Мы придём из видений и снов - Яна Вуд

тебя выйти ко мне ни во сне, ни наяву. И ты сидела, тряслась в лесу под кустом, как до смерти перепуганный кролик. Но ты все же не рассказала обо мне своим спутникам, не смогла, ибо я тебе воспретила. И этот лес тебе просто так не покинуть. Тебе и этой соплячке. – Она кивнула на Бетту.

– Тогда сперва я убью тебя! – холодно бросила Улла.

Кхара зашлась сиплым смехом.

– Ты можешь попытаться.

– Хватит их запугивать, ты, смердящий кусок дерьма, – резко бросила Харпа. – Лично у меня ты вызываешь не страх, а желание как следует проблеваться!

Кхара плотоядно склонила голову набок.

– Сейчас мы это исправим.

– Что ж, – взяла слово Хейта. – Не уйти так не уйти. Мы равно не привыкли бегать от опасности. И бросать Уллу и Бетту тоже не станем. Тебе их не заполучить. А вот уничтожать омерзительных тварей вроде тебя нам не впервой.

Кхара приглашающе осклабилась и прокаркала:

– Милости прошу.

Все разом подступили к Хейте.

– Что делать? – выпалил Мар. – Как ее одолеть?

– Учитывая то, что мы не знаем, что она такое, – проговорила Хейта, – предлагаю разить ее всем чем можно, и будь что будет.

– Вот теперь я вам точно понадоблюсь! – громко прошептал дракон-оборотень. – Развяжите мне руки!

Хейта смерила его изучающим взглядом и мотнула головой:

– Нет, ты приглядишь за Беттой.

– Я вам не нянька! – прошипел пленник.

– Твоя ошибка в том, – рыкнул Брон, спустив девочку на землю, – что ты думаешь, будто у тебя есть выбор. – Он легонько подтолкнул к нему Бетту. – Но его нет. Приглядывай за ней в оба глаза и не мешайся под ногами!

Дракон-оборотень с досадой скрежетнул зубами. Они с Беттой отошли назад, и как раз вовремя. Кхара, не собираясь ждать, пока ее жертвы договорятся меж собой, ударила первой.

Здоровенный меч просвистел у них над головами. Несмотря на тощий вид, Кхара двигалась на диво проворно и быстро. Друзья инстинктивно пригнулись, метнулись в стороны, кто влево, кто вправо, и взяли мерзкую тварь в кольцо.

Но Кхара ничуть не растерялась и принялась наносить удары один за другим. Движения ее были смертоносны и неуловимы, а кинжалом и мечом она владела в совершенстве.

Не сговариваясь, друзья набросились на нее одновременно. Харпа с Броном принялись вспарывать когтями тугие плотные мышцы. Хейта обратила против уродливой твари ярый волшебный свет. Он опалял, оставляя на бородавчатой коже кровоточащие ожоги.

Мар исхитрился вскарабкаться твари на спину и впился клыками в бугристую шею. Кровь брызнула во все стороны, заливая ему лицо. От неожиданности тот подавился и закашлялся.

– Ты в порядке? – окликнула его Харпа.

– Не в то горло попало, – по обычаю беззаботно отозвался тот.

* * *

Фэйр держался в стороне, лихорадочно перебирая содержимое заплечного мешка.

– Ветки золотарника, – довольно хмыкнул он. – Хорошо горят. – Следом он с благоговением извлек из сумы длинное черное перо.

– Воронье? – изогнул бровь дракон-оборотень. – И чем оно нам поможет?

– Это перо вещей птицы Горэй, – ответил целитель. – Когда оно горит, то вспыхивает, сея вокруг яростные искры. – Обернувшись к Бетте, он протянул ей холщовый мешочек и твердо проговорил: – Мне нужен торф. Он вонючий и черный, а искать его надо на дне болота. Спроси-ка своих друзей-возвестников, смогут они нам с этим помочь?

Та поспешно закивала и исчезла в прибрежных кустах. Вернулась она очень скоро и не пустая – мешочек в ее руках заметно потяжелел. Фэйр воздел его перед глазами. Взгляд его горел неподдельным ликованием.

– А теперь мне нужна веревка, кремень и кресало, – решительно заявил он.

Пальцы Уллы обзавелись когтями, а рот – клыками. Ее движения были точными, беспощадными, неуловимыми. Порой она хмурила брови. Верно, выступать против Кхары ей действительно было мучительно тяжело. Но она тут же крепче стискивала зубы и принималась драться еще более жестоко и яростно.

Однако сколько бы друзья ни ранили Кхару, казалось, это не причиняло мерзкой твари никакого вреда. Раны на ее теле затягивались почти мгновенно.

– Так мы скоро выдохнемся и истечем кровью, – выдохнул на ухо Хейте Брон. – Нужно нанести ей раны посерьезней.

Та понятливо кивнула.

– Отвлеките ее, но на рожон не лезьте, – прошептала она в ответ.

Брон пнул в бок Мара и Харпу, растолковал им, как обстояло дело, и они живо принялись воплощать в жизнь их план, вызывая гнев Кхары на себя. Хейта же подступила к Улле.

– Мне нужна твоя помощь.

Та непонимающе нахмурилась.

– Обычные раны этой твари не страшны, – спешно пояснила Хейта. – Нам нужно нанести глубокие. Хотя бы на время заставить ее отступить.

Улла кивнула. И они встали бок о бок, приготовившись к бою. Мар, Харпа и Брон нападали на мерзкую тварь, всецело завладев ее вниманием. Улучив подходящий момент, Хейта и Улла ударили одновременно.

Хейта обрушила на Кхару всю мощь своего волшебства. Улла же, взвившись с земли в неимоверном прыжке, впилась когтями в ее спину и принялась тянуть из нее силы. Льдисто-синий свет потек по ее рукам, наполняя тело хелмеры жутковатым сизым сиянием.

И тогда Кхара заревела по-настоящему. Кровь текла по ее спине багровыми ручьями. Но она все равно не шла на попятную: ее когтистые руки часто-часто замелькали в полумраке, обрушиваясь на хранителей.

Мар и Брон отлетели в сторону, ободрав кожу на животе о корни деревьев. Харпу подбросило в воздух. Она глухо стукнулась головой о ствол дерева, сползла по нему на землю и осталась лежать. Хейта и Улла кинулись им на подмогу, но Кхара преградила им путь и принялась надвигаться. И тогда навстречу ей бросился Фэйр.

– Отвернитесь! – выкрикнул он и запустил в Кхару пылающим шаром из веток и листьев. Тот глухо стукнулся об уродливое тело, не причинив никакого вреда, и отлетел Кхаре под ноги. Та недоуменно пригнулась, разглядывая неведомую вещицу. Ее безобразный рот скривился в подобии злорадной усмешки.

– Кажется, ты оплошал, – прокаркала она.

Фэйр усмехнулся уголком рта:

– О, я попал точно в цель.

А в следующий миг шар вспыхнул и взорвался с оглушительным грохотом. На этот раз Кхара даже не взревела, а взвыла, давясь неистовой яростью и жгучей мучительной болью. Кожа на ее голове, груди и животе превратилась в одну кровавую рану. Но прежде чем снова наброситься на обидчиков, она подняла к небу лицо и то ли заревела, то ли завыла. Это был не простой рев, но громогласный приказ.

– Вы перешли черту. И скоро за это поплатитесь, – хрипло прокаркала она. – Я думала убить вас быстро. Но теперь ваше мучение продлится вечность.

– Она позвала нежить, – проронила Улла то, что и так