что осталось из полезного, и тут же уйдем.

Золотые глаза вонзились в нее так стремительно, что Малврае невольно отшатнулась. А когда дэв медленно шагнул к ней, даже попятилась. Он выглядел больше, чем раньше, страшнее и опаснее. Заслонив собой солнце, дэв будто впитал в себя его чудовищное золотое сияние, и теперь оно подсвечивало его голову пылающим нимбом.

– Я сделаю это, – заговорил он не своим голосом, и у Мэл против воли затряслись поджилки. Так бы говорила химера перед броском на ящерицу, если бы природа наделила ее даром речи. – И ты не посмеешь меня остановить.

Богиня простит, если она разок уступит своему рабу? Взор ее, должно быть, слабеет днем…

– Л-ладно… – тихо проговорила Малврае, стараясь справиться со своим голосом, будто враз утерявшим силу. Она откашлялась. – Хорони. Но помогать не буду.

Страшные, как два солнца в самом зените, глаза снова стали синими.

– Справлюсь сам. Спасибо.

Мэл проводила его опасливым взглядом. И что это было? Какая-то очередная способность, дарованная его божественной природой? А раб, однако, полон сюрпризов… Она так опешила, что даже позабыла, что может контролировать его меткой. Ничего… в следующий раз обязательно применит ее, да еще и отхлещет хорошенько.

Мэл снова пересчитала тела на виселице. «Н-да, за день он точно не управится, – подумала она. – Значит, нам придется здесь переночевать». Что ж, на его счастье, ей тоже нужно было время, чтобы тщательно обыскать город.

К вечеру у кладбища за воротами выросло еще одно. Дэв копал землю, бережно укладывал тела в ямы, возносил тихую молитву и закапывал, и так повторил за день с два десятка раз.

Они развели огонь в очаге брошенного трактира, когда уже сильно стемнело, и Мэл смогла снять плащ. Дэв однажды сказал, что скоро в людских землях наступит лето и Малврае нужно учиться обходиться без плаща или же уповать на то, что ее «изуверский артефакт» умеет превращаться не только в грелку.

– Ты нашла что-то полезное в городе? – Алактир устало сгорбился у огня, вороша его кочергой. От дэва пахло потом, землей и мертвецами, но выглядел он при этом удовлетворенным. Мэл села рядом, протягивая руки к огню.

– Отборного мяса на несколько бочек солонины, но ты его закопал.

Дэв угрюмо взглянул на нее из-под перемазанных в земле бровей и мрачно произнес:

– По-твоему, это смешно?

Малврае мстительно усмехнулась. Он тоже смеялся над ней всю дорогу по наземью, пока Мэл не попривыкла. Пускай ощутит на своей шкуре, каково это.

Она выложила перед собой два длинных кинжала – единственное оружие в лавке кузнеца, что пришлось ей по руке. Котелок им в дорогу, оселок[8], деревянную посуду, веревку, грубый дорожный мешок, еще один бурдюк, два охотничьих лука с колчанами и всякое по мелочи.

– В трактире и кое-где в домах осталась еда. Та, что в котлах, уже протухла, но что-то еще есть в подвалах. Где люди? Не верю, что ты сегодня закопал всех. Слишком много домов для двадцати тел.

– Ушли. Город закрыт на карантин. Вернутся, когда карантин снимут. – Он вздохнул. – Прежним Велшир уже все равно не будет.

– Так всегда?

– Как?

– Виселицы, карантины, брошенные города.

– Нет. Еще год назад все было не так… не так жестоко. Видимо, пока меня не было, гонения усилились… почему-то, хм.

– И где ты пропадал этот год? В Доме Алеанундер ты пробыл меньше месяца.

Мэл поймала его опасливый взгляд. Дэв заговорил осторожно:

– Я был в неволе у подлеца, к которому ты так стремишься. Джавад Муаввиз рожден без чести, как иные рождаются без ума или сердца. Я пришел к нему за помощью, как к другу, а он… обманул меня, а потом подарил темным, как диковинную безделушку. Не удивлюсь, если сейчас твоя сестра переживает что-то подобное. И с тобой будет так же, если пойдешь к нему.

Малврае скрипнула зубами, строптиво дернула плечом.

– Если моя сестра в плену, я точно должна пойти. Я спасу хоть кого-то.

Алактир уткнулся лбом себе в колени. Он так и не поел, заснул спустя четверть часа, завалившись на бок. Значит, подумала Мэл, первый дозор мой.

Она сидела у огня, вслушиваясь в его треск и тишину опустевшего города. Как там Иллиам? Царствует над колдуном или он царствует над ней? Прав ли дэв, этот глупый мягкосердный человек? Его легко обмануть, легко воспользоваться его слабостью. Но Иллиам не такая. И все же, даже если… С колдуном можно договориться, как с любым дельцом. Она найдет что предложить ему. Придумает. Она особенное дитя леди Бризанны, а Алактир просто глупец и слабак, жалеющий слабаков. Слабак мирно сопел, уткнувшись золотой макушкой ей в бедро. Как беззащитны мы во сне, подумала Мэл, и вдруг над огнем мелькнула тень. Секунду она затмевала желтый свет очага, но Малврае успела заметить и замереть сердцем.

Прислушалась. Тихо. Толкнула дэва в плечо, и он громко ухнул, просыпаясь.

– Здесь. Кто-то. Есть. – Три беззвучных слова одними губами, и Алактир подобрался, забегал глазами: «Где?»

Мэл качнула головой в сторону, куда промелькнула тень, – за лавку трактирщика. Дэв прокрался вперед и замер с одной ее стороны, кивая Мэл на другую – займи позицию. Она послушалась. По его команде они одновременно забежали за стойку, куда не попадал свет очага, и что-то выскочило из тени под лавкой в тень кухни, снося по пути склянки с местным пойлом. Одна разбилась, растеклась, и запахло хлебом. Дэв побежал за тенью, Мэл за ним, что-то грохнуло в темноте, как грохает дверь. Они повернули на звук, под ногами просели и скрипнули доски. Люк в полу, поняла Мэл, нагнувшись и нащупав сбитый замок. В темноте над ней что-то сверкнуло – Алактир достал клинок.

– Темные не стали бы прятаться, – шепнула она.

– Не стали бы, – согласился дэв и открыл люк.

Малврае быстро вернулась