Чайная «Лунный серп» - Стейси Сивински

– Все, что нам остается, – подождать и посмотреть, смогут ли они разузнать Задачу третьего ведьмака, – добавила Эстер. – И надеяться, что остальные ловушки, которые мы расставили, продвинут дело вперед.

Сердце Энн забилось быстрее, пока она пыталась осмыслить услышанное.

Когда она потянулась рукой к шее, нащупывая бешеный пульс, зловещие серые глаза Айзека вперились в нее с другого конца комнаты.

Энн подпрыгнула, но затем расслабилась, убедив себя, что он никак не может ее видеть.

– Здесь кто-то есть, – прошептал он.

И вдруг комнату начала заливать вода из открытых дверей и окон, будто все они были на корабле, который только что погрузил нос в море.

Энн подхватило течением, и она наблюдала, как разноцветные образы плывут рядом с ней по воде: колышущиеся кусты, указывающие на скрытые возможности, двери, выходящие в разные места, и лица всех форм и размеров, шепчущие о возможных заминках и грядущих переменах.

Когда Энн открыла рот, чтобы закричать, вместо ожидаемой ею ледяной воды она вдохнула теплый воздух, пахнущий лавандой.

Она вернулась в свою кровать, вся мокрая от пота – от корней волос до самых пяток.

Дом, удивленный ее резким пробуждением, наполнил стакан воды на прикроватном столике и попытался притянуть ее к себе хлопковой простыней. Но Энн, все еще потерянная где-то между сном и реальностью, не обратила на это внимания.

Теперь было кристально ясно, что Совет не желал, чтобы Куигли завершили поставленную перед ними задачу и сохранили магазин. У Энн не было даже туманных представлений о том, почему они так надеялись на неудачу сестер, но по крайней мере в одном она была уверена.

Совет не преуспеет. Она им не позволит.

Глава пятнадцатая

Песочные часы

Показывают, что необходимо принять решение и перейти к новому этапу

Стоял субботний полдень в разгар лета, и лавка переполнилась посетительницами с того момента, как сестры перевернули табличку «Открыто» лицом к улице. Дополнительные стулья были вызваны магией с чердака, чтобы разместить всех неожиданных друзей, родственниц и компаньонок, увязавшихся за клиентками, чьи имена уже были вписаны в список бронирования. У Пегги и Фрэнни закончились булочки с белым чеддером и розмарином, и им пришлось испечь новую порцию на кухне, а сестры Куигли остались в гостиной, вынужденные носиться с пустыми чайными подносами и стаканами с водой в перерывах между гаданиями. «Лунный серп» был так переполнен юбками со шлейфом и искусно украшенными шляпками, что люди буквально вываливались за дверь всякий раз, когда любопытный зевака пытался зайти внутрь и понять, что же там за сборище.

С таким количеством людей, набившихся в гостиную, дом буквально кипел. Он пытался заморозить лед в подвале и направить прохладный воздух сквозь доски пола, но он сражался с ужасно жарким летним днем и проиграл эту битву.

Сестры лихорадочно порхали по лавке как мотыльки, бьющиеся о стекло газовой лампы, отвлеченные до такой степени, что даже не подумали проверить почтовый ящик, пока самая последняя покупательница не покинула чайную на четверть часа позже привычного времени закрытия.

И когда им все же удалось выкроить свободную минутку, чтобы вытащить стопку конвертов, терпеливо ожидавших весь день, они обнаружили, что этот самый день еще далек от завершения.

Маленькая белая карточка с уже знакомой красной печатью затерялась среди счетов и писем. Энн открыла его дрожащими пальцами и увидела сообщение, что мистер Кроули зайдет в лавку этим вечером ровно в половине седьмого.

Она поделилась новостями с сестрами, но объявление Энн было встречено молчанием. Обернувшись, она увидела Вайолет, стоящую у окна и рассеянно смотрящую на улицу, окрашенную сумеречными красками.

– Вайолет, – сказала Энн, и в ее голосе послышалась нотка измождения. – Можешь помочь мне унести эти чашки на кухню? Иначе девочки будут тут до тех пор, пока мистер Кроули не уйдет.

Вынырнув из своих грез, Вайолет перевела взгляд на Энн. Под ее фиалковыми глазами, затуманенными рассеянностью, пролегли темные круги. Очевидно, она тоже устала, и Энн беспокоилась, что, судя по всему, никто из них совсем не спал.

Если бы Энн задержалась достаточно, чтобы вчитаться в линии на лице Вайолет, она обнаружила бы свидетельство чего-то еще. Некий намек, достаточный, чтобы продолжить расспросы. Но сейчас у нее едва ли хватало времени, чтобы захватить с собой еще одно пустое блюдце по пути на кухню, не говоря уже о том, чтобы разузнать секреты, спрятанные в полумесяцах под глазами сестры.

– О, конечно, – отозвалась Вайолет, выкинув из головы опутавшие ее мысли. Она начала убирать ближайший столик, хотя, конечно, не с той скоростью, на которую рассчитывала Энн.

Даже без дам, битком набившихся в «Лунный серп», в главной гостиной было слишком жарко, и Энн обнаружила, что теряет контроль над тележкой с чашками и блюдцами. Сделав глубокий вдох, она понесла посуду на кухню, где нашла Фрэнни и Пегги, которые уже добавляли к растущей на стойках горе чашек, блюдец, тарелок и столового серебра все новые и новые приборы.

– Кто-нибудь из вас видел Беатрикс? – спросила Энн, ставя свою порцию чашек на опасно накренившуюся гору. – Она ускользнула из гостиной еще до того, как последние гостьи покинули магазин.

Те клиентки сильно задержались после закрытия, умоляя Энн посмотреть на их чайные листья «всего минуточку», которая переросла почти в половину часа. Она сидела там, как в ловушке, и наблюдала, как Вайолет дрейфует между гостиной и кухней со скоростью лунатика, но потеряла из виду исчезнувшую из комнаты Беатрикс.

Когда никто не ответил, Энн вышла из кухни и направилась к лестнице в поисках Беатрикс.

Она заметила ее в коридоре с пачкой бумаги в руках. Ее пальцы были в чернильных пятнах, а очки держались на самом кончике носа.

– Мистер Кроули будет здесь в любую минуту, – сообщила Энн, вытирая руки о передник.

– Поняла, – ответила Беатрикс, пряча бумаги от сестры. – Что нам нужно приготовить в дальней комнате? Полагаю, мы не станем предлагать ему никаких угощения, раз мистер Кроули так не любит чай.

На это напоминание виски Энн отозвались болью.

– Думаю, лучше всего в этот раз попробовать гидромантию, – сказала Энн и начала спускаться по ступенькам в надежде, что Беатрикс последует за ней. – Так что нам нужно достать самую большую фарфоровую чашу и, разумеется, краски.

После ее видения с Советом Энн преисполнилась решимости сохранить магазин. С тех пор она приходила в комнату для гаданий после полуночи,