Возвышение Дворца Божественного Величия - Аньинь Ду

он достал из обитого парчой ларца золотое ожерелье, засверкавшее на солнце. Оно состояло из двадцати восьми золотых узелков, в каждый из которых было вставлено по жемчужине, искусно привязанной золотыми нитями. В центральной части украшения висел ярко-алый гелиотроп[26] в форме сердца. Переливаясь красным, белым и золотым цветами, ожерелье выглядело просто роскошно.

Юйвэнь Чжоу продемонстрировал украшение Цинь Хуа, а затем открыл сердце из гелиотропа – внутри оказались спрятаны три кроваво-красные пилюли, каждая размером с зернышко проса. Повесив ожерелье Цинь Хуа на шею, Юйвэнь Чжоу таинственным голосом прошептал ей на ухо:

– В гелиотропе спрятаны ядовитые пилюли Эликсира Бессмертия, эффект от них наступает через три месяца. Тебе всего-то нужно улучить возможность и подбросить ему в еду или напиток одну штуку, а потом убедиться, что он съест ее, ни о чем не подозревая. Так его смерть совершенно не будет с тобой связана. Он, скорее всего, помрет, когда будет забавляться с какой-то другой супругой, внезапная смерть от перевозбуждения!

А это хороший способ! Настоящего убийцу раскрыть не смогут, да еще и у самой получится скрыться, вот это ловкий ход, вот это действительно убийство без крови. Цинь Хуа молча согласилась. Играясь пальчиками с жемчужинами на ожерелье, она заявила:

– Я ради тебя на подвиг пойду, как же ты собираешься меня отблагодарить за это?

– А чего ты хочешь? – обвив руками ее талию, коварно ухмыльнулся Юйвэнь Чжоу.

– Я хочу тебя, хочу, чтобы ты взял меня в жены, хочу за тебя замуж! – на одном дыхании выпалила Цинь Хуа, вперив в него взгляд.

Таким было ее искреннее желание, она хотела лишь одного – стать женой героя, которым восхищалась, и рука об руку мирно прожить эту жизнь.

– Ну это слишком сложно, ты же знаешь, что я от природы ветрен. Да и как я смогу ради тебя, моего прекрасного цветка, отказаться от целой оранжереи? – на лице Юйвэнь Чжоу растянулась так знакомая ей фривольная улыбка.

Цинь Хуа сжала кулачки и принялась колотить его по груди и плечам, угрожая:

– Если ты не согласишься, то я ничего не буду делать!

– Эй, Хуа, ну неужели ты такая глупышка? Как же я могу обмануть твои ожидания? Ты по своей воле готова рискнуть жизнью, чтобы помочь мне. Когда дело будет сделано, ты станешь моей женщиной, моей единственной официальной госпожой, согласна? – Юйвэнь Чжоу не придал значения ее ударам, а лишь нежно сжал в руке кулаки Цинь Хуа и, целуя их, дал обещание.

– Хм, единственной женщиной, официальной госпожой? Что же, можно сказать, что у тебя есть сердце. Вот только, что если… – выведав его намерения относительно себя, Цинь Хуа успокоилась, но ее тут же одолело сомнение другого рода.

– Никаких «если». А даже если и будет, умру я, а не ты. Я готов жизнь свою положить, чтобы защитить тебя! – Юйвэнь Чжоу стиснул зубы, окончательно приняв решение.

– Но тогда не лучше ли ничего не предпринимать, оставить все как есть? – малодушно спросила Цинь Хуа, надеясь любыми средствами получить желаемое.

– У нас не осталось выбора. Рано или поздно он узнает о том, что было между нами, и тогда нам обоим конец. Он подвергнет нас бесчеловечным пыткам, ты готова на это? – В глазах Юйвэнь Чжоу мелькнуло разочарование.

Цинь Хуа поспешно зажала ему рот рукой, не желая слышать эти страшные слова. Поняв, что она в тупике, девушка покорно согласилась:

– Я сделаю все, как ты сказал. Мы сами навлекли на себя эту беду.

– К чему сожалеть о прошлом? Неужели ты сожалеешь о том, что было? Все уже произошло, а потому мы можем только двигаться вперед, нужно не упустить свой шанс – чем раньше, тем лучше. Не трать времени на глупые мысли, не позволь им спутать наши планы! – Юйвэнь Чжоу разгладил спутавшиеся волосы Цинь Хуа, успокоил ее легко приходящую в смятение душу и наполнил твердой решимостью выполнить возложенную на нее задачу.

Цинь Хуа поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. Она никак не могла распрощаться с ним. В глубине души ей было до смерти страшно, что это может оказаться не временной разлукой, а расставанием навсегда. Подумав об этом, она потерянно произнесла:

– Я хочу, чтобы ты утешил меня.

– Хорошо же, тогда я приду по твою душу! – Юйвэнь Чжоу почувствовал тоску и отчаяние Цинь Хуа и принялся нежно снимать с нее одежду, как ей того и хотелось.

– Все, чего я хочу, – это умереть в твоих объятиях! – Цинь Хуа отдалась на его волю.

Гелиотроп с пилюлями Эликсира Бессмертия коснулся кожи на груди Цинь Хуа, и холод от камня пронзил ее до костей. Затрепетав, она подумала, что это и вправду сокровище, несущее смерть.

Глава 44

Юйвэнь Ху: Сделка с богами

Ко второму лунному месяцу весна уже вошла в полную силу, а абрикосовые деревья достигли пика цветения.

Абрикосовая роща при Дворце Путеводной Звезды, носившая название «Роща небожителей», была усыпана белоснежными цветами, источавшими густой аромат. От белизны лепестков казалось, что рощу снова накрыли снега. Под каждым абрикосом стояли молодые евнухи, одетые в рубахи без рукавов, и изо всех сил трясли деревца, создавая прекрасную картину дождя из лепестков. Нежно-розовые лепестки вихрями взмывали вверх и заполняли небо – это и впрямь было очень красиво.

Новая супруга Юйвэнь Ху по имени Чжугэ Люйюнь подобно кошке свернулась клубочком на ложе императора. Подняв нежную белоснежную руку, она выхватила один из абрикосовых цветков, круживших в воздухе, вырвала из него пестик и тычинки, кинула их в серебряный таз, который держала одна из дворцовых служанок, а лепестки разорвала на мелкие кусочки и тут же проглотила. На ее губах осталось немного темно-красного сока.

Розоватые лепестки кружились над ее лицом и опускались на ее новое светло-зеленое платье, создавая блестящий, броский контраст красок, который еще больше оттенял спокойствие и безмятежность всей сцены.

Когда Люйюнь одевалась в роскошные одежды, то и вела себя соответствующе, каждое ее движение было полно возвышенности и хороших манер, а потому Юйвэнь Ху закрывал глаза на некоторое жеманство и манерность, свойственные девушке. Если богач не стремится к роскошествам, они все равно придут в его жизнь, а если бедняк не опускается до подлостей, чтобы прокормиться, то он обязательно найдет иной выход. Таков закон вещей.

Юйвэнь Ху раскрыл ладонь и поймал один из опавших лепестков. Разумеется, он не собирался повторять за женской причудой Люйюнь,