«Серебряное». Прятки в темноте - Александра Шервинская

Глава 16

– На первый взгляд, в комнате никого не было, но стоило мне закрыть дверь и щёлкнуть замком, как из-за дивана тут же высунулась встрёпанная голова Дашки, а из-за кресла – Женькина.

– Мы на всякий случай спрятались, – шёпотом пояснила подруга, – а то вдруг с тобой кто-нибудь вошёл бы? Ну, рассказывай…

Дашка выбралась из-за дивана, подошла ко мне и порывисто обняла.

– Мы тут с Самойловым чуть с ума не сошли, веришь? – выдохнула она. – Час за год, вот честное слово!

Женька тоже подошёл ко мне, но ничего не сказал, а просто обнял и, не стесняясь Дашки, поцеловал.

– Эй, не увлекайся, – толкнула его в бок соседка, – потом ей всё скажешь, ладно? Сейчас другое важнее.

– Согласен, – вздохнул Самойлов и сел прямо на пол, похлопав по ковру рядом с собой, – устраивайтесь, девчонки, тут, мне кажется, тихо разговаривать будет удобнее.

Мы послушно разместились рядом с ним на полу, и следующие минут пятнадцать я шёпотом рассказывала обо всём, что произошло в заваленном старой мебелью кабинете. Стараясь не пропустить ни одной, даже самой незначительной на первый взгляд детали, я словно снова переживала эти непростые минуты.

– О как… – выслушав меня до конца, сказал Женька, – ну теперь мы хотя бы точно знаем некоторые вещи. Не скажу, что эти знания сильно облегчают нам жизнь, но лучше так, чем вообще ничего не знать и только догадываться. Значит, у нас в наличии наследник того самого Повелителя, который и спрятал свой Знак, создав всем кучу проблем, и этот наследник маскируется под директора «Серебряного». Причём делает это уже неизвестно, сколько лет… Помимо него здесь есть некая жрица Лунной Кошки, о которой я, если честно, вообще никогда не слышал. Но раз есть жрица, то логично предположить, что есть и Кошка. Помимо этой сладкой парочки в «Серебряном» окопался вампир, которого очень не любит жрица и который тоже нацелился на спрятанный артефакт. Ну и в качестве вишенки на торте имеются некие хранители, которые хотят, чтобы знак оставался там, где он и лежит уже хрен знает сколько лет. Я ничего не перепутал?

– К сожалению, нет, – вздохнула я, – добавим сюда непонятно кем созданного зомби в лице Золотницкой, кольцо, присланное, опять же, таинственным доброжелателем, ну и ползающих в тумане голодных монстров тоже не забываем.

– Не слишком радостно получается, – хмыкнула Дашка, – чего делать-то будем?

– Для начала расставим приоритеты и постараемся строго следовать плану.

– А у нас есть план? – удивилась я.

– Нет, – не смутился Самойлов, – но будет обязательно. Итак, давайте ещё раз посмотрим, что нам нужно сделать в первую очередь.

– Слегка утешает то, что нас пока никто устранять не собирается, – задумчиво проговорила Дашка, – мы всем им нужны, чтобы отыскать артефакт. Ну разве что кроме хранителей, но они, я так понимаю, особой силой и способностями не обладают, иначе мы даже до сегодняшнего дня не дожили бы.

– А может, им просто нельзя убивать нас? Запрещено какими-нибудь правилами? – высказала я пришедшее в голову предположение. – Мне кажется, что под хранителями имелись в виду те призраки, которых мы видели там… в тумане.

– Не забывайте, что у Лизхен ещё свидание с некой О.Л. впереди, – напомнил Женька, – уже послезавтра. Может, после него станет немного понятнее?

– Может быть, – я пожала плечами, – но я вот про что подумала… Смотрите: Степанцова не зря так настойчиво продавливала идею с гадальным… или гадательным… не знаю, как правильно… салоном. Мне кажется, она таким образом хочет выяснить, кто из ребят на самом деле не тот, кем кажется. Это мы теперь в курсе, а она-то нет. Потому так настойчиво и продвигала свою идею.

– Но не обязательно же, что Клео сможет это сказать, – возразил Женька, впрочем, не очень уверенно, – к тому же, если что, то все узнают…

– А я думаю, что ей достаточно посмотреть, кто согласится участвовать в гадании, а кто нет, – вдруг заявила Дашка, – вампир и его подручные точно не согласятся, потому как зачем им этот ненужный риск. Люся знает, что мы Трилистник, потому и поручила нам провести опрос, так как мы по умолчанию вне подозрений.

– Точно! – воскликнул Самойлов и уважительно взглянул на Дарью. – Молодец, Даш! Скорее всего, так и есть. Вот теперь мне очень интересно, как Гера и Стеша откажутся от гадания, особенно если ты, Дашка, Геру ну очень попросишь. Про Марка я даже не думаю, он отболтается от чего угодно, а вот кто ещё откажется… Очень… вот прям очень-очень интересно!

– Предлагаю каждый вечер вот так вот собираться и строить план на следующий день, – предложила я, – иначе мы просто запутаемся, ребята. У нас столько всего в клубок переплелось, что лично мне нужно постоянно это дело проговаривать и планировать максимум на день вперёд.

– Плюсую, – кивнула Дашка, – так будет проще и понятнее, а то понаехало тут всяких…

Мы не выдержали и тихонько засмеялись, уж больно забавно прозвучало.

– А теперь предлагаю разойтись по комнатам, – сказал Женька, – и поспать. Значит, завтра внимательно наблюдаем за всеми, едим торт, Лизхен принимает поздравления, а во второй половине дня вы начинаете опрос.

– Погодите, я посмотрю, свободен ли путь, а то мало ли: вдруг там Степанцова караулит. Он неё, я так понимаю, чего угодно можно ждать.

Выглянув за дверь, я убедилась, что в гостиной пусто, и ребята выскользнули из моей комнаты: Дашка тут же нырнула к себе, а Женька на секунду задержался. Подойдя близко-близко, он внимательно заглянул мне в глаза и прошептал:

– Я знаю, что завтрашний, точнее, уже сегодняшний день рождения не настоящий, но тем не менее хочу сделать тебе подарок. Его нельзя потрогать, но о нём можно просто знать.

– И что же это?

Я, как зачарованная, смотрела на него и не могла оторваться.

– Моё сердце, – улыбнулся Женька, хотя глаза оставались очень серьёзными, – ты примешь такой скромный и не слишком практичный подарок?

– Конечно, – внутри вдруг стало легко-легко, словно я превратилась в воздушный шарик и прямо сейчас взлечу под потолок, – наверное, это самый лучший подарок из всех возможных…

– Правда?

– Правда… Может, останешься?

Я сама обалдела от того, что сказала, и теперь молча хлопала глазами, глядя на Женьку, который точно так же таращился на меня.

– Ты… в том смысле, про который я подумал?

– Ага… Глупо, да?

– О таком ответе я даже не мечтал, – Самойлов улыбнулся, и эта шальная счастливая улыбка сказала мне больше сотни слов, – но давай отложим это на то время, когда выберемся из этой передряги, и