Солнце - Ник Гернар

эмоций. Она мыслит категориями вне системы. Помнишь? Так вот поздравляю. У тебя все-таки есть эмоции. Но я бы предпочел, чтобы в следующий раз ты в одно лицо не принимал решений касательно того, кого казнить, а кого помиловать.

— Ты принял решение казнить Михаила тоже в одно лицо, — заметил Амару, останавливаясь. — Так в чем разница?

Я хмыкнул.

Это было замечание, и я не сразу нашелся, что ответить.

Но потом решил ничего лишнего не придумывать и сказать, как есть.

— Разница в том, что у группы должен быть один лидер, который принимает ключевые решения. Сейчас для них, — качнул я головой в сторону своих подопечных, — я — безусловный лидер, за которым они следуют, не задавая вопросов. Но если хоть один из них почувствует, что важные решения могу принимать не только я один, рано или поздно он непременно попытается тоже занять эту позицию. Ты представляешь себе, к чему это может привести?

Амару медленно кивнул.

— Пожалуй.

— Думаю, нам здесь такое не нужно.

— Пожалуй, — снова повторил парень.

— И еще один важный момент. Пусть они думают, что твои навыки заканчиваются на умении успокаивать детей. Не стоит демонстрировать, что ты можешь влезть любому из них в голову и заставить броситься с одним только ножом в руке навстречу смертельно опасному монстру. Иначе начнется не просто хаос, Амару. Начнется паника.

— Я тебя понял, — кивнул парень. — Но… Я не ко всем из них могу влезть в голову, — медленно проговорил он.

Я с интересом приподнял брови.

— Да ладно? У нас в группе есть измененные?

Амару кивнул.

— И кто же это? — спросил я. — Доктор?..

— Нет. Молчаливый парень с кудрявыми волосами.

Это было неожиданно.

Я даже невольно обернулся, чтобы еще раз взглянуть на кудрявого.

Простая одежда, никаких имплантов на лице. Правда, никаких татуировок на видимых частях тела и безумного пирсинга у него тоже не наблюдалось. Другими словами, просто поменяй одежду, вынь кресты из ушей и надень брендовый костюм — и можно хоть в приличный университет, хоть куда.

Любопытно.

— Спасибо за информацию, — сказал я. — Надо присмотреться к нему получше.

А про себя подумал — надо как-нибудь ему руку пожать или локтем коснуться, чтобы считать способности. Хотя сработает ли? Если Амару не смог пробиться в его голову, может быть, мой мутационный блок тоже не справится.

К этому моменту мы почти дошли до поворота, так что я отвлекся от своих мыслей и, сбавив шаг, осторожно заглянул за угол.

И едва не присвистнул при виде открывшейся картины.

Перед нами был огромный зал. Настолько огромный, что его границы терялись в полумраке. Все пространство внутри напоминало огромную больничную палату, с выстроенными строгими рядами кушетками и индивидуальным техническим блоком для каждого пациента. И на каждой кушетке лежало обнаженное человекообразное существо мужского пола. Причем руки и ноги были имплантированными и казались несоразмерно большими по сравнению с грудной клеткой и маленькой головой с выдающейся вперед лицевой частью. На руках, ногах, в паху, подмышечных впадинах, на ключицах и на висках у них были закреплены провода и трубки, тянущееся к техническому блоку.

Все они спали или находились без сознания.

— Если все они проснутся, будет нехорошо, — как бы между прочим вполголоса заметил Амару.

Я покосился на него.

— Понимаю, на что ты намекаешь. Но не факт, что это лучшее решение. На них на всех имеются датчики состояния. Стало быть, кто-то их надел, и сейчас следит за состоянием своих пациентов. У нас нет цели зачистить эту локацию, гораздо важнее по максимуму избегать рисков. Как по мне, лучше пройти этот зал, ничего не трогая. Как думаешь, сколько тут между койками? Мне кажется, больше чем полметра. Если не торопиться и двигаться боком — вообще никаких проблем.

— А если что-то случится, и все они вдруг проснутся? — спросил Амару.

— Тогда тебе придется попотеть вместе со мной, — вздохнул я.

— Хорошо, — согласился парень.

И мы вместе вернулись к остальным.

— Что там? — с обеспокоенным видом спросил меня доктор, едва мы приблизились.

— Там… Ничего страшного, — обтекаемо ответил я. — Надо будет просто осторожно пройти через большое помещение и ничего не зацепить. Отдыхайте пока.

— После всей этой беготни я бы тут вообще сутки отдыхала, — проговорила брюнетка, не открывая полуопущенных век. — Вот только поесть бы… — мечтательно протянула она, и словно в подтверждение ее слов у кого-то в животе раздалось громкое урчание.

Началось. Скоро этот вопрос будет звучать все чаще, а у меня пока нет никаких вариантов решения проблемы.

— Где-то впереди должно быть хранилище со съестными припасами, — как можно уверенней сказал я.

В конце концов, в отличии от полумеханических многоножек существа в зале казались скорее биологическими существами с протезами и имплантами, чем гибридным сплавом, так что я почти не обманывал. Они ведь должны были что-то есть? По крайней мере, до того, как улеглись на эти столы с проводами и трубками.

— Тогда, может, пойдем уже? — оживился Ахмед.

— И правда, чего сидеть? — поддержал его красноголовый.

Ярый сплюнул в сторону.

— Женщинам дай еще отдохнуть? — строго зыркнул он на товарища. — Ты тут не один.

— Да просто жрать очень хочется!

— Не помрешь! Человек до трех суток может без жратвы обходиться. Так что не переломишься, если не позавтракаешь.

— Справедливости ради должен заметить, что речь идет скорее уже не про завтрак, а про обед, — вздохнул доктор, взглянув на часы на запястье. — Почти полдень.

— Вообще-то речь идет о выживании, — хмуро буркнул эсбэшник. — Так что можно и потерпеть.

— Ничего-ничего, все правильно он сказал, — с виноватым видом вдруг заторопилась Елизавета Анатольевна. — Чего тут рассиживаться надолго? Посидели немного, подышали — и хватит. Идти надо.

В итоге засобирались все.

И мы отправились к комнате спящих.

Заглянув внутрь, наша блондинка даже ахнула.

— Господи! Кто это?..

— Тише, — проговорил я, не оборачиваясь. — Идем прямо за мной, лучше — боком. покойно, медленно и молча. Ничего не трогаем.

И шагнул в зал первым.

Воздух здесь был другой — холодный, сухой, с привкусом озона и чего-то химического.

Мои ботинки бесшумно ступали по полу. Сзади послышалось дыхание Амару, потом — шорох одежды остальных. Я краем глаза следил за кушетками и время от времени поглядывал назад, чтобы подбодрить остальных.

Пять шагов. Десять. Двадцать.

Сзади послышался приглушённый всхлип — кажется, девушка с сиреневыми волосами случайно задела рукой металлический блок. Я замер, прислушиваясь.

И все остальные тоже замерли следом за мной.

Индикаторы на блоке мигнули, но тут же вернулись к прежнему ритму.

— Идем дальше, — прошептал я.

Постепенно мы добрались до середины зала.

Здесь лежали