Луна на воде - Саманта Сотто Ямбао

– Как и я рассчитываю на твою. – Харуто посмотрел ей в глаза, и тон его стал серьезным: – Довольно уже лжи, Хана.

– Лжи? – Хана напряглась. – Какой лжи?

– Прежде чем я расскажу о твоем отце, мне нужно, чтобы ты поведала мне, кто он на самом деле, – Харуто повернулся к Кейшину, – и почему он с тобой.

– Я сказала тебе правду, – расправив плечи, ответила Хана, – его зовут Кейшин, и он…

– Друг, которого я никогда не видел и о котором не слышал… – ехидно перебил ее Харуто и, подойдя к Кейшину, вытянулся перед ним в полный рост, – никогда.

– Сейчас неважно, кто он такой. – Хана встала между ними и схватила Харуто за руку.

– А по-моему, как раз важно. – Харуто высвободился из ее хватки. – Откуда ты знаешь, что можешь ему доверять? То, что я знаю о твоем отце, подвергает нас опасности.

– Вы можете доверять мне, – сказал Кейшин. – Клянусь вам. Я здесь только ради того, чтобы помочь Хане.

– Только помочь… – медленно повторил Харуто слова Кейшина. – И где же ты пропадал до того, как заявился сюда?

– Я… – Кейшин бросил беглый взгляд на Хану.

– По-моему, ты уже догадался, откуда явился Кейшин, – вмешалась Хана. – Помогая мне, он рискует своей жизнью. Думаешь, кто-нибудь из нашего мира сделал бы то же самое?

Харуто покачал опущенной головой.

– Я лично так и сделал бы, – тихо произнес он.

Она обхватила ладонями его лицо и заглянула в глаза.

– Тогда поверь мне. И ему. Скажи нам, что хотел от тебя мой отец.

Харуто подошел к окну и схватился за подоконник так, что ногти погрузились в бумагу.

– Пожалуйста, Харуто, – попросила Хана.

Харуто вздохнул и повернулся к ней.

– Ему хотелось найти ответ на давно терзавший его вопрос. Он хотел узнать, жива ли твоя мать, и полагал, что единственный способ выяснить это – увидеть, что действительно произошло в тот день, когда за ней пришли Шиикуин.

– Отец хотел, чтобы ты вернул то время назад, – уточнила Хана.

– Нет, Хана. – Харуто сел за стол и взял маленький лист бумаги из одной из цветных стопок. – Он хотел, чтобы я сложил его.

Глава Двадцать шесть. Услуга

Месяц назад

Харуто наполнил из бумажного чайника две бумажные чашки, которые так же хорошо удерживали чай, как и любые чашки из глины. Подняв взгляд от чашек, он улыбнулся Тошио.

– Жаль, что ты не предупредил меня о своем приходе. Я захватил бы рисовых пирожков, которые прислала мне мама.

– Извини, что заскочил без предупреждения, – ответил Тошио, – я и сам не осознавал, что собираюсь заскочить сюда, пока не оказался рядом с твоей мастерской. Если бы ты не вышел из бамбуковой рощи, я был бы уже на пути домой.

– Почему? Ты знаешь, что тебе здесь всегда рады. Ты для меня как отец.

– Хотелось бы мне, чтобы это было не так.

– Почему? – недоуменно спросил Харуто.

– Потому что настоящий отец никогда не попросил бы о том, о чем я собираюсь просить тебя.

– Я не понимаю… У тебя возникли сложности? Тебе нужна помощь?

– Давно не секрет то, что случилось с моей женой, матерью Ханы.

– Каждому ребенку рассказывают ее историю. Шиикуин позаботились о том, чтобы никто и никогда не забыл о наказании за ее преступление.

Тошио встал и подошел к окну. Выглянув в рощу, он поглядел по сторонам, проверяя, нет ли поблизости любопытных ушей.

– Что ты делаешь? – спросил Харуто.

– Мне нужно убедиться, что мы одни.

– Посетители музея никогда сюда не заглядывают. Пока я работаю, только журавлики составляют мне компанию.

– Тогда нам нужно поговорить в другом месте, потому что то, что я собираюсь сказать, предназначено только для твоих ушей.

– Ладно, теперь скажешь, в чем дело? – едва шагнув из бумажной двери в свой дом, спросил Харуто. – Уверяю, здесь мы совершенно одни.

– Я полагаю, что моя жена жива, – глубоко вздохнув, заявил Тошио.

– Что?

– Я видел ее во сне, как раз перед переходом на утреннюю сторону моста. Услышал, что кто-то зовет меня, и открыл глаза. А когда оглянулся, увидел ее на другой стороне.

– Это невозможно, – покачал головой Харуто, – мертвых не пускают на мост Полуночного Часа. Ты, должно быть, ошибся. Наверное, ты видел кого-то похожего на нее.

– Именно так я сначала сказал себе, – согласился Тошио, – пока не увидел ее опять следующей ночью. И следующей тоже. Обе ночи она звала меня, едва я вступал в рассвет.

– Но мертвецы нам не снятся.

– Поэтому я и считаю, что она должна быть жива, – сказал Тошио. – По-моему, Шиикуин солгали мне о ее смерти.

– Зачем им лгать?

– Не знаю. Но знаю одно: есть только один способ узнать всю правду. Мне необходимо увидеть, что в действительности произошло в ломбарде в тот день, когда они пришли и забрали ее у меня… – голос Тошио сорвался, – и у Ханы.

– Хана знает, что ты здесь?

– Я не хочу вовлекать ее в это. Слишком опасно.

– Но хочешь вовлечь меня, – усмехнулся Харуто, – потому что на самом деле я не твой сын.

– Ты же понимаешь, что это не так. Ты член нашей семьи, Харуто. Я бы не просил тебя о помощи, если бы имелся другой способ. Но его нет. И я решился доверить тебе этот секрет, потому что ты не такой, как Хана. Она слишком похожа на свою мать: импульсивная, любопытная. Свободная. Она пытается бороться со своей природой ради меня, но это у нее в крови. Если бы она верила, что ее мать жива, она принялась бы искать ее, не обращая внимания на Шиикуин, чего бы ей это ни стоило, – сказал Тошио. – А ты не посмел бы.

– Ты просишь меня солгать ей.

– Ради ее безопасности.

– А тебя не волнует собственная безопасность?

– Я думал о своей безопасности, когда позволил Шиикуин забрать мою жену без борьбы, – сказал Тошио. – Больше не думаю.

– Тогда ты думал и о своей новорожденной дочери.

– Так я говорил сам себе, но теперь уже не уверен в этом. Я струсил. Не пытался возражать, ничего не сделал. Просто стоял и смотрел, как они забирают мою жену, – признался Тошио. – Но я видел не все происходившее. Поэтому мне нужна твоя помощь.

– Чем же я могу помочь?

– У тебя есть дар, Харуто. Каждый день твои руки создают журавликов из секунд и минут другого мира.

– Я складываю бумагу.

– Ты складываешь время, – уточнил Тошио. – И я верю, что ты способен