Старый, но крепкий 10 - Макс Крынов

Адъютант коротко кивнул и забормотал приказы в устройство.

Вроде бы пустяковое взаимодействие, но оно вывело меня из состояния безучастного наблюдателя. Я перестал смотреть на макет и сделал то, что нужно было сделать давно — задействовал «анализ». Навык завис на пару секунд, а потом — заработал в полную силу, раскрашивая иллюзорный макет. Красным — то, на что стоит обратить внимание сразу, желтым — то, что может подождать.

Скопление тварей с толстой, пористой шкурой в квадрате семь-а — идеальная мишень для зажигательных смесей и гранат. Гронны — существа, похожие на гигантских черепах с наростами брони на спинах заслуживают кислотных техник — ударные с ними не справятся, а вместе с тем под их прикрытием подступают и иные твари.

— Командующий, — я сам удивился, что заговорил, но голос прозвучал четко. Все взгляды, включая Заргана, посмотрели на меня. — Обратите внимание на скопление гроннов…

Спустя пару минут макет в центре стола вздрогнул. Часть иллюзии в районе центральных ворот поплыла, исказилась, затем восстановилась, но эта зона тревожно мигала багровым. Да и по стене змеилась невесть откуда взявшаяся трещина.

— Прямой удар исполина! — крикнул глава отряда магов. На его лбу выступил пот. — Щит на центральном участке просел! Восстановление займет не меньше пяти минут!

— Что случилось? — мрачно рыкнул Вальтер.

— Древо проросло корнями-щупальцами под основание стены! Геоманты держат, но нагрузка запредельная.

Мы перестали обращать внимание на исполина, когда тот замедлился и остановился — хватало более важных задач. Однако здесь твари нас переиграли.

Вальтер вздохнул:

— Жаль, что придется распрощаться с козырями так рано. Взрывайте!

Глава 15

Команда прозвучала, а вот выполнение запоздало. Пока передали приказ ответственным людям, пока те задействовали артефакты, прошло не меньше минуты — все это время геоманты потели, пытаясь сдержать рвущие стену корни Древа.

И только потом — рвануло. Зато как!

Иллюзия показала, как из-под земли в десятках точек взвились вверх сотни огненных столбов. Летела во все стороны земля, обломки камней, клочья хитина и куски мяса. А долю секунды спустя до штаба добрались отголоски взрывов: грохнуло так, что даже у меня в ушах зазвенело, люди на стене из тех, кто послабее, вовсе повалились на землю. Иллюзорный макет мигнул и задрожал. Даже со свода подземной пещеры посыпалась мелкая пыль.

Когда дым и иллюзорная пыль на макете немного рассеялись, картина открылась не такая уж и радостная. Взрывы громыхнули на огромной площади — лишь задние ряды тварей в трех километрах от крепости не особо пострадали. Однако бомбы лишь перепахали нижний слой живого вала. Погибла в основном мелочь — те, кого и так раздавили бы или умертвили даже слабыми техниками. Сильные твари — гронны, бронированные пауки, костяные скорпионы и прочая крепкая живность — уцелели. Их ряды поредели, большую часть тварей искалечило, кого-то сбросило в клубящийся туманом ров, идущий вдоль левой скалы, но не убило. Более того, теперь самые сильные твари пробирались к крепости по телам своих сородичей.

Зато корни Древа, которые уже можно было углядеть в крохотном росчерке, прочертившем иллюзорную стену снизу вверх, конвульсивно дернулись и застыли.

— Десятая часть зверовойска, не больше, — холодно констатировал Вальтер, всматриваясь в макет. — И угрозу особо не потрепали, и самым сильным очистили путь до стены. Сотник Корч, как ваши люди закладывали заряды⁈

Мужчина в доспехах Вальтеров кинул на Вальтера затравленный взгляд, начал лопотать, что дело в начинке, дескать, алхимики напортачили с бомбами. Только мне и отстаивать честь Дома не пришлось, так как Зарган Вальтер слушать оправдания не пожелал: махнул лопатообразной ладонью и повернулся к ближайшему адъютанту.

— Передайте приказ секте «Гневливой бури» — пусть бьют по Древу.

Я взглянул на макет и нашел группу людей в багровых с золотом одеяниях, кружком стоявших во дворе крепости, неподалеку от других практиков сект, также готовых к ритуалам.

Над выбитым в камне пентаклем, вокруг которого и выстроились члены секты, колыхнулся жар. Мелкая фигурка сгорбленного старика с испещренным шрамами лицом, подняла руки и в три шага зашла в самый центр круга. Его товарищи по секте замкнули круг, взявшись за руки.

Воздух в круге закрутился, задрожал еще сильнее. А потом одежда на старике вспыхнула, будто ее бензином облили. Человек обратился в свечку. Еще секунду он стоял на ногах, а потом — упал на колени и мигом рассыпался в пепел, который взлетел к небу и исчез.

«Танец пепла». Я слышал об этой технике, но не думал, что за таким непримечательным названием скрывается ритуальное самоубийство.

А в круг тем временем шагал следующий член секты. И стоило обратиться пеплом шестому и последнему из них, как небо разродилось дождём из раскалённых пылающих углей. Они падали на хитин и шкуры, прилипали и жгли, сеяли среди духовных зверей хаос и панику. И если на поле боя шел дождь из углей, то прямо на исполинское Древо огонь лился сплошным потоком. Пламя бежало по ветвям-щупальцам, медленно обращая те в пепел.

Раздался нечеловеческий, сливающийся в один сплошной вой визг — вопили повешенные твари. Корни в трещине стены дёрнулись снова, заметались, будто в агонии. Живая древесина Древа иссушалась, трескалась. Мне даже показалось, что гигант отступит.

И в этот момент маги Дома Лантье — те, кто не был задействован в поддержке щита и в наблюдении, предприняли свой ход. Фигурки на стене крепости засуетились без всякого приказа: навык анализа успел подсветить их ярко-багровым, но понять, что там происходит (и уж тем более — помешать) я не успел.

Маги Лантье воздели руки. Их жесты были неестественно синхронными, будто не единожды отрепетированными. А потом со стороны глубокого, затянутого туманом рва у подножия левой скалы, того самого, куда скидывали кости и тела тварей после Волн, поползла сизая взвесь «Тумана гнили». Она переливалась жирными радужными разводами и катилась вперед волной, подгоняемая магическим импульсом.

Туман накрыл зверей, которые уже оправились от взрывов. Я не слышал, как взвыли твари, но эффект увидел — тот был ужасающим. Хитин, устойчивый к кипятку, смоле и ударам выпущенных практиками техник, начал пузыриться и плавиться, будто брошенный в костер кусок воска. Шкуры покрывались зияющими черными язвами, из которых сочилась гнойная пена и текла сукровица. Твари, которым не повезло вдохнуть туман, падали и бились в конвульсиях, пытаясь выкашлять гниющие легкие.

Но триумф длился меньше десяти секунд. На третьей Зарган Вальтер, наблюдавший за макетом, замер, а затем десятком широченных шагов пересек половину зала. Лопатообразная ладонь впилась в богато расшитый воротник