Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход - Эльхан Аскеров

Всё оказалось достаточно цивилизованно. Само поле заровняли и установили длинные ряды прилавков, к которым легко можно было подъехать на телеге. Выполняя указания отца, парень загнал дроги в нужные ряды и, остановившись в указанном месте, вопросительно посмотрел на кузнеца.

– Всё, Матвейка. Приехал, – усмехнулся мастер. – Ты конями займись, а я старшину базарного поищу. Бумаги всякие получить надобно.

– Бать, а воров тут много? – на всякий случай уточнил парень, вспомнив, что в это время базарное воровство процветало.

– Бывают, – озадаченно кивнул мастер.

– И чего с ними делать можно? – не унимался Матвей.

– А чего это ты вдруг вскинулся? – не понял Григорий.

– Бать, ну ты ж знаешь, – скривился парень, постучав себя пальцем по лбу. – Вдруг поймать случится, да я его зашибу случаем. Сам знаешь, у меня не заржавеет.

– Ты полегче кулаками своими, – насупился кузнец. – Бить можно. А более и не думай. Ежели только кто с ножом аль с кистенём будет. Вот тут кулакам твоим воля.

– Ага, выходит, коль я с голыми руками, то и пришибить не грех, – по-своему перевёл его слова Матвей.

– Ты чего это таким кровожадным стал? – вдруг озадачился Григорий. – Вроде не водилось за тобой такого.

– Да не кровожадный я, бать. Я понимать хочу, чего можно делать, а где край лежит, – отмахнувшись, тихо пояснил парень.

– Ага, никак Григорий Лютый приехавши, – раздался голос, и казаки, оглянувшись, увидели дородного крупного мужчину средних лет.

Добротно одетый, с широкой окладистой бородой и прямым пробором в заметно седых волосах.

– Доброго здоровьичка, господин старшина, – едва заметно усмехнулся кузнец, даже не делая попытки поклониться или снять папаху.

– Благодарствуй, Григорий. И тебе здоровья, – усмехнулся мужик в ответ. – А это что за молодец с тобой? Никак сын?

– Он и есть, – кивнул мастер. – Сын мой. Матвеем зовут.

– Ещё года два назад огольцом был, а тут уже казак, – одобрительно кивнул старшина, с интересом оглядывая парня. – Что, смену себе растишь, Григорий?

– Так и есть, – спокойно кивнул мастер. – Уж поверь, Савватей Михалыч, кое в чём он уж и меня обошёл.

– Это в чём же? – заинтересовался мужик.

– Матвейка, покажи господину старшине замки свои, – весело подмигнул Григорий сыну.

Кивнув, парень откинул с края телеги брезентовый полог и, развязав горловину корзины, вынул из неё один навесной замок.

– И другой покажь, – велел кузнец, заметив, что замок только одного вида.

Кивнув, парень достал врезной замок и на всякий случай, быстро проверив, как работают механизмы, выложил оба замка на прилавок.

– А чего махонький такой? – удивлённо спросил старшина, вертя в руке навесной замок.

– Зато крепкий, – не сумел промолчать Матвей.

– Крепкий, говоришь? – с ехидной усмешкой переспросил старшина. – А коль я его на скобу подвешу да кувалдой вдарю, сдюжит?

– Что в заклад? – спокойно поинтересовался Матвей.

– Заклад? А вот. Двадцать рублей на ассигнации, – громко объявил старшина, выкладывая на прилавок широкую купюру.

– А ежели не сдюжит? – всё так же спокойно, почти равнодушно спросил парень.

– Будете в энтом годе вон там, на краю торговать, – чуть подумав, отрезал мужик.

– Годится. Вели кувалду нести, – ответил кузнец вместо сына.

– Митяй, – оглянувшись, окликнул старшина одного из своих приближённых. – Сбегай в контору. Там в сенях инструмент у меня лежит, что за долг взят. Неси кувалду сюда.

– Это кого ж ты уже успел так приголубить? – заинтересовался Григорий.

– Да приехал тут один, – отмахнулся старшина. – Тоже решил со мной об заклад биться. Ну и проиграл вчистую.

– А о чём спор-то вышел? – выгнул кузнец бровь.

– Что сумеет он подкову отковать, которую я согнуть не смогу, – гордо подбоченившись, ответил мужик.

– Видать, заезжий кто, – понимающе кивнул мастер.

– Ага, – весело кивнул старшина.

Отправленный за кувалдой Митяй вернулся обратно и, с грохотом выложив инструмент на прилавок, доложил, пытаясь отдышаться:

– Извольте, Савватей Михалыч. Как приказывали.

– Ну что, казачок. Вешай замочек, – весело потребовал старшина, подхватывая кувалду.

– Куда изволите, господин старшина? – уточнил Матвей, успевший уже оценить инструмент.

Кувалда эта была среднего размера, так что его замок вполне мог удар ею выдержать. Старшина жестом позвал его за собой и, отойдя в сторону от ряда, указал на старую коновязь, из которой торчала вбитая в неё скоба.

– Вот сюда вешай.

Кивнув, Матвей быстро навесил замок и, отступив на шаг в сторону, жестом предложил старшине начинать. Скинув армяк, или как оно тут называется, старшина пару раз взмахнул кувалдой, примериваясь, и, вскинув инструмент над головой, нанёс удар. Матвей сразу понял, что силушки мужику было не занимать, а вот кувалду в руках он держать не умеет. Боёк кувалды сначала скользнул по скобе и только потом ударил по замку. Подпрыгнув, замок глухо стукнулся о коновязь и остался висеть как ни в чём не бывало.

– Желаете ещё раз испробовать? – вежливо осведомился Матвей.

– А про то, сколько раз я бить стану, разговора не было, – тут же нашёлся старшина.

– Это что же, станете до вечера по нему долбить? – ехидно уточнил парень.

– Пять раз ударю, – помолчав, ответил старшина, поджимая губы. – Сдюжит, твоя взяла.

– Раз уже был, – пожал Матвей плечами.

Глухо угукнув, старшина снова размахнулся и нанёс ещё один удар. Но как уже отметил про себя парень, с точностью у него были серьёзные проблемы. Удар пришёлся по самому краю. Явно разозлившись, мужик поплевал на ладони и, ухватив кувалду поудобнее, нанёс ещё три удара подряд. К его вящей ярости, замок продолжал висеть. Даже внешний вид его не особо пострадал.

– Всё, Савватей Михалыч. Уговор про пять ударов был, – решительно осадил его кузнец, внимательно наблюдавший за этим действом. – Изволь заклад.

– Держи, – мрачно вздохнул старшина, отдавая ему купюру. – Добрый замок сынок твой сладил. Крепкий, – протянул он, выразительно поглядывая на парня, снимавшего с коновязи свою продукцию.

Сообразив, что это намёк, Матвей быстро осмотрел творение своих очумелых ручек и, убедившись, что механизм никак не пострадал, протянул замок старшине:

– Примите, Савватей Михалыч. Прочность его сами спытали. Думаю, вам найдётся, что под него запереть.

– Благодарствуй, Матвейка, – заулыбался старшина, забирая у него замок. – И вправду добрая вещь получилась. Ты, Григорий, не изволь беспокоиться. Я тебе бумагу сей же час в конторе выпишу, а Митяй и принесёт. Неча ноги впусте бить.

– Спаси Христос, Савватей Михалыч, – улыбнулся кузнец в ответ.

Судя по всему, между этими двумя давно уже установилось что-то вроде вооружённого нейтралитета. Особой радости от встречи оба не испытывали, но и в драку не кидались, предпочитая заниматься каждый своим делом. Сунув замок в карман, старшина отправился дальше, а Матвей, вернувшись к телеге, задумчиво проворчал:

– Ну, с почином, батя. Один замок за двадцать рублей продали.

– Ох, уморил… – гулко расхохотавшись, простонал кузнец. – Это ж надо суметь старшине замок аж за двадцать