Агент Их Величеств, часть четвёртая - Александр Н. Александров

Колдун достал из чемодана стаканы – настоящие, гранёные, а не сотворённые из воздуха, и рыба, наконец, перекочевала на тарелки. Карп брызгал прозрачным соком, истекал жиром и хрустел нежной корочкой на зубах. Караси и плотва были, в общем, обычными карасями и плотвой, но это была не просто рыба, а рыба только что выловленная, выстраданная и ещё немного пахнувшая речной тиной, а потому– самая вкусная на свете.

Когда в бутылке осталось меньше трети, Мерлин сыто икнул, промокнул губы салфеткой, посмотрел на Фигаро соловым взглядом и пробормотал:

– Ну, может, что-то в этой вашей рыбалке и есть... Здоровый азарт, поиск места, выбор инструмента, а, главное, интрига: интересно ведь, что клюнет... Сейчас же предлагаю отдохнуть, а то у меня глаза слипаются.

Фигаро был категорически за. Посуду решили помыть уже завтра, и следователь, захватив с собой прошлогодний выпуск «Королевского рыбака» обнаруженный в ящике стола, забрался в выдолбленную в стене кровать, где, жмурясь от удовольствия, вытянул, наконец, затекшие ноги и погрузился в изучение уже несколько устаревших инноваций в рыболовном деле, а также красочные пространные описания турнира «Золотая рыбка», что ежегодно проходил недалеко от Столицы. Рекордов в прошлом году не случилось, и это было, в общем, понятно; следователю подумалось, что уже сам факт того, что в какой-то реке в радиусе ста вёрст от столицы выжила рыба можно считать своего рода рекордом (правда, непонятно, кому нужно было вручать за него призовые).

Артуру-Зигфриду не отдыхалось. Он возился в своём углу, где оборудовал для своих нужд нечто вроде кабинета, сдвинув два стола вместе и тут же заставив их кучей алхимических реторт, стопками книг и необычными приборами (некоторые из них Фигаро уже когда-то видел, например, устройство похожее на плоскую печатную машинку с тонким как блин прямоугольным экраном). Колдун булькал какими-то реактивами, тихо ругался, чем-то щёлкал, а потом до слуха следователя долетело низкое гудение и странный запах, отдалённо похожий на аромат горячего каучука.

Мерлин достал флакончик «синей пыли» купленной накануне у услужливого полового, высыпал наркотик в высокий узкий сосуд с делениями и капнул туда же из пипетки немного прозрачной жидкости. Фигаро улыбнулся: Артур был при деле, а, значит, в мире, несмотря на отдельные неустройства, всё было в порядке.

Примерно через час (Фигаро как раз дочитывал крайне интересную статью о новых открытиях в области окраски донных мормышек) Артур с довольной миной захлопнул крышку какого-то жужжащего приборчика похожего на термос, достал свою трубку из слоновой кости и принялся её набивать.

– Вызывайте Ноктуса. – Широко улыбаясь, Мерлин хитро подмигнул Фигаро. – Вам пора бы сдать первичный отсчёт, да и у меня есть для старика парочка забавных фактов.

Следователь покосился на часы; рядом с ним на подоконнике стояли два будильника – один обыкновенный, круглый и блестящий, а второй – сложное немецкое устройство со встроенным в него лунным календарём и указателем Больших Крестов Сокрытого Гороскопа. Оба будильника показывали, к немалому удивлению Фигаро, половину второго ночи. Они явно засиделись; впрочем, спать следователю совершенно не хотелось.

Фигаро, быть может, и пожурил бы Артура за предложение связаться с Ноктусом в столь поздний час, но куратор так часто проделывал то же самое со следователем будучи свято уверенным, что шесть или семь часов утра – наилучшее время для звонка, что совесть Фигаро лишь пожала плечами, предоставляя тому полный карт-бланш. Следователь ехидно ухмыльнулся, и очертил ладонью в воздухе круг, пробормотав под нос слова заклинания, после чего вытащил из похожей на портсигар коробочки тонкую иглу, чуть поморщившись, уколол себя в палец и уронил каплю крови в центр слабо светящегося Кольца Связи.

Фигаро не любил дырявить себя без нужды, но это был самый быстрый способ выйти сразу на Ноктуса, а не ждать подтверждения минут пять-десять. Кровь позволяла почти мгновенно идентифицировать следователя; далее колдунам, что обеспечивали сеанс связи оставалось лишь проверить, что кровь Фигаро не использует кто-то другой.

Что-то затрещало, по воздуху пробежала едва заметная рябь, и в центре комнаты появился Ноктус.

На кураторе был белый спальный колпак, полосатая пижама и тапочки. В руке Ноктус сжимал зубную щётку покрытую пеной странного розового цвета.

– Десна кровоточат. – Ноктус проследил за взглядом следователя, вздохнул, вытащил откуда-то из пустоты стакан воды, прополоскал рот и сплюнул в невидимый умывальник. – Говорят, витаминов не хватает, а я говорю– стресс. Все болезни от нервов, уважаемые. Думаю, господин Мерлин со мной согласится.

– Соглашусь.– Артур вежливо кивнул. – Лучший способ угробить иммунную систему это непрерывно нервничать. Желательно, прямо с утра и на ночь. Вы магний пьёте?

– Чего я только не пью... Ладно, как я понял, вы успешно прибыли на место и уже успели познакомиться с капитаном Нотом... Ничего, кстати, квартирка, симпатичная. Тут что, часовщик жил?.. Ладно уж, докладывайте, а я пока переберусь в кровать. Врачи заставляют спать не меньше семи часов в сутки.

– Правильно заставляют. – Мерлин пригрозил пальцем. – Сон – лучшее лекарство... Фигаро, начинайте, а я потом присоединюсь. После, так сказать, официальной части.

...На этот раз следователь превзошёл сам себя: на то, чтобы кратко доложить обо всём, что они с Артуром узнали с момента прибытия на Блажью Топь у него ушло не более получала. Куратор как раз успел забраться в постель, где он, открыв ящик маленькой прикроватной тумбочки, принялся глотать какие-то пилюли, порошки, кряхтеть, скрипеть суставами и тихо ругаться себе под нос.

– Значит,– проворчал Ноктус когда Фигаро, наконец, закончил доклад, – вы уже соприкоснулись с местным колоритом. Сколько, говорите, лещей взяли? Угу, угу... Я как-то в тех краях щуку такую брал – не поверите. Настоящий крокодил. Что же до Эмеральда Нота, то я согласен: его поведение несколько... странновато. Возьмём на карандашик. Но я бы сразу отмёл вариант убийства с целью получения власти. Видите ли, Ноту дали звание и должность по указке из Столицы. Сам он на начальника ни разу не подавал. Ни единого прошения. Его всё устраивало, и занимался он на Чернополыни отнюдь не построением военной карьеры или контрабандой.

– Да?– Фигаро хмыкнул. – А чем же он здесь занимался, если не секрет?

– Наркотики.– Коротко ответил куратор, дёрнув плечами.– Да, мы в курсе, что Эмеральд Нот – ведущий лаборант на производстве «синей пыли». Он в этом деле уже давно.

– Давно?!– У следователя глаза полезли