Возвышение Дворца Божественного Величия - Аньинь Ду

которая пристально вглядывалась вдаль, ожидая его. Увидав ее печальный силуэт, Юйвэнь Ху почувствовал, как затрепетало его сердце. Он сошел с коня, взял у одной из служанок фонарь и приказал прислуге уйти. Затем император на цыпочках подкрался к Цинь Хуа со спины, поставил фонарь на землю и накрыл глаза девушки ладонями.

– Ваше величество? – удивленно и радостно произнесла она.

– Ну так не интересно, сразу угадала! – разочарованно убрал руки Юйвэнь Ху и, взмахнув рукавами одеяния, направился в сторону дворцового сада.

– Ваше величество, вы, должно быть, проголодались? Поешьте для начала горячего, а уже потом прогуляемся, это помогает пищеварению. Как вам такой план? – нежно прошептала ему на ухо Цинь Хуа, потянув государя за руку в сторону дворца.

Только Юйвэнь Ху уселся за полный лакомств стол, как у него совершенно пропал аппетит, он не чувствовал ни капли голода. Немного попробовав расставленные блюда, он приказал Цинь Хуа сесть к себе на колени и губами напоить его вином. Слегка опьянев, он заметил, как в глазах Цинь Хуа разливается желание. Чем больше она сгорала от нетерпения, тем больше Юйвэнь Ху хотелось поиграться с ней. Шаг за шагом они перешли от прелюдии к делу.

Любовники только оторвались друг от друга, как за стенами дворца показались несколько фигур. Со вздохом Юйвэнь Ху оттолкнул Цинь Хуа в сторону – он почувствовал, что случилось что-то серьезное. Наверняка появилась Кровавая луна.

– Ваше величество, Кровавая луна взошла! – круглолицый Шанъян Чжэньжэнь первым делом опустился на колени.

Звездочет был напуган до смерти, и, когда он трясущейся рукой указал на небо, его голос дрожал. Проследив глазами за направлением руки старика, Юйвэнь Ху чуть не задохнулся от ужаса – на небосклоне висел темно-красный шар. Казалось, будто небожители решили сыграть злую шутку и вымазали луну свежей кровью. У Юйвэнь Ху волосы встали дыбом, слова не строились в предложение.

– Это… это и есть «Кровавая луна»? Идем, вернемся во Дворец Великого Начала! – Государь был напуган, но в то же время ощущал приток чего-то, похожего на эйфорию.

Накинув на плечи императорский халат, он стремительно двинулся в сторону Дворца Великого Начала.

– Шанъян Чжэньжэнь, теперь-то ты можешь точно рассчитать направление, откуда надо ждать смуту?

Юйвэнь Ху приказал слугам плотно закрыть главные ворота дворца и остался со звездочетом наедине. Сейчас самым важным для него было узнать, кто же будет инициатором мятежа.

– Ваше величество, если вы пройдете через девятидневный пост согласно моему совету, то мои расчеты будут более точными. – Шанъян Чжэньжэнь был доволен, что ему выдалась возможность поторговаться.

Юйвэнь Ху холодно усмехнулся про себя: вот же неблагодарный даос. Прикинувшись набожным, он ответил:

– Слово императора – закон. С завтрашнего дня я начну пост, а ты пока принимайся за предсказание о природе бунта!

– Ваше величество, давайте вы сначала омоетесь, перемените платье и зажжете курительные свечи, а уже потом я приступлю к расчетам. – Шанъян Чжэньжэнь уселся, скрестив ноги, в центре зала и закрыл глаза.

От услышанного щеки Юйвэнь Ху покраснели от стыда. Ах этот поганый старик-даос, неужели он прознал про его недавнее развлечение с Цинь Хуа?

Ради точного военного донесения Юйвэнь Ху принял ванну, переменил платье и вернулся в зал, уже наполнившийся ароматом курений. Шанъян Чжэньжэнь размахивал мечом и бормотал магические заклятия. От этого в воздухе кружился какой-то необычный запах, повсюду были разбросаны пурпурные цветы. Юйвэнь Ху про себя оценил мастерство даоса – все-таки тот действительно что-то может! Однако на душе у него все еще было тяжело. Он хотел преклонить колени, но тут громкий крик Шанъян Чжэньжэня словно разбудил его. Юйвэнь Ху снова посмотрел на пол, огляделся вокруг – откуда взялись эти цветы, этот запах? Это же просто галлюцинация!

– Великая Поднебесная как шахматная доска, а каждый человек – лишь фигурка на ней. Каждый желает освободиться от уз судьбы, каждый хочет стать тем, кто передвигает шахматные фигуры. Ваше величество, согласно моим расчетам, военная смута придет с северо-запада, она принесет жестокие побоища, прольются реки крови, сотни тысяч людей будут ранены и убиты, – уставившись в пустоту под потолком, произнес Шанъян Чжэньжэнь.

– С северо-запада? Далеко отсюда? – Юйвэнь Ху настойчиво допытывался до сути.

– Далеко, отсюда примерно за тысячу километров.

Юйвэнь Ху потер подбородок. Он полностью верил предсказанию звездочета. Что ж, это не мятеж внутри страны, ну и на том спасибо. С души как камень свалился. Да разве бывает военная смута без крови? Какие там племена проживают на северо-западе? Хм, почти наверняка вторжения следует ждать от ланов – дерзкого варварского племени.

– Ваше величество, осмелюсь обратиться к вам с просьбой. Перед лицом страшной напасти освободите тюрьмы, помилуйте осужденных на казнь. Небеса увидят ваше милосердие и обязательно защитят от бед, подаря стране спокойствие и мир.

Освободить тюрьмы? Помиловать осужденных? Тут к Юйвэнь Ху неожиданно пришла мысль, в голове тут же нарисовался первоначальный план – да так одной стрелой получится уложить двух ястребов! В приподнятом настроении он хлопнул звездочета по плечу:

– Шанъян Чжэньжэнь, а ты и впрямь хорош! В награду дарую тебе сотню лянов золота!

– Благодарю, ваше величество! – Шанъян Чжэньжэнь засиял от счастья, кинулся на землю и принялся отвешивать поклоны.

– Только вот эти деньги я не тебе одному даю в пользование. Позволь-ка мне всего день в воздержании пробыть, – хитро улыбнулся Юйвэнь Ху.

– Но… Ваше величество, заключать сделку с богами – это величайшее оскорбление для них. Вы ставите меня в затруднительное положение, – полное лицо звездочета сморщилось от множества складок, вмиг избороздивших кожу. Он заметно упал духом.

– Богам тоже не чужды человеческие чувства, ну так подкупи их! – оглушительно расхохотался Юйвэнь Ху.

Глава 45

Мужун Цзялянь: Поздравительные дары

Шум радостных поздравлений, приносимый толпами гостей, не утихал в Башне Веселых Голосов несколько дней. Однако, поскольку его величество Юйвэнь Ху так и не пожаловал, дворец постепенно опустел, в конюшне больше не дожидались своих хозяев лошади посетителей.

Мужун Цзялянь лежала на постели, завернув голову атласом[27], и горько плакала. В руках она держала маленького, рожденного в срок сына.

Отец ее ребенка так и не пришел в Башню Веселых Голосов, не выполнил свой отеческий, супружеский долг. По всему гарему уже поползли слухи, над ней уже все смеются! Конечно же, ей это было известно. Государь уже давно забыл про нее, целыми сутками развлекается с другими супругами. Нет, она точно самая несчастная женщина во всей Поднебесной!