Мы придём из видений и снов - Яна Вуд

Кхара криво осклабилась и снова принялась надвигаться. Но тут откуда ни возьмись налетел ветер. Закружил мертвые листья, бросил Кхаре в лицо.

– Не трогай их! Не трогай их! Не трогай их! – зашептали голоса.

В глотке Кхары заклокотала ненависть.

– Да как смеете вы! – яростно прорычала она. – Восставать против меня? Я забрала ваши жизни. Вы мои! И подчиняетесь мне!

– Не трогай! Не трогай! – вновь зашептали неведомые голоса. – Можешь мучить нас, но второй раз не убьешь. Не убьешь. Не убьешь. Мы и так давно мертвы.

Кинжал жуткой твари со свистом прорезал воздух, раз, другой. Верно, он доставлял боль неведомым существам, кем бы они ни были. Потому что в воздухе разлился тонкий плач, похожий на плач ребенка. Но ветер и не думал униматься. Напротив, он нарастал и с удвоенной силой набросился на Кхару, пытаясь сбить ее с ног.

– Спасайтесь, бегите, бегите! – прошелестели голоса над головами путников.

Мар передернул плечами.

– У меня от этого леса кровь стынет в жилах. То нежить, то эта мерзкая Кхара, то теперь существа-невидимки.

– Эти хотя бы не желают нам гибели, – отозвался Брон.

– И займут на какое-то время это порождение тьмы, – добавила Харпа.

– Нам срочно нужен новый план! – выпалила Хейта. – Скоро сюда явится нежить со всего леса, и тогда нас уже ничто не спасет! – Она резко обернулась к Фэйру. – Как думаешь, что она такое, эта Кхара? И почему мы не можем ее убить? Она что, как и поветрия, прорвалась в этот мир извне?

– Думаю, ты отчасти права, – отозвался целитель. – Существо это не из Запредельных земель. Но оно и не явилось сквозь трещины, как поветрия. Там, где они обитают, клубится лишь Первородная Тьма. Это существо, каким бы жутким оно ни было, не смогло бы там выжить.

– Тогда откуда оно? – нахмурилась Харпа.

– Думается, оно из мира изнанки, о которой нам поведал пастырь Найши, – был ответ.

– Изнанка, – эхом отозвалась Хейта, лихорадочно соображая. – Найши сказал, там обитают кромешники. Вещие птицы, Черный Пес, Смерть… – Ее глаза вспыхнули осознанием. – Война! Вот что она такое! Кхара и есть Война. – Она воззрилась на Фэйра. – Ты прав, эта тварь родом с изнанки.

Улла поспешно кивнула.

– Теперь вы знаете все.

– Мы не можем ее убить, – продолжила Хейта. – Она чрезвычайно сильна.

– Боюсь, вернее будет сказать – всесильна, – добавил Фэйр. – Кромешников убить чрезвычайно сложно. Таких древних, как Смерть или Война, верно, вообще невозможно. Но, насколько мне ведомо, на изнанке мира они уязвимы.

Озаренный догадкой, Мар вытаращил глаза.

– И там их можно ранить?

– Очень может быть, – кивнул Фэйр. – Точнее сказать не могу.

– Но как нам попасть на эту изнанку? – вопросил Брон.

Целитель тяжело вздохнул.

– А вот здесь мне вас порадовать нечем. Не имею понятия.

– Час от часу не легче! – Мар возмущенно пнул ногой ворох бесцветных листьев.

– Оставьте нас и уходите, – веско бросила Улла. – Нечего всем погибать. Нежить, может, нас и не тронет. А от Кхары мы спрячемся и продолжим жить в лесу.

– Так не пойдет! – твердо произнес Фэйр. – Ты спасла мне жизнь, а теперь предлагаешь бросить тебя?

– Я же сказала, мы не погибнем, – вновь безо всякого выражения ответила Улла.

– Жизнь в этом лесу – не жизнь! – отрезал целитель.

– Не могу не согласиться, – отозвался Мар. – Если бы я застрял в этом лесу, не имея возможности сбежать, я бы сам себе сук вогнал в сердце.

– Если мы пока не знаем, как попасть на изнанку и достать-таки эту Кхару, – проговорила Харпа, – быть может, хотя бы решим, как разобраться с нежитью? Фэйр, что для нее губительно?

– Как я и говорил, пламя, – ответил он. – Но где мы возьмем столько огня? Даже Хейта со всеми ее силами пока не способна испепелить столько нежити.

– Пока? – переспросил Мар. – То есть это возможно?

Фэйр пожал плечами.

– Способности Чар до конца не изведаны.

Хейта слушала их внимательно, одновременно цепко следя за Кхарой. Волшебный ветер, несмотря на удары меча и кинжала, все еще обрушивался на мерзкую тварь, не желая отступать. Не проронив ни слова, девушка вдруг подступила к дракону-оборотню, который все это время слушал их вполуха, точно потеряв к происходящему всякий интерес.

– Силы твоего пламени хватит, чтобы испепелить нежить?

Тот сморгнул и выпалил без запинки:

– Хватит.

– Э-э, ты что такое задумала? – подскочил к девушке Мар.

– Все равно надежды на спасение у нас немного, – ответила Хейта. – А с ним будет хоть какой-нибудь шанс.

– Я в этом не уверена, – прищурилась Харпа.

– Нам нужен огонь, – отозвалась Хейта. – Много огня. Еще идеи, как его раздобыть, у вас есть?

Последовало неловкое молчание. Вновь обернувшись к пленнику, Хейта поглядела ему в глаза.

– Я сниму твои волшебные оковы. Поклянись, что ты не причинишь нам вреда. И что спалишь проклятую нежить.

Тот выдержал ее взгляд.

– Клянусь.

– Поклянись всеми драконами с Драконьих островов, – добавила она.

– Клянусь всеми драконами, что не трону вас и выжгу этих премерзких тварей.

Внимательно выслушав его, Хейта кивнула и коснулась пальцем волшебной веревки. Ясный свет пробежал по бечеве, обвил ее сияющей змейкой, проникая вглубь и разгоняя пугающий полумрак. Веревка зашевелилась, точно живая, а потом расплелась и опала.

В тот же миг глаза дракона-оборотня вспыхнули нечеловеческим пламенем. Сияющие рога поднялись на его голове из серебристых волос.

– Отойдите! – тоном, не терпящим возражений, приказал он.

Лицо дракона-оборотня, его руки и шея стремительно покрывались блестящей чешуей, воздух вспороли острые когти, а в следующий миг четыре огромные лапы опустились на землю, разметав камни и павшие листья. Длинный хвост хищно просвистел и ударил по поверхности болота, расплескав мутную воду. В воздух взметнулись два мощных серебристо-белых крыла. Полностью обратившись, дракон-оборотень смерил замерших путников долгим испытующим взглядом и резко взметнулся ввысь, продираясь сквозь кроны деревьев.

– Больше мы его не увидим, – вздохнул Мар.

– Или же он вернется, чтобы поджарить нас вместе с нежитью, – отозвалась Харпа.

– Наплевать! – прорычал Брон. – Что бы он ни сделал, как сказала Хейта, шансов у нас и так немного. Так не будем терять времени понапрасну.

– Тем более что ветер вроде утих, – заметил Фэйр.

Слова целителя заставили друзей обернуться. Волшебный ветер и правда исчез. Верно, растерял последние силы и был вынужден отступить. Кхара уже оправилась от схватки с невидимым противником и вновь обратила на путников тяжелый голодный взгляд.

* * *

Дракон-оборотень поднимался все выше и выше. После столь долгого плена и духоты леса Предзакатных Теней ему до смерти хотелось наконец ощутить свободу, глотнуть свежего воздуха. И пусть острые ветки больно впивались в