Песнь Ариадны - Guiltythree

Астерион держал их именно там, где хотел. У него не было надежды победить их в бою, поэтому он взял в заложники население Бастиона, чтобы они не атаковали его — точно так же, как он взял в заложники жизни людей, заражённых знанием его имени, чтобы помешать им предотвратить его распространение.

Они не только не могли вступить с Астерионом в бой, хотя и встретились с ним лицом к лицу, но даже не могли помешать ему объявить своё имя всему Бастиону.

Современный Бастион был огромным городом. К концу дня каждый человек, живущий здесь, будет знать имя Астериона — и на этом дело не остановится. Торговцы понесут его в другие города на Востоке, а корабли доставят в Штормовое Море — оттуда оно попадёт в бассейн Реки Слёз и отправится на север, в Рэйвенхарт.

Оно также пойдёт по Дороге Теней, чтобы пересечь Божью Могилу на севере. Но даже это было не худшим… в Бастионе было бесчисленное множество Пробуждённых, и хотя некоторые прибыли сюда через Врата Сна, другие всё ещё путешествовали в Царство Снов из мира бодрствования каждую ночь.

Как только эти люди вернутся на Землю, имя Астериона станет неостановимым. Как бы ни контролировало правительство сеть, даже могучая пропагандистская машина не сможет подавить новость столь взрывную, как появление нового Верховного.

Очень скоро имя Астериона будет знать каждый живой человек на свете.

Несмотря на все усилия, которые Санни и Нефис приложили, чтобы его сдержать, всё оказалось напрасным.

Всё было бесполезно.

И самым ужасным во всём этом было то, что у них даже не было шанса. Сколько бы Санни ни размышлял, он не мог представить, как они могли предотвратить эту катастрофу…

Разве что уничтожив весь Бастион.

И тогда он снова почувствовал это — жуткое ощущение беспомощности.

«Он здорово нас подловил».

Конечно, война ещё не была проиграна.

По мере того, как число заражённых будет расти в геометрической прогрессии, будет увеличиваться и число подвергшихся воздействию людей, особенно восприимчивых к болезни. Гораздо больше из них окажутся порабощёнными. Кэсси и так уже едва справлялась с их числом, так что, даже если она оправится от ран, карантинный центр в ОССК окажется совершенно недостаточным.

Поэтому им придётся придумать более радикальные меры для устранения рабов.

В этой ситуации сопротивление населения чуме Астериона станет ещё важнее…

А это значит, что Санни и Нефис должны будут сделать всё возможное, чтобы вера в Домен Человечества оставалась по-прежнему сильна, в то время как Астерион, без сомнения, будет пытаться её подорвать.

Пока Нефис и Астерион смотрели друг на друга — одна бесстрастно, другой с тёплой улыбкой — они, вероятно, думали именно об этом.

Вот почему Нефис не позволила себе выразить свою ненависть, зная, что любое проявление враждебности он обратит против неё.

Астерион приподнял бровь.

«Неужели не собираешься приветствовать меня дома, дорогая Нефис? Я так долго отсутствовал».

Встретив молчание, он усмехнулся и покачал головой.

«Впрочем, ты и в детстве была застенчивой. Но нет ничего плохого в том, чтобы немного растрогаться при встрече с кем-то дорогим… это просто человеческая натура».

С этими словами он сделал шаг вперёд и прошёл оставшееся расстояние, отделявшее их.

Остановившись в волоске от Нефис, Астерион посмотрел на неё сверху вниз и медленно поднял руки.

Затем, под взглядами бесчисленных людей, он протянул руки вперёд и крепко обнял её.

Склонив голову к её уху, он прошептал:

«Конечно, мы с тобой, Нефис, никогда не были людьми. Верно?»

Глава 2755

«Убери руки, если не хочешь их лишиться. Я, возможно, и не смогу убить тебя, паразит, но я могу заставить тебя пожалеть о том, что ты ещё жив».

Голос Нефис был ровным и тихим, так что слышали его лишь она, Астерион и, конечно же, Санни, прятавшийся в её тени. Её голос был настолько бесстрастным, что звучал нечеловечески, но скрытая в нём холодная угроза от этого становилась лишь ощутимей.

Астерион разомкнул объятия и сделал шаг назад. Когда он заговорил снова, его слова не разносились по озеру, и люди, наблюдавшие за ними издали с затаённым вниманием, так и не услышали, что он сказал.

«Как быстро летит время. Ты и правда повзрослела, милая Нефис».

Он оценивающе её осмотрел.

«Знаешь, я пережил немало боли. С чего ты взяла, что сможешь причинить мне больше страданий, чем любое из бесчисленных жутких существ, с которыми я встречался?»

Она пронзила его безразличным взглядом.

«А ты встречал существо, способное превратить тебя в кричащую кучу обугленной плоти, затем исцелить, а потом снова спалить дотла? Снова и снова, пока ты не утратишь даже способность проклинать день, когда стал бессмертным, и забудешь, как молить о пощаде».

Астерион молча смотрел на неё несколько мгновений, после чего отвёл взгляд с лёгкой улыбкой.

«Ах. Всё ещё такая милая».

Игнорируя его беспечный тон, Нефис слегка нахмурила брови и холодно спросила:

«Что тебе нужно?»

Он бросил на неё весёлый взгляд.

«Неужели ты и правда не пригласишь меня внутрь? Я не против, честно. Даже наоборот, разговор на глазах у всех этих людей мне даже на руку».

Нефис глубоко вдохнула, затем развернулась и жестом пригласила его в Башню Слоновой Кости. Астерион прошёл мимо неё и направился к великой пагоде, оглядывая остров.

Вдалеке люди взорвались новой волной ликования. Порождение Снов, тем временем, с любопытством изучал кости Дракона Севиракса, Белого Владыки. Не сказав ни слова, он прошёл сквозь пасть дракона и вошёл в Башню Слоновой Кости.

Хранители Огня, находившиеся на острове, уже ушли, забрав с собой Разрушителя Цепей, так что в великой пагоде в данный момент находились только они трое. Как только они скрылись от взглядов толпы, Санни бесшумно поднялся из теней и уставился на Порождение Снов с убийственным взглядом.

Астерион спокойно встретил его взгляд.

«Повелитель Теней… Санлесс, верно? Кажется, это наша первая полноценная встреча. Меня зовут Астерион. Ах, но ты уже это знаешь».

Санни потребовалась вся его выдержка, чтобы не двинуться с места. Одно из его воплощений в этот самый момент переносило Кэсси через границу царств, его одежда была пропитана её кровью — так что он был в настроении скорее кромсать и калечить, а не вести вежливые беседы.

Тем не менее, он сдержался.

Астерион осмотрелся в большом зале Башни Слоновой Кости, его взгляд задержался на цепях, образующих на полу кольцо Шлюза. В конце концов