Путь домой - Михаил Александрович Михеев

кошельку, они не будут стоять насмерть, а предпочтут договориться. Тут главное держаться в рамках приличий и ни в коем случае не давать понять, что истинное лицо взяточника и казнокрада тебе прекрасно известно. В противном случае могут быть неприятные последствия. Никогда не стоит срывать с людей их маски! Вполне возможно, что это всего лишь обычные намордники.

Губернатор, высушенный африканским солнцем, немолодой уже человек, одетый на удивление просто, встретил гостя достаточно радушно. Во всяком случае, вино и на диво приличный обед в наличии имелись. Александр лишь рассмеялся мысленно – теперь он может сказать, что в этом походе ему довелось попробовать еду почти всех континентов, кроме разве что Австралии. Хотя, стоит признать, главным достоинством африканской кухни была свежесть продуктов – на кораблях от такого отвыкаешь, и порой даже обычное жареное мясо после недель питания солониной сойдет за деликатес. В остальном же, конечно, до индийской экзотики или дальневосточного разнообразия местная еда не дотягивала совершенно.

Впрочем, поздний обед, а может, ранний ужин под легкий, ни к чему не обязывающий разговор, прошел довольно быстро. Как ни крути, деловое мероприятие, а не торжество по поводу какого-то африканского праздника. Александр не сомневался – их здесь тоже отмечают, ибо дай человеку повод – и он привяжет к нему возможность лишний раз побездельничать. Но все же – именно деловая встреча, а потому за трапезой последовал вполне деловой разговор.

– Мистер Верховцев, – губернатор извлек из резной шкатулки длинную, толстую сигару. Александр не взялся бы сказать, где ее произвели, но явно не на Кубе – насмотрелся в свое время. – Прошу вас…

– Нет, благодарю, – Александр отрицательно качнул головой. Никакого желания курить он не испытывал. Губернатор лишь пожал плечами, аккуратно раскурил «толстушку» и с наслаждением выпустил к потолку густую струю дыма.

– Как хотите. Зря, кстати, отменный табак… Но я пригласил вас не для того, чтобы обсудить его достоинства и недостатки.

– Я догадался, – саркастически улыбнулся Верховцев. – И даже догадываюсь о причине.

– И?.. – с неподдельным интересом посмотрел на него губернатор.

– Предпочту выслушать о ней от вас, – вернул ему взгляд Александр.

С минуту они глядели друг на друга глаза в глаза, буравя взглядами. Губернатор отвел глаза первым.

– Хорошо.

– Тогда я слушаю, – улыбнулся Александр, мысленно заключая сам с собой пари. Разумеется, он выиграл.

– Мне сообщили, что вы обещали топить любой корабль, если он попробует выйти в море без вашего разрешения. Это так?

– Ну, разумеется.

– И почему же?

– А чтоб не предупредили о моих кораблях кого не надо. Идет война, и мне совершенно не интересно давать в руки своих врагов даже мельчайшее преимущество.

– И вы считаете, что топить кого-то просто за выход из нейтрального порта – это оправданное решение?

– Честно говоря, можно их и в порту разнести. Прямо сейчас.

Звучало это как неприкрытая угроза. Губернатор поморщился:

– Напомню, что это нарушение международных конвенций.

– Вы думаете, что если я молод, то их не знаю? – прищурился Верховцев.

– Я полагаю, что молодость часто синоним желания ниспровергать основы, – не моргнув глазом изящно сместил акценты губернатор. И не поймешь, то ли это лесть такая, то ли тонкая издевка. В любом случае на повод для оскорбления формально не тянет.

– Нет, я, конечно, избытком прожитых лет не обременен, но до такого вроде бы пока не скатился. Начинать драку в порту нейтрального государства – это значит бросить тень на репутацию своего собственного. Хотя кое-кому это совершенно не мешает. Те же британцы не видят в том ничего зазорного[31]. Может, взять с них пример? Тем более защитить кого-то военной силой вы сейчас не в состоянии.

– Вы сами только что сказали о репутационных издержках.

– Именно. Кстати, нескромный вопрос. А сколько вам заплатили капитаны британских судов за этот разговор? Можете не отвечать – взгляд отводите, значит, немало. Впрочем, не переживайте, я действительно не собираюсь предпринимать чего-либо в порту. Но, думаю, остальные будут находиться в нем, пока я не разрешу им уйти.

– Это нарушение…

– Какое? – прервал собеседника Верховцев. – Я же не собираюсь устраивать здесь бойню. Просто, если вы не обратили внимания, один из моих кораблей в порт не входил. А потому все честно и законно. Тот, кто выйдет из порта без моего разрешения, будет незамедлительно потоплен. Там, в открытом море. А посему сделаем мы так. Вы платите мне половину суммы, которую вам предложили британцы, и мы все тихонько стоим и не портим друг другу жизнь. Мой корабль после этого войдет в порт, но если кто-то нарушит слово и попытается этим воспользоваться, мы его утопим. Мы проведем ремонт, благо он не особенно серьезный, и уйдем. После этого все остальные ждут двое суток и могут валить отсюда на все четыре стороны. Моя эскадра к тому времени будет далеко, ее курс неизвестен, и сведения о нашем визите, дойдя до английского командования, уже ничего не будут стоить.

– Это интересное…

– А еще, – прервал его Верховцев, – передайте остальным, что если все же кто-то захочет выскользнуть и сумеет это сделать, мы утопим всех остальных. Сами понимаете, ничего личного, просто мне не нужны осложнения. Так что пускай следят друг за дружкой повнимательнее.

Вечером, сидя в своем кресле на мостике, он обдумывал свой разговор с губернатором. Результат, на его взгляд, получился довольно неплохим. Губернатор, конечно, в кровью и потом заработанную взятку вцепился руками, ногами, зубами и прочими частями тела, да Александр и не ожидал, что сможет у него хоть что-то вытрясти. Скорее, требование делиться было предназначено исключительно для демонстрации серьезности намерений и вполне достигло адресата. Однако и оспаривать право русских топить любого, кто рискнет выйти в море, губернатор больше не пытался. Хотя бы потому, что здесь и сейчас у Верховцева был главный аргумент в подобного рода спорах – военная сила за спиной. В общем, он принял условия русских, взамен получив заверение, что, случись нужда, они подтвердят капитанам стоящих у причала судов: губернатор спас их от немедленного захвата и уничтожения прямо у причалов. В общем, высокие договаривающиеся стороны остались удовлетворены результатами беседы, хотя Александр все равно жалел, что не взял с собой Гребешкова. Тот, небось, все-таки вытряс бы из губернатора какие-никакие деньги. М-да… А их штатный купец заодно и всю казну этой колонии.

Александр устало потер виски. Боже, как ему не хватало Матвеева. Все же из всех его офицеров он обладал наиболее разносторонними знаниями и опытом. А главное, умел объяснить, что, как, почему и зачем. Все остальные и в образовании купцу уступали, и