Хроники Затерянных Станций. Часть 1. Дом - Владлика Чистякова (Night train)

– Здесь есть для жизни всё, – дележка продолжалась. – Посуда, техника, диван, твой личный стул, кровать! – Кудряш легко пнул раскладушку, та скрипнув, закачалась.

– Кроме воды и пищи! – блондин стал наседать.

– Их можно раздобыть, – Кудряш начал сердиться, но Длинный вскинул брови:

– Потратив весь бензин?! – он распалился уж настолько, что не остановится, да и у лидера на лбу прибавилось морщин. Главарь сжал кулаки:

– Ты споришь, чтобы спорить? Мы как-то же справлялись! Сольём и ещё с машин, – но аргумент этот Длинного лишь сильней раззадорил.

– Ну да, их же много осталось, как летом снежных вершин! – в округе и, правда, так мало осталось машинных свалок и то не из каждой из них удается «приз» унести. Не раз они с Кудряшом там «наломали палок». Не раз убегали, не глядя, жизни пытаясь спасти.

Кудряш зло стиснул зубы, на миг поравнявшись с блондином: он так не хотел ругаться, но парень его вынуждал. Кудрявый, шумно вздохнув, гля́нул взором орлиным, но брань на своем языке он все же сдержал. Ведь Длинный – хороший друг, а спор – лишь частичка истины: она рождается в нём, как феникс в жгучем огне. Главарь понимал, что ругательства с замом нелепы, бессмысленны. Он подавил свою ярость, закопав где-то там в глубине.

– Ты знаешь, кто жил здесь до нас? – спросил лидер бесстрастно, во рту катая нелепые буквы, пробуя их на вкус. Он гнев свой сменил на милость, а спокойствие было заразно. Блондин пожал плечами и хмыкнул:

– Кто же, главарь? Я сдаюсь.

– Группа учёных, что видели Катастрофу своими глазами, – главарь пихнул руки в карманы и задумчиво глянул в окно. – Записки, диктофон, тот дневник… и вся техника, что под нами... Все было сюда доставлено и тщательно сохранено.

…Никто не знал, как далеко зайдут эксперименты. «Век Катастрофы» начался всего n-лет назад…Давным-давно ученые нашли в смоле фрагменты существ палеозоя, точно какой-то клад. Затем выделили и размножили ген из каждой клетки и воссоздали парочку творений древних эр, о чем не раз публиковали научные заметки. Такой зверушке был бы рад любой коллекционер. Огромные стрекозы – Мегане́вры – самый первый МЕГАнаучный опыт и, вместе с тем, большой прорыв в истории. Сенсация! В общем, научный БУМ! И, как любое дело, сей прогресс, не минул без поло́женных хлопот, только вот такие проблемы не решаются бездумно, наобум: стрекозы умирали в инсекта́риях, причем быстро и целыми десятками. В карбо́не влажность была несколько выше, да и в целом, процветала жара. Ученые схватились за голову, стали бороться с теми неполадками, пока не воссозда́ли древний климат, что подошёл меганеврам «на ура». Популяция стрекоз стала расти, и тогда ученые решили, что пора бы им уже сдвигаться с места: артропле́вры – это следующий шаг. И вот огромных, травоядных многоножек «под купол» к меганеврам запустили. Они освоились и стали мирно жить, да и стрекоз такой житель не напряг. Все-таки разные у них предпочтения: меганевры не питались травой, а покушаться на страшных многоножек у стрекоз не хватило бы духа. Да и к тому же их ученые кормили – на особь каждую по мыши полевой. Те с аппетитом грызунами наслаждались, набивая тощее брюхо. Успех в исследовании был налицо! Пришлось расширять территории: расплодившимся карбо́нским насекомым становилось «за стеклом» еще тесней. Пару лет упорных строительств, и на земле стоит Лаборатория, точно маленький технологичный город, расколотый на несколько частей. Большое место занял инсекта́рий, весь из стекла, размером с торговый центр. Внутри разлилось искусственное озеро, а берег выстилала трава. Для таких огромных зверюшек был крайне важен каждый сантиметр, чтоб парить, не ведая преграды, расправив ровно четыре крыла. В этом месте пыхтят палеонто́логи рука об руку с отделом биологии: изучение огромных насекомых, несомненно, научный прорыв. Что едят, из чего состоят многокрылые и многоногие, как живут, и как размножаются... Труд ученых весьма кропотлив. Еще один крупный отдел – отдел генетики и генной инжене́рии. Именно там размножили первый ген, и продолжают другие размножать. И на пороге еще одно открытие – новый житель научной империи! Аммони́т – головоногий моллюск. Скорее спешите встречать! А чтобы процесс адаптации не проходил с огромными потерями, техотдел уже разрабатывал совершенно новый аппарат, что будет контролировать кислотность, уровень соли, кислорода и давление. В изучении древних моллюсков это крайне важный агрегат. Испытательная, аналитический сектор, фито-часть и отдел археологии, лаборатория гемо-анализа и биохимический блок, комната мониторинга и секция гистологии – важные части большой Лаборатории, работающие на общий итог. Благодаря ним появились на свет ещё десятки древнейших созданий, стали изучены детально трилоби́ты, суми́ния и стегоцефа́л. Но, казалось бы, с чего началась эпоха слёз, мучений и страданий? Всего лишь с шаровидного устройства, на которое был спущен капитал. Гаджет собой представлял некрупную серую Сферу с тремя вертящимися вокруг корпуса звеньями, в виде утолщенных колец. На них мерцали вертикальные штришки, под ними цифры и единицы измерения: «дни», «года» и «столетия». Материал агрегата – свинец. Звенья крутились, словно ручка сейфа, с такими характерными щелчками, а на корпусе блестели две стрелки: одна вверх, другая вниз острием. Девайс, как пазл, состоял из частей, и изнутри белейшими лучами пробивался свет аккумулятора, оставляя узоры на нем. Сверху и сбоку по кнопке: одна – включает, а другая даёт «Старт». В устройство встроен был голосовой помощник, а также небольшой микрофон. Снизу Сферы располагался слот для подключения расширительных карт, но также без проблем подключался пульт управления и даже смартфон. «Луч, ускоряющий время» – так прибор назывался. Изобретение безумного гения, по-другому, увы, не сказать. И сколь бы незаурядным этот девайс не казался, он мог миру науки очень многое дать! Всего лишь стоит задать «промежуток», крутя свинцовые кольца, задать параметры и координаты, а дальше на кнопку нажать. Сфера завертится, закрутится неистово, в воздух немедля взовьётся и примется «на ощупь» свою цель, исходя из задания, искать. Затем прольёт свой нежный белый свет, и время потечет по-иному. Все, что попало под действие «Луча» неминуемо станет стареть. Животное, жук или дерево – всё подвергнется катаклизму временно́му, а что-то из-за действия «Луча» может даже мгновенно умереть. – Не мы путешествуем во времени, а время путешествует в нас! Так было всегда и так будет, но мы смогли взять время под контроль. Мы не сможем изменить наше прошлое, но мы