Проклятый медальон - Нина Георге

– Продолжаем путь, – поторопила Бунтесса. Они еще даже не вышли из сада, а эти двое уже начали играть в свои игры.

Тропинка к тайному входу в парк была протоптана детьми и хорошо видна. Бунтесса чувствовала, как паника пляшет внутри ее, словно блуждающий огонек. Она держала ухо востро и ловила каждый звук. Шорох, хруст, потрескивание.

Деревья все плотнее обступали их, и вот наконец показался портал с высокими коваными воротами!

Преисполненная решимости, Бунтесса подпрыгнула, чтобы обеими руками дотянуться до ручки и повернуть ее.

Ничего не произошло, и она растерянно повисла на железной ручке, которая подалась и опустилась вниз, но засов при этом не выдвинулся! Неужели дверь заперта?

Бунтесса сползла обратно на землю.

– Что случилось? Неужели хрупкая девушка не может открыть дверь? – подколол ее Аттила. Ему не пришлось прыгать, он взялся за ручку и с силой потянул ее вниз. И еще потянул. И подергал. Потянул и подергал, фыркнул и с поразительной проницательностью заключил: – Н-да, кажется, заперто.

– У кого-нибудь есть ключ? – спросила Бунтесса. Книггсы и Королева продумали все, чтобы подготовить их к заданию. Все, кроме проклятого ключа от ворот! Конечно же, ключ был у Финна, и он отдал его Томми. Книггсам ничего не оставалось, как вернуться и спросить у Королевы, нет ли другого ключа. Они не протиснутся сквозь решетку и не перелезут через ворота, это было очевидно.

Бунтессе уже было стыдно за то, что она потерпела неудачу, пробыв во внешнем мире всего пятнадцать минут.

– Значит, кому-то из нас придется вернуться, – подавленно сказала она.

– Вот еще! – отозвался Шерлокко. – Ни за что! Как это будет выглядеть?! Разве герой возвращается через пять минут, потому что забыл свои домашние тапочки? – Он шагнул вперед и властно произнес: – Аттила, мне нужна опора, побудь для меня скалой.

– Что?

– На колени, болван, чтобы я мог добраться до замка. – Шерлокко побряцал связкой крючков. – Это отмычки, – заговорщически прошептал он, – ими я сумею открыть любой замок. Если только доберусь до него! – еще раз многозначительно добавил Шерлокко.

Аттила понял и укоризненно посмотрел на Бунтессу:

– Этот червяк хочет, чтобы я встал перед ним на колени?

– Пожалуйста! Ради миссии!

Аттила Книггс закатил глаза, бросил рюкзак на землю и встал на колени, тихо ругаясь:

– Служить подставкой для этого домоседа, этого труса… этого мерзавца… и кому? Мне!

Шерлокко неловко забрался на спину Аттилы.

– Ну-ка не ерзай!

– Давай уже начинай, балбес!

Шерлокко Книггс сосредоточенно принялся ковыряться двумя крючками в старом дверном замке.

– Не могли бы вы дышать потише?

– Не мог бы ты просто открыть замок?

– Для этого мне нужна тишина, чтобы слышать щелчки. Чертов редактор, еще раз! Так! Задержите дыхание, все!

Даже лес, казалось, замер. А Шерлокко ковырял. И ковырял. И ковырял. Щелк! – засов открылся, и в тот же миг Аттила ахнул и сделал глубокий вдох.

– Та-дам, – произнес Шерлокко, спрыгивая со спины Аттилы и помогая ему подняться. Но Аттила лишь мягко оттолкнул его руку и снова надел рюкзак.

Вместе они распахнули тяжелые ворота и заглянули в туннель прямо за ними.

– Молодец, – Бунтесса одобрительно кивнула Шерлокко.

– О, да ничего особенного, – скромно отмахнулся он.

– А ты не только болтать умеешь, – сказал Аттила, дружески похлопав Шерлокко по плечу, отчего тот, слегка побледнев, даже присел.

– Так, – сказала Бунтесса, – здесь нам не нужны солнцезащитные очки, наоборот. Нам нужен свет.

И вот трое Книггсов, с мерцающими круглыми глазами, нырнули в туннель, который наконец должен был вывести их на другую сторону, во внешний мир.

* * *

В мире, где люди день и ночь привязаны, словно пуповиной, к своим планшетам, мобильным телефонам и мониторам, было легко исчезнуть. Анна и Марлен провели день, лично навещая коллекционеров Марлен и второго курьера, который работал вместе с ней в гильдии. Ее собственный мобильный лежал рядом с другим устройством, которое воспроизводило разговор двух женщин для тех, кто подслушивал их, и сохраняло в тайне тот факт, что они находятся совершенно в другом месте.

Они пригласили всех в «Кроличью нору» в полночь. Коллекционеры впервые попали в самое сердце Сопротивления.

Однако приглашены были все-таки не все: по пути в «Кроличью нору» Марлен прошептала Анне, что больше не доверяет Люциусу Дегену так, как раньше. Он слишком продвинулся в лагере врагов.

– Но Александр тоже был не последним человеком в министерстве.

– Исключительно ради того, чтобы иметь возможность наилучшим образом делать то, что он считал нужным. Где в последнюю очередь будут искать врага? У себя под носом.

– Кто знает, может быть, Люциус тайно надеется снова заняться тем, что когда-то любил. Любил ведь?

– Любил, – медленно проговорила Марлен, – но что-то изменилось после того, как Александр стал магистром.

Они незаметно проскользнули в переулок и постучали в дверь условленным сигналом – два коротких удара, один длинный, один короткий.

Дверь резко распахнулась.

– Томми с вами? – шепотом выпалил Виллем.

– Что? Нет.

– Входите, только тихо.

Они спешно прошли через старый книжный магазин, освещенный лишь тусклым светом, сиявшим в конце коридора, через встроенный шкаф, за которым находился подвал.

– Я должен показать вам кое-что. Тут что-то не так. Совершенно не так.

Все трое спустились в подвал, и Виллем указал на рюкзак и кепку.

– А еще вот, – сказал он, поднимая обвисшую нитку, привязанную к ножке стола.

– Неужели Томас полез в туннели? – спросила Анна. Ее лицо раскраснелось и покрылось пятнами от волнения.

– Похоже на то. Я все же надеялся, что он с тобой. Или с Мирой.

– Нас не было весь день.

В этот момент сверху раздался стук. Два слабых постукивания, одно сильное и еще одно слабое.

– Это кто-то из наших, – сказала Марлен. – Я открою.

Она поспешила наверх, чтобы впустить первого гостя гильдии.

Виллем и Анна переглянулись, лица их были серьезны.

– Если он до сих пор не вернулся, как думаешь, с ним что-то случилось?

– Мы не знаем, что происходило в туннелях в последние девять лет. Обнаружил ли их кто-то другой и пользуется ли ими. Затоплены ли они. Или входы все еще работают. Не говоря уже о том, насколько они стабильны.

– Но как помочь ему?

– Посмотри на нас, Анна. Мы не только слишком большие, чтобы перемещаться по ним. Мы еще и старые.

– Похоже, не такие уж и старые, раз бросились в очередное опасное приключение, словно вам снова двенадцать, – раздался голос с винтовой лестницы.

– Иоганн Стефанссон! – радостно воскликнула Анна Зильберберг, подбегая к учителю химии из школы Томми.

Он взял ее за руки, и они изучающе посмотрели друг на друга, улыбаясь.

– Сколько лет прошло, –