Шрамы седьмого чародея - Алессандра де Амальфи

же вступилась бы за хозяина, и совсем не хотелось убивать ей подобных на ее же глазах, но секунда промедления стоила бы мне жизни. Я вдохнул что было сил, сконцентрировался, направил руки на тень в небесах и…

В рот и глаза попал песок. Я вскочил, несколько раз моргнул, превозмогая боль, и оцепенел. Вив стояла на моем месте, вытянув руки с мечом, который отобрала у убитого противника и по самую рукоять вогнала в пасть виверны. Единственное место, не покрытое броней.

Животное потускнело, выдохнуло, опалив волоски на руках Вив, и рухнуло. Только тогда она оглянулась, чуть улыбнулась мне – хотя губы, наверное, дрогнули без намерения хозяйки – и выронила меч, чтобы тот тут же исчез под песками. Послышался мужской крик и ругательства: Зария не оставила последнему выжившему ни единого шанса.

Глаза Вив остекленели.

– Ты как?

– Всего лишь… – пробормотала она, вытягивая руку, чтобы показать рану. Я стиснул челюсти: кровь ее дымилась. – …Царапина.

Я едва успел подхватить обмякшую Вивиан, иначе в рану набился бы песок – не хватало еще унести эту погибель с собой. Затем аккуратно положил ее на землю и оторвал от накидки кусок, чтобы обмотать след от клыка. Ткань начало медленно разъедать.

– Только не говори, что… – начал Тристрам.

– Яд виверны, да. Нужно поторопиться.

Зария опустилась на колени и положила на них голову Вивиан. Приставила пальцы к ее шее, напряженно всматриваясь в повязку на ране. Я создал крошечный портал, куда едва пролезла рука – силы следовало беречь, – и принялся копаться на полках в лаборатории. Благо все бутыльки заучил наизусть. Средство, способное спасти от такого разрушительного яда, не хранилось и часа, поэтому никаких запасов у меня, разумеется, не было, но рану следовало хотя бы промыть, а оазисов поблизости не наблюдалось.

– Вот. – Я протянул Зарии две склянки. Заметил, что руки дрожат. – Этой, прозрачной, промой. А этим надо смазать края раны и, насколько возможно, внутри.

Она покорно кивнула, хотя я ожидал сопротивления – простыми лекарями становились только самые слабые чародеи, более умелых сравнение с ними задевало. Даже я, изготавливая лекарства, редко сам кого-то лечил.

– Поспешите, – только обронила Зария. – И сначала обыщите этих. Может, они раньше нас нашли то, что нужно.

Поиски успехом не увенчались, и мы с Тристрамом направились к руинам. Занятно, что в это же время тут оказался кто-то еще. Место было не самым известным на острове. Ни одной истории о сокровищах или древностях – лишь коренья, которые редко пригождались кому-то из лекарей и даже чародеев. Но мы пришли именно за ними.

Фрёкон способен ослабить. Клетка, которой воспользовались в Ателле, могла сдержать. Но по-настоящему лишить могущественного чародея магии под силу только одному зелью, и местный корень – главный ингредиент.

Кьяра недостойна смерти. Все считали, так было бы безопаснее, и это правда, но я хотел, чтобы она испытала истинную муку. Не момент страха и отчаяния, когда жизнь покидает тело, а вечность беспомощности и ненависти к себе. Хотел, чтобы минуты ее жалкого существования тянулись часами. Чтобы она вспомнила, каково жить без могущества, без ощущения превосходства. Пусть побирается и тонет в грязи. Этого я ей желал.

И никогда не попасть в Эмеррейн.

Тристрам потрогал очередную корягу, чтобы убедиться, что снова не нашел нужную.

– Интересно, кто это был…

– О Семеро! – Я ударил себя по лбу. – Забыл спросить.

– Что, если их прислала Кьяра? Не один ты знаешь про это снадобье.

– Но ни у кого больше нет рецепта.

Тристрам прищурился и, отряхнувшись, выпрямился. Он молчал, будто ждал, что я продолжу, но меня гораздо больше интересовали поиски. Шансы Вив выжить снижались с каждой минутой.

Я вырвал ту самую корягу с корнем и проверил, чтобы в округе не осталось ни единой похожей.

– Это я его придумал, – наконец признался я.

Тристрам округлил глаза.

– И с чего ты решил, что оно подействует?

– Я делал его для Маркуса. Он однажды и проверил.

– Всего лишь однажды? – Тристрам задышал быстро, прерывисто, схватил меня за плечо и заставил повернуться к нему. – С чего ты взял, что оно подействует на Кьяру?

Я посмотрел на него, через силу приподнял уголки губ, пожал плечами:

– Ни с чего. Только предполагаю.

И ускорил шаг, пытаясь разглядеть Вив за широкой спиной Зарии. Некогда было думать о битве, день которой еще не назначен, если смерть уже мчалась по нашему следу. Предполагать состояние наемницы, выросшей в самых жарких краях нашего мира, оказалось непросто: из-за оттенка кожи нельзя было сказать, побледнела она, покраснела или позеленела, тошнило ее или знобило. Приходилось догадываться по ритму дыхания и частоте, с которой она находила силы поднять веки.

– Она не перенесет полет, – произнесла Зария. – Но и прохождение через портал до Тэлфорда тоже не выдержит.

Я надеялся услышать что угодно, кроме этого. Перемещение через разлом неподготовленным людям дается с трудом, вызывает ломоту в конечностях, головокружение и рвоту. В состоянии Вивиан это просто опасно, тем более на таком расстоянии от цели. Но если бы оно было меньше…

– Вы вдвоем сопроводите ее до ближайшего портового города на материке. – Я ходил кругами и время от времени раздраженно отряхивался, когда песок забивался в ботинки и прилипал к штанам. – Я расскажу, что нужно купить для снадобья, оно задержит распространение яда. Мы уже делали его, помнишь?

Тристрам, нахмурившись, кивнул.

– Рывками доберетесь до Лодингена, после каждого перемещения ей нужна будет новая порция лекарства. За это время мы с вивернами успеем прилететь в порт.

– Думаешь, управишься с ними один? – Тристрам вскинул брови. Зария тем временем перевязывала рану новым куском ткани – старый почти истлел.

– Ниррити подчиняется мне, а они – ей. Как-нибудь разберемся.

– Если до Лодингена мы ее и дотащим, дальше она точно не жилец. – Зария вздохнула, оглядывая почерневшие края раны. – Не выдержит.

– Там я смогу сделать ей лекарство получше. Пару дней на корабле протянет.

Зария покачала головой, едва ли веря в мой план, но бросить бедняжку ей, похоже, не позволяла совесть. Она открывалась для меня иначе – верно, именно с этой стороны на нее всегда смотрел Тристрам.

Я подробно объяснил им, что нужно купить и в каких пропорциях смешать, чтобы продлить жизнь Вивиан как можно больше, и пытался не смотреть на нее. Стыд пожирал изнутри. Нужно было вырубить ее, оставить в замке, пусть бы позлилась – не впервой. Она же совсем ребенок. Да, смертоносный и неугомонный. Но Вив чересчур юна и умна, чтобы умереть, защищая кого-то вроде меня.

Спины Зарии и Тристрама