Возвышение Дворца Божественного Величия - Аньинь Ду

любившей полакомиться лепестками. Ему нравилось издеваться над слабостью и хрупкостью, в том числе над женщинами. Короткой и толстой пятерней он скрутил лепесток, как дикарь, завладевший нежной девушкой и испытывающий наслаждение от вседозволенности. Между пальцами Юйвэнь Ху заструился сок, он сжал разодранные лепестки двумя руками и безжалостно растер их в прах.

– Ваше величество, вы совсем ничего не понимаете в романтике! Женщины ведь тоже как цветы, как же вы можете не лелеять их?

Опершись щекой на левую руку, а правой подняв кубок с вином, Люйюнь озорно засучила ногами. В мягком солнечном свете светло-зеленое платье девушки переливалось пестрой палитрой оттенков. Непостижимая и очаровательная, она была настоящей колдуньей, живущей в густой чаще лесов и питающейся живыми цветами.

– Романтика? Что такое романтика? Моей супруге нравится есть свежие цветы, но разве вы этим не точно так же уничтожаете их? – чокнувшись с ее кубком и безучастно хмыкнув, ответил Юйвэнь Ху, ни капли не переменившись в лице.

Прошлым вечером Юйвэнь Юньфэй передал ему драгоценности, возвращенные На Лоянем в полном объеме. Это вывело Юйвэнь Ху из себя – ах этот наглый сукин сын, так осмелел, что дерзнул отказаться от его государевой щедрости! Он смилостивился во имя ребенка, которого произвела на свет Мужун Цзялянь, младшая сестра жены этого подлеца, но если бы не это, он бы дал волю своему деспотичному характеру и давно бы уже призвал молокососа к ответу.

Тем не менее из-за этой ситуации Юйвэнь Ху намеренно отстранился от Мужун Цзялянь, не навещал ее и лишь послал со слугами денег и предметов обихода в качестве награды за рождение ребенка, а также распорядился, чтобы мать и сына навестила вдовствующая императрица. Мужун Цзялянь никогда ему особо не нравилась, а сейчас муж ее старшей сестры поступил так самонадеянно и строптиво, неужели он замышляет бунт?

Юйвэнь Ху крепко сжал Режущего Драконов. Меч, висевший у него на поясе, едва слышно посвистывал. Давно этот клинок не рубил головы. Положим, он придумает предлог, оговорит главнокомандующего и избавится от него, но и какая от этого выгода? Разве и так жизни и смерти всех людей Поднебесной не находятся в его руках?

В момент, когда замысел убийства уже начал формироваться в голове Юйвэнь Ху, в покои стремительным шагом вошел Ло Шэньли, поклонился и доложил:

– Ваше величество, придворный звездочет Шанъян Чжэньжэнь просит аудиенции по срочному делу.

Юйвэнь Ху кивнул и подал Ло Шэньли знак провести Шанъян Чжэньжэня во внутренние покои Дворца Путеводной Звезды, обождать. Он как раз ждал звездочета.

– Ваше величество, вы покидаете меня, оставляете одну смотреть на дождь из персиковых лепестков? – надула ярко-красные губки Люйюнь.

У Юйвэнь Ху не было настроения разбираться с ней. Женщины приводили его на вершину чувственных блаженств, но они же были источником бессмысленных хлопот, огорчений и раздражения.

– Меня ждут важные государственные дела.

– Юйвэнь Юньфэй, – наспех разобравшись с девушкой, Юйвэнь Ху решительно развернулся и вызвал главу телохранителей, ожидавшего за абрикосовой рощей, – следуй за мной.

Слухи о чудесном небесном знамении – Кровавой луне – и предвещаемой им военной смуте досаждали ему уже долгое время. Он пребывал в крайнем напряжении, чувствовал, что еще чуть-чуть, и не выдержит. Треклятая Кровавая луна!

Юйвэнь Ху стремительным шагом пришел в смежную комнату, уселся на стул, достал из ножен свой драгоценный меч и осторожно протер его клинок парчовым платком так, что тот засиял, излучая свет во всех направлениях. Император ни разу не моргнул, дожидаясь пока склонившийся перед ним Шанъян Чжэньжэнь заговорит.

– Ваше величество, ваш покорный слуга несколько раз внимательно изучил небесные знамения. Я уверен, что в ближайшие три дня Кровавая луна непременно появится!

Шанъян Чжэньжэнь был коренастым, тучным мужчиной на склоне лет. Преклонив колени и опустив лоб к полу, он доложил императору положение дел низким звучным голосом.

– Шанъян Чжэньжэнь, ты уверен? Ты уже однажды потерял мое доверие, как я могу снова поверить в то, что ты говоришь? – Лицо Юйвэнь Ху залилось гневом, а глаза пустили молнии в старого чудака, склонившегося у его ног. Государь был крайне не в духе.

Шанъян Чжэньжэнь был странствующим знахарем-гадальщиком. На полпути Юйвэнь Ху в горы Куньлунь этот старый сумасброд выскочил перед императорским конем, преклонил колени и поведал государю секрет о предзнаменовании, которое таила Кровавая луна. Дело касалось волнений в Поднебесной, Юйвэнь Ху не мог так просто этого оставить, а потому и назначил старика придворным звездочетом, чтобы тот следил за небесными знамениями.

– Ваше величество, в прошлый раз я допустил промах, ошибся в расчетах. На этот раз я уверен в своей правоте, готов голову на отсечение поставить! Если в течение трех суток Кровавая луна не появится, я добровольно и покорно приму казнь!

Когда они были в небесных садах Сюаньпу в горах Куньлунь, Шанъян Чжэньжэнь точно так же торжественно клялся, убеждал, что горы Куньлунь – лучшее место, чтобы наблюдать Кровавую луну. Он также заявил, что Сыну Неба необходимо в течение девяти суток пройти через ритуальное воздержание, да еще так искренне и трогательно убеждал! Из-за этого Юйвэнь Ху в виде исключения поселился отдельно от Люйюнь. И тем не менее Шанъян Чжэньжэнь допустил просчет! Ох, как же Юйвэнь Ху разгневался, он хотел тут же на месте казнить старика, да тот и не просил пощады.

Однако тут вмешался Юйвэнь Юньфэй. Он опустился на колени и заметил, что при дворе не хватает даоса, способного читать небесные знамения, а потому было бы неплохо оставить Чжэньжэня для этой роли. Увидев бесстрашие телохранителя перед лицом смерти, Юйвэнь Ху посчитал это проявлением доблести и согласился с его предложением.

– Что ж, а смог ли ты высчитать подоплеку смуты, смог ли выяснить, кто ее затевает? – Юйвэнь Ху не переживал, что придется казнить пару лишних человек, Кровавую луну он тоже не боялся, но вот смута страшила его по-настоящему, больше всего он боялся нестабильности в стране.

– Военная смута непременно начнется в течение пятнадцати дней, однако я пока не смог высчитать место, откуда она появится. Точное предсказание на этот счет получится дать только после того, как явится Кровавая луна. – Шанъян Чжэньжэнь говорил уверенно, поэтому Юйвэнь Ху решил дать ему еще один шанс.

Военная смута – это или бунт внутри страны, или нападение извне. Внешним нашествием его не напугать, а вот от мятежа среди своих уберечься невозможно. Кто же его затевает? На Лоянь? Или Юйвэнь Чжоу? Голова Юйвэнь Ху снова заныла тупой болью, он не мог рассуждать – слишком больно. Чрезмерная мыслительная работа была для