Книга Паучихи - Рика Иволка

лицом дэва, – этого сына божьего говорить мне правду и только правду, и лишь тронет его речь дрожание лжи, будет пронзен он праведным клинком Его сквозь видимое и невидимое.

Темные глаза человека вспыхнули магическим золотом, и Мэл ощутила силовую волну, что ударилась Алактиру в грудь и прошла сквозь него, но судя по умиротворенному лицу дэва – причинила не боль, а как будто даже облегчение.

– Надеюсь, ты еще помнишь, чем чревата любая попытка солгать мне, юноша?

Алактир кивнул.

– Прекрасно. – Человек закинул ногу на ногу и указал носком сапога на лежащее рядом тело. – Эта добрая женщина сообщила нам, что мутанты любят прятаться в этих гротах во время облав. Те, кто успевает сбежать. По пути сюда ты встречал других еретиков? Кроме этого мальчика, – человек качнул головой в сторону Ящерки, ерзающего в путах по другую сторону от Алактира, – и, – человек посмотрел на нее. Мэл в ответ оскалилась, – подгорной дикарки.

– Нет.

– Следующий немаловажный вопрос – где Косуля?

– Что за Косуля? – Алактир нахмурился.

– Не знаешь ее? – Человек поднял седые брови, словно бы удивился. – Понятия не имею, почему ее называют Косулей. Судя по докладам, она больше похожа на обезьяну, скачущую по деревьям.

Дэв вдруг улыбнулся и едва слышно проговорил:

– Кади…

– Что ты там бормочешь? – Человек вытянул шею. – Погромче, если не затруднит.

Алактир вскинул голову, демонстрируя злую улыбку.

– Я сказал – ее зовут Кади. Кадицея.

– Кадицея, – задумчиво повторил человек, постучав двумя пальцами себе по колену. – Хорошо. Запомним. Чему ты так радуешься?

– Раз ты все еще ищешь ее, значит, не нашел. Этому и радуюсь.

– Хм. Так что ты знаешь об этой Кадицее Косуле? – Носок сапога нетерпеливо задергался, как хвост у змеи.

– Знаю, что уже больше года ничего о ней не знаю.

– Что ты знаешь об Обществе Скверных? О Би-Рам?

– Ничего из перечисленного тобой, магистр, мне незнакомо. – Алактир весь сиял от радости.

Человек пригладил складки штанов на коленях и встал с камня.

– А ведь когда ты спутался с мутантами, мы полагали, что именно ты, наделенный божественной благостью Его, станешь нашей главной проблемой. Печально, что столь выдающегося юношу обскакала какая-то мелкая пегая козочка. В очередной раз разочаровал отца, что ни говори.

Алактир только улыбнулся в ответ, будто человек сделал ему комплимент. Человек хмыкнул и склонился над Мэл, деловито рассматривая ее лицо.

– И что же нам делать с еще одной твоей сучкой?

– Сучка – это та, что исторгла тебя! – прорычала Малврае, подаваясь вперед. Она метила зубами ему в нос, но клацнула воздух – мерзавец успел убрать свое мерзкое человечье лицо.

– Доходчиво, – бесстрастно произнес он и достал кинжал.

– Нет! – Алактир дернулся в путах. – Не нужно убивать! Прошу тебя…

– Какая сентиментальность. – Мужчина постучал лезвием по ребру ладони. – Не стоит, золотой мальчик. В столице у тебя будет полно девок.

– Если убьешь ее, умру и я! Мы… связаны.

Человек снова взглянул на Мэл, его глаза подернулись золотом, и в этот раз волна силы прошла сквозь нее, но в отличие от Алактира ее такое проникновение совсем не обрадовало. Она сильно сжала челюсти, чтобы не выдать и звука боли. Нельзя показывать слабость врагу. Там, где слабость, там и смерть.

– Колдовская случка! Как любопытно. Мне стоит поздравить тебя, юноша. Похоже, ты женат.

– Я вроде как ее раб, – буркнул Алактир.

– Насколько мне известно, у альвов это почти одно и то же. Кто она? Для матриарха слишком молода.

– Она… – Дэв вопросительно посмотрел на Мэл, испрашивая разрешения говорить. Малврае кивнула. Пусть скажет. Ей нечего скрывать. – Она – дочь матриарха. Наследница.

Человек хмыкнул. Только и всего. «Жалкий глупый самец», – с досадой подумала Мэл. Перед ним особа высокого толка. Ему бы склонить голову и немедленно развязать ее! Но вместо этого он лишь выпрямился.

– Высшая знать, хм. Это немного меняет дело. – Человек снова похлопал лезвием по ладони, потом вернул кинжал в ножны и достал из-за пазухи прозрачный кристалл на золотой цепочке. – Надеюсь, ты не будешь против, если мы на время заткнем твою зазнобу. Не хочется всю дорогу до столицы вкушать ее скверну.

– Пастырь мой, Готал, это же…

– Не беспокойся, он ее не убьет. По крайней мере, до тюремной камеры.

Мэл задергалась в путах, жалея, что не может прикоснуться к броши и приказать своему волшебному плащу напасть на врагов, накрыть их магической тенью, пробраться им в рты и заставить задохнуться. Сейчас это было бы так кстати!

Человек коротко кивнул. Один из воинов в белых плащах схватил ее за волосы и заставил запрокинуть голову, крепко удерживая в таком унизительном положении. Острие кристалла приближалось к ее лбу, как ритуальный нож к жертве, оно еще не коснулось ее, но Мэл уже ощутила кожей жжение. Человек коротко замахнулся и вонзил кристалл в ее лоб. Жгучее золото залило взор, и разум Малврае стал гаснуть в этом сиянии. Последнее, что она услышала, прежде чем пасть в беспамятство, был истошный вопль Алактира:

– Ящерка! Нет!..

Глава 12

Четверть мили до смерти

Первый раз он подумал: «Это конец», когда слуги Джавада привели его к альвам. Второй раз, когда из глуби гротов к ним вышел не кто иной, как Гилтормо Готал, Верховный магистр искоренителей Золотого Терна и правая рука самого Помазанника. Следующий, согласно сложившейся закономерности, должен был настать еще не скоро, но Ящерка каким-то чудом выкрутился из пут, схватил его за плечо и сотворил что-то такое, от чего Алак ослеп и на мгновение почувствовал себя разобранным на косточки, а потом внезапно собранным обратно. Когда зрение вернулось, вокруг уже не было солдат Готала, не было темной пещеры и несчастной мертвой девушки, зато было открытое вечернее небо, голые скалы впереди, а зад сквозь штаны щекотали колючие веточки вереска.

Алактир не знал, что беспокоит его сильнее – удивительные способности Ящерки к перемещению в пространстве или же что мысль о конце стала приходить в голову слишком часто.

Алак осматривался, пытаясь понять, куда их занесло. Что ж, они уже не под холмами, а на холмах – это очевидно. Судя по положению солнца и открывающимся видам, Ящерка забросил их троих немного севернее тех злополучных гротов. Не так далеко, как хотелось бы.

«Твой мутант ведет нас в ловушку», – походя бросила альвийка и по роковой случайности оказалась права. Это и правда была ловушка.

– И что ты теперь суетишься, засранец?! – рыкнул он на Ящерку, который