Вещегон - Антон Конышев

– Допустим, – Клим и не думал скрывать, что простого заверения в таких делах недостаточно. Мало ли кому и какие указания дал этот странный человек. Дьявол он ведь всегда кроется в деталях. Вроде бы.

Гость понимающе покачал головой, будто прочитав его мысли.

– Это не всё. Я привык платить за оказанные услуги, поэтому вот, держите. Это вам, – он извлек из внутреннего кармана пиджака конверт плотной бумаги песочного цвета, положил на стол и двумя пальцами медленно подвинул к Климу, – дарственная от моего имени на пакет ценных бумаг. Виллу в Монако не купите, но на то, чтобы не беспокоиться о хлебе насущном, вполне хватит. В подробности вдаваться не стану, со временем разберётесь сами. Всё оформлено в соответствии с требованиями российского законодательства и нотариально заверено. Ваш счёт, ваша подпись – всё в полном порядке. Да, налог тоже уплачен. Все детали и документы в конверте.

– Мой... что? – у Клима глаза полезли на лоб. – Вы мою подпись подделали?

Сергей Сергеевич невозмутимо пожал плечами.

– Так было проще.

– Ни фига себе! – невольно вырвалось у Клима.

Сергей Сергеевич прервал его коротким жестом.

– Там же номер телефона. Просто позвоните и назовите себя. На следующий день у девушки будет полный комплект документов, включая регистрацию на госпорталах, медицинскую и трудовую книжки. Ничего никому объяснять не потребуется, нужные люди предупреждены. Кстати, вам, если захотите, тоже обеспечат новую личность.

– Спасибо, – с трудом выдавил из себя Клим, – меня пока вполне устраивает нынешняя.

– Ваше право, – равнодушно согласился Сергей Сергеевич, – а теперь, когда все формальности соблюдены и точки над i расставлены, полагаю, можно приступать.

Он сразу весь подобрался. Плечи расправлены, подбородок чуть вздёрнут, глаза наполнились глубиной, голос зазвучал холодно и властно.

– Находясь в здравом уме и твёрдой памяти, полностью осознавая намерения и последствия, я официально прошу вас, Клим, вернуть меня в прежнее состояние.

У Клима снова сдавило виски. В носу засвербело и он громко, от души чихнул. Потом ещё раз и ещё.

– Извините, – пробормотал Клим, размазывая по лицу выступившие слёзы, –такой момент испортил. Я нечаянно, честно.

Одушевлённо смотрел на него молча, не мигая, и под этим взглядом Климу как-то резко сделалось зябко и неуютно, а хохмить и валять дурака совсем расхотелось.

– Я полагал, мы поняли друг друга, – медленно и тягуче произнёс гость, – или вас что-то не устраивает? В таком случае, я готов обсудить ваши предложения. В разумных пределах, разумеется.

– Да всё меня устраивает, – Клим раздражённо поёрзал на стуле, – в смысле, нет, не устраивает. Короче, зря вы это затеяли, ничего не выйдет. И конверт свой заберите. Пожалуйста.

Уголки губ одушевлённо чуть заметно сдвинулись, на шее отчётливо проступила крупная вена.

– Хотите сказать, что Егор… – начал он.

Клим фыркнул и хлопнул ладонью по столу.

– Дался вам этот Егор! Тут Егор, там Егор… Шли бы сразу к нему! Он вообще в этой теме давно, лет десять, если не врёт. Практически гуру-маэстро, чтоб его. А я что? Я так.

Сергей Сергеевич подался вперёд всем телом, опершись локтями на столешницу, и придвинулся так близко, что Клим невольно отпрянул. С минуту одушевлённый буравил его взглядом, полным недоумения и замешательства, затем одним неуловимым движением век смахнул, как маску, с лица застывшее безжизненное выражение, откинулся на спинку стула и спросил с неподдельным любопытством:

– Шутить изволите?

– С чего бы? – стараясь не заикаться, отозвался Клим

– С того, что это невозможно, – сказал Сергей Сергеевич, как нечто само собой разумеющееся, – с того, что Егор – следующий.

– Фух, – Клим шумно с облегчением выдохнул и, шутя погрозил гостю пальцем, – так я всё-таки я что-то типа пробника, да? Фифти-фифти, выйдет-не выйдет? Да, прикольно, согласен. Только, – он перестал улыбаться, – не выйдет.

– Почему?

– Издеваетесь? Я должен вам объяснять? Я? Вам? – Клим позволил себе чуть различимую нотку разочарования и укоризны. – О'кей, не вопрос, объясню. А то я смотрю, Егор не рассказал, как тут у нас всё устроено. Так вот, лично на вас мне заказа не поступало. Вообще. Никогда. Вы же про заказ в курсе? Ага, вижу, что в курсе. Так вот не видел я вас во сне, что тут, блин, непонятного? А раз не видел, то и сделать ничего не могу. Ничегошеньки.

– Знаю, что не видели, – не изменившись в лице, произнёс Сергей Сергеевич.

– Вот и чудненько! – обрадовался было Клим и тут же осёкся. – В смысле, знаете? А какого…

– Знаю и тем не менее настаиваю, – понизив голос, тоном, не терпящим возражения, повторил гость, – и, заметьте, достойно оплачиваю.

Клим открыл было рот, чтобы наконец высказать всё, что он думает и по поводу Сергея Сергеевича, и по поводу отправившего его сюда Егора, и по поводу их явно нездоровой психики, но одушевлённый заговорил первым.

– Мальчик, – слова падали тяжёлыми раскалёнными свинцовыми каплями, с шипением прожигая кожу и застревали в области сердца, заставляя его пропускать удары, – ты представления не имеешь, чего мне стоило даже просто прийти сюда, не говоря уже о том, чтобы сидеть рядом с тобой, смотреть на тебя, говорить с тобой. С таким. Ничьё воображение не в силах представить бездну ужаса, что ворочается во мне в эту секунду. То, что я принял решение, не означает, что оно далось мне легко. А потому будь любезен, соберись и выполни мою просьбу. Это ясно?

Клим почесал затылок, некстати вспомнил про упомянутые и могущие оказаться вполне реальными меры предосторожности и мысленно махнул рукой. Если пациент не хочет жить, что ж, медицина тут бессильна.

– Хорошо, – сдался он, всем своим видом демонстрируя, что уступает против воли, – я попробую. Попробовать можно. Чего ж не попробовать?

Он вытер взмокшие ладони о джинсы, несколько раз вдохнул и выдохнул.

– Готовы?

Одушевлённый, не шелохнулся, только чуть смежил веки.

– Готов.

Клим ещё раз глубоко вдохнул, сосредоточился и произнёс формулу.

И ничего не произошло.

Ничего не произошло и в следующий раз, и через раз.

После двадцатого или